Виттория - Екатерина Верхова

– Калебчик, пожалуйста, не надо… Они опять будут кидаться в меня болючими шишками, я требую, я, в конце концов, приказываю! – упираясь каблуками, простонала я, а потом вспомнила, что кое-кто тут обещал во всем меня поддерживать. – О, Ваше Высочество, спасите меня от этих извергов…

– Я? – ехидно произнес Никирол. – Даже не подумаю!

– Ты тут не единственное Высочество, – огрызнулась я, не забывая упираться каблуками.

– Калеб, да отпусти ты ее, – полушутя сказал Васлен. Что самое странное, Калеб сразу же послушался, черт, он даже моего брата так сразу не слушается. – Я думаю, что Виттория сама сейчас спокойненько соберется и пойдет заниматься фехтованием, насколько я понимаю. А я лично перед ужином проверю ее успехи.

– Вот вы мужики покомандовать любите, – прошептала я, а потом с гордо поднятой головой, подобрав подол платья, пошла к близнецам, каяться…

– Ну что, мальчики, здравствуйте. Вижу в ваших глазах желание меня калечить, поэтому я сейчас быстренько переоденусь и пойдем заниматься.

– А мы видим в твоих глазах острое желание сбежать, поэтому мы пойдем с тобой. И проследим, чтоб ты никуда не утекла.

Изверги!

* * *

– Ну и как тебе? – с непонятной гордостью спросил Никирол у Васлена, как только Виттория скрылась в многочисленных коридорах замка.

– Она восхитительна. Умна, обаятельна, имеет чувство юмора, красива и, что самое главное, без принцесьих задвигов, – задумчиво ответил тот.

– И ты это сумел понять за эти десять минут, что вы знакомы? – отстраненно поинтересовался Калеб, не замечая выразительного взгляда Никирола, призывающего заткнуться. Он-то хорошо уже изучил своего друга…

– Я так понимаю, тебе потребовалось больше времени, – ехидно ответил Васлен. – Не могу тебя осудить. За такую девушку можно побороться даже с принцем, не то чтобы с другом.

– Ты ее знаешь совсем недолго, – спокойно ответил Калеб. – У меня на нее больше прав.

– Ты сдурел? – жестко спросил Никирол, – Ты весь год над ней тихо измывался, притаскивая к себе в постель то одну потаскуху, то другую. Не думаю, что ты вправе вообще что-то требовать! И сразу же вам двоим заявляю, решение в любом случае за Витторией, но если вы будете играть грязно, вмешаюсь я. Мне насрать на войну, к тому же, я уверен, что тебе, Васлен, хватит ума переубедить своего батюшку в ее необходимости.

– Как грубо, Никирол, – хрипло засмеялся Васлен. – Поверь, я ее не обижу. И даже палки в колеса Калебу вставлять не буду. Он уже сделал достаточно ошибок. А на тему войны… Это мы обсудим после ужина.

– А что это с тобой за хрыч приехал? – стремясь перевести тему, спросил Калеб.

– Брат отца, он должен следить за мной, чтоб я не натворил дел. Но по иронии судьбы следить за ним приходится мне. У него морская болезнь, его ужасно укачивает в карете, а верхом он не может передвигаться, потому что боится лошадей. Его в детстве чуть не затоптала одна, когда он на спор хотел ее подоить…

– Брат короля, который пытается подоить лошадь, – бесценно, – усмехнулся Никирол. – Ладно, вот твои покои. Я отправлю к тебе своего оруженосца, будет тебя сопровождать, хоть какая-то ему работа будет, а то засиделся бедняга, совсем не был готов, что Его Высочество принц в состоянии носить оружие и вещи самостоятельно.

– Действительно бедняга…

* * *

Ранол с Манолом изменили форму проведения тренировки на реакцию: вместо того, чтоб отбрыкиваться от многочисленных шишек, они вдвоем вступили со мной в спарринг. Даже несмотря на то, что они рубились со мной вполсилы – мне было тяжеловато, потому что не так-то и просто бороться с двумя почти лучшими мечниками королевства.

– Хорошо, – процокал языком Ранол, не отвлекаясь от дела. – Теперь Манол отходит и мы продолжаем вдвоем, только я начинаю биться серьезней.

Не отвлекаясь на разговор, я кивнула, мне стоит следить за дыханием, и лишняя болтология этому не способствует. Полная сосредоточенность, лишь в такой ситуации у меня получится держаться если не на уровне, то вполне достойно.

Выпад, от которого я умудрилась увернуться, выставив меч, чтоб удар прошел вскользь. Левый кварт с моей стороны, от которого Ранол ушел с ехидным смешком. После чего он пытался достать меня финтом – обманным двойным движением, но поскольку это любимый удар Киры, от него я тоже ушла батманом – ударом по клинку.

Вспомнив, что не стоит атаковать защищенную линию, поскольку оборона проходит независимо от того, кто держит в руках меч, а чисто интуитивно, я пыталась нашарить взглядом слабые стороны в обороне противника, из-за этого, забыв следить за мечом Ранола, получила первый удар плашмя по бедру и легонько основанием по губе. С Ранолом и Манолом мы договорились, что если им удалось заставить меня тренироваться, чтоб те забыли о моем происхождении и не жалели. Лишь при осознании того, что со следующим пропущенным ударом может быть действительно больно, я, наконец, собиралась и рубилась всерьез, пытаясь чего-то достигнуть…

– Ты забыла, что следует следить за оружием противника во всех его движениях, даже когда пытаешься найти его слабое место.

Я совсем не по-женски сплюнула на песок, чтоб избавиться от железного привкуса во рту. Цвет слюны говорил о том, что Ранол слегка разбил мне губу рукоятью.

– Прости, Витт, я попытался послабей, – виновато развел руками он.

– Ничего, думаю, что Его Высочеству Васлену понравится наша принцесска даже с разбитой губой, потная и пыльная…

– Не мели ерунды, – раздраженно ответила я. – Продолжаем.

Я узнала это ощущение, когда тело входит в раж, а я сама начинаю испытывать азарт от боя. Обычно в такие моменты я прекращала тренировку, пугаясь собственных ощущений. Обычно, но не сегодня. Сегодня мне нужна разрядка от всех событий этих дней.

Я завела левую руку назад, за спину, доверяя интуиции. Обычно при рубке на мечах так не делают, поскольку рука является некой зашитой, да и к тому же благодаря ей удобно балансировать, но сейчас она мне только мешала, потому что я перешла в активное наступление. Два обманных удара, один из которых прошел вскользь. Удар слева, который Ранол тут же перебил, но сразу же я переменила траекторию и пыталась достать соперника снизу. Он отскочил. Мы на несколько секунд прекратили бой, напряженно друг на друга поглядывая. Манол сотни раз говорил, что такое сражение – это не только бой оружия, но и взглядов, внутренней силы и прочее-прочее. Сейчас на лице Ранола не было той усмешки, которая всегда сопровождала наш спарринг, разумеется, он все еще бился не в полную силу, но уже признал во мне соперника, хоть пока что и недостаточно опытного, но уже пытался просчитать мои следующие движения.

Я, засыпав на носок немного песка, сделала выпад ногой, и песок полетел в глаза Ранолу. Этот прием был настолько древний и банальный, что Ранол по инерции прикрыл левой рукой глаза, а правую с мечом предусмотрительно выставил вперед для того, чтоб я не добралась до него. Я,честно говоря, не планировала, а просто зашла немного вбок, поскольку мое положение на поле было не очень выгодным, так как солнце светило прямо в глаза, ослепляя. Если б я не отвлекла Ранола этим грязным приемом с песком, он бы не позволил встать мне в более выгодную для меня позицию, а его развернуть лицом к солнцу.