Химера по вызову - Ясмина Сапфир

Десятки перепуганных взглядов стали ответом на одинокую реплику. Несколько обреченных вздохов говорили о том, что восстание погибло в зародыше.

Я лишь теперь сообразила, что мы больше не звери – женщины. С волос стекала странная бордовая жижа, тело покрывали мелкие порезы и ссадины. Усталость навалилась разом и стремительно. Я испустила тяжелый вздох – вздох облегчения, боли и отчаяния. Рис… Я больше не увижу его. Я убила тех, кто уничтожил последний шанс на счастье. Но легче от этого не стало. Я осталась одна. Даже мама не могла залечить сердечную рану, заполнить пустоту в душе. Мой мужчина, мой лельдис – ласковый и своенравный, роскошный и требовательный, властный и способный любить, как никто другой. Мне осталось лишь похоронить тебя как положено. Попрощаться… Но вот как раз на это сил не осталось вовсе. Я запрокинула голову и бессмысленно уткнулась взглядом в пестрый потолок. Тонкая вязь узоров поплыла перед глазами, зашевелилась клубком змей. Я тряхнула головой, пытаясь привести себя в чувство, но в глазах почернело, тело стало ватным и дряблым. Я дернулась вверх в последний раз и рухнула на пол. Прикрыла глаза и отключилась в надежде, что больше не очнусь.

«Ну а что?» – думала я, уплывая в небытие. Чувствуя, как эмоции, ощущения, звуки и запахи покидают ослабевшее тело.

В конце концов, я сделала все, что должна. Мама снова жива и поправится в ближайшее время. Заговорщики повержены. Не совсем, не до конца.

Главари помельче еще потрепыхаются. Прогремят магические бои на рубежах Севера. Пронесутся по Земле редкие вспышки схваток в городах и поселках. Но мы обезглавили Гидру, и ее бесформенная туша просто забьется в агонии. Самые мощные маги повержены и убиты. Лучшие боевые заклятья уничтожены. Арсенал заговорщиков пуст. Мы сделали все, что следовало. И я могу спокойно уйти.

Тьма заволокла все вокруг. Липкая и будто живая. Прильнула к коже теплом и вдруг разлетелась на сотни осколков.

Маг с обожженным лицом подмигнул синим глазом из зияющей белизны. Внезапно материализовался, выскочил как чертик из табакерки.

– Тайна… Ты мало знаешь. Не все поняла. Рано еще… – произнес… голосом Риса. Улыбнулся, подмигнул снова и добавил: – Я с тобой. Только верь…

Пробуждение было тяжелым и очень болезненным. Я не хотела, но чувствовала, что почему-то должна. Свинцовые веки разлепились с огромным трудом, тяжелое, неповоротливое тело едва ворочалось. Мышцы ныли, суставы ломило, в глаза будто песка насыпали, гордо саднило. Каждое движение отдавалось в теле нещадной болью. Она резала, колола, кусала и жгла. Но силы прибывали. Неспешно, нехотя пробуждались. Наливалась энергией аура. Организм химеры рассудил, что ему еще рано умирать, возрождался, наполняясь магией и силами окружения – космоса, воздуха, камней зданий.

Перед глазами замаячило лицо Нины – встревоженное и нервное. И… лицо мамы. Теплые карие глаза, мягкая улыбка и вздрагивающий голос вернули к реальности. Немного шершавая, горячая ладошка сжала мою. Мама… Как я могла тебя бросить? Это было минутное помрачение. Боль потери лишила разума, опьянила дурманом отчаяния.

Я приподнялась, превозмогая немощь, села на голубой кровати медблока службы Бриолиса и обняла маму. Она обхватила меня руками, и несколько секунд мы сотрясались от рыданий. Она плакала, я причитала, она причитала, я плакала. Гулко билось в груди сердце, отстукивая нестройный ритм, рваное дыхание путалось в черных волосах мамы.

– Доченька! Как же ты меня напугала! – шептала она. – Я так боялась, что ты не очнешься.

– Я тоже боялась, что ты не очнешься, – с трудом прохрипела я. Чужой, сиплый голос звучал словно со стороны.

Мама погладила по спине, обняла покрепче. Я прильнула к ней всем телом, всем существом и затихла. Слезы градом катились по щекам. И только одна мысль билась в еще больной голове: «Я так и не смогла познакомить ее с Рисом… Он бы ей непременно понравился…»

А вокруг полыхала новая мамина аура – розово-бордовая аура среднего мага.