Спасителей не выбирают - Дарья Кузнецова

Во-первых, он сомневался, что Руся в здравом уме пожелает тут остаться, видно же, насколько неуютен и чужд ей этот мир, а предавать и обманывать ее он точно не собирался — уже хотя бы как боевого товарища. Одного этого соображения хватило бы с лихвой, но имелось и другое. Во-вторых, и это было особенно ново и необычно, он чувствовал ревность. Не ревность пылкого влюбленного, у которого намереваются увести объект обожания, но это чувство точно называлось именно так. Не законная жена, даже не невеста, но это его шаманка и, в конце концов, это его женщина. И нечего смотреть на нее, как голодный на краюху хлеба.

Окончательно же теневик насторожился, заметив, что объект их поисков находится совсем рядом. Судя по всему, на втором этаже этого большого дома, в который их привели конвоиры.

Первый этаж планировку имел простую: вход с узкого торца, напротив входа — кресло на деревянном помосте, покрытом шкурами, явно изображающее трон. Его занимал крепкий мужик внушающих уважение габаритов с совершенно седой гривой и седой же бородой. Над входом — крутая деревянная лестница в два пролета, ведущая на второй этаж. Никаких украшений, даже охотничьих трофеев. Справа и слева от входа — два очага, дальше вдоль длинных стен узкие столы, на которых расставлена какая-то еда в деревянных и глиняных тарелках и глиняные же кувшины с кружками. У столов — лавки, занятые парой десятков мужчин. Женщина здесь была всего одна: немолодая, с собранными в две косы седыми волосами. Она сидела на помосте у подножия трона на какой-то подушке. Одета она была в мешковатое темно-зеленое платье до пола с узким поясом на талии.

У самого Хаггара, повидавшего на своем веку много подлинных архитектурных и интерьерных шедевров, созданных светлыми магами, все это вызвало только скептическую ухмылку, а вот не привычная к подобным строениям Руся озиралась с удивлением и даже благоговением. На ее взгляд, зал выглядел по-настоящему величественно и торжественно.

Путников оставили перед помостом, а командир сопровождавшего их отряда, низко поклонившись, кинулся к мужчине на троне и начал что-то торопливо ему говорить. В это время Брусника, слегка осмелев и отвлекшись от своих страхов благодаря новым впечатлениям, тихо, потрясенно спросила:

— Это что, дом… из дерева?

— Основание каменное, а сверху — да, дерево, — спокойно объяснил Хар.

— Господин спрашивает, кто ты такой, — раздался глубокий женский голос, говорящий на языке Руси с легким акцентом.

— Сначала пусть сам назовется, — пренебрежительно фыркнул Хаггар. — Он тебе господин, а не мне.

— Не дерзи, мальчишка, пока жив! — нахмурилась собеседница.

— Не я первый начал, — теневик с усмешкой развел руками, — и угрожать не надо. Я пришел сюда исключительно по доброй воле и уйти могу в любой момент. Если кто-то желает оспорить это утверждение — милости прошу.

Женщина хотела что-то сказать, но к ней склонился тип на троне и, тронув за плечо, что-то тихо проговорил, не отрывая пристального взгляда от Хара. Маг чуял в этом «господине» родственную силу, много родственной силы, и тот наверняка ощущал нечто подобное.

— Господин Амирад Алый, владыка этих земель, приветствует тебя в своем доме, чужестранец, и надеется, что ты ответишь на несколько вопросов. Откуда ты знаешь язык дикарей и почему тебя встретили на их землях?

Теневик смерил местного владыку и переводчицу взглядом, прикидывая дальнейшую линию поведения. С одной стороны, напыщенность «господина» здорово раздражала, хотелось поставить его на место, а средства и способности у Хара для этого имелись. С другой — так и подмывало пошутить над местными и разыграть какой-нибудь дурацкий спектакль. А с третьей… зачем на ровном месте ссориться? Пока есть другие слова и возможности, не стоит опускаться до прямых оскорблений, в первую очередь ты унизишь не противника, а самого себя.

— Мое имя Хаггар. Я встал на ноги в тех землях и отправился странствовать. Родителей моих со мной не было, — ни словом не соврав, сообщил он. А зачем лгать магу, если можно преподнести в нужном свете правду?

— У тебя странное имя для тамошнего уроженца.

— Говорят, его я получил от матери при рождении, только она не успела рассказать, что оно значит, — едва удержался от ухмылки теневик. «Если матушка вообще интересовалась этим вопросом», — добавил он про себя.

— Господин говорит, что чувствует в тебе родственную силу. Ты здешний по крови и духу. Наверное, твоя мать случайно попала за Грань, и ты родился там, — сообщила переводчица, обменявшись парой фраз с Амирадом.

— Звучит правдоподобно, — опять же совершенно искренне подтвердил маг, начиная получать удовольствие от этой простой игры.

— В таком случае господин предлагает тебе стать его гостем и разделить с ним хлеб. Ты можешь сесть к столу. Твою спутницу проводят на женскую половину. — Она сделала кому-то знак. Руся при этих словах переводчицы испуганно вцепилась свободной рукой в локоть спутника.

— Я согласен пока побыть гостем. Моя спутница останется со мной, — спокойно сообщил Хар и ободряюще погладил пальцы маленькой шаманки, зажатые в его руке.

— Женщины не должны отвлекать мужчин от серьезных разговоров, — нахмурилась переводчица.

Хаггару очень захотелось язвительно спросить, что же тут делает сама собеседница, но он не стал начинать пикировку и ответил с нажимом:

— Моя женщина останется со мной, — после чего демонстративно приобнял Бруснику за талию.

Упомянутая женщина в знак согласия крепко вцепилась в его рубашку, давая понять, что забрать и увести ее будет очень сложно. Правда, радовалась сейчас Руся не желанным словам — что Хар назвал ее своей, — а тому факту, что он решительно настроен никуда ее не отпускать.

— Недостойно мужчины и воина держаться за женскую юбку, — укоризненно качнула головой переводчица.

— Моя женщина останется со мной, — начиная раздражаться, повторил Хаггар.

— Ты не доверяешь нашему дому? — предприняла новую попытку она.

— Либо моя женщина останется со мной здесь, либо мы просто уйдем, — процедил теневик, борясь с желанием ответить на вопрос честно и в самых крепких выражениях, приходящих в голову.

— А если ей понадобится в уборную, что, тоже за руку поведешь? — с насмешкой проговорила переводчица.

— Да. На этом все? — резко произнес Хар.

Женщина опять пошушукалась с хозяином, на лице которого прочно застыла недовольная гримаса, и нехотя проговорила:

— Садись там, где захочешь.

Захотел маг устроиться на ближайшем конце стола, спиной к стене. Отсюда он мог видеть и хозяина, и дверь, и лестницу, и почти всех непредставленных аборигенов. Занимавшие лавку люди без возражений подвинулись, с интересом разглядывая новые лица. Хар сел сам, устроил на краешке Бруснику, и она тут же прижалась к его боку, поднырнув под локоть.

— Почему они так хотели меня спровадить? — еле слышно шепнула она.