Не сотвори себе вампира - Галина Гончарова

– Не мешала? – не поняла Надя.

– Сейчас уже поздно что-либо скрывать. Но учти. Если ты хоть что-нибудь скажешь посторонним – я тебе сам горло разорву.

Надя даже не дрогнула.

– Не пугай. Пуганая. Лучше говори, что хотел.

– Я могу еще раз повторить, что я хотел. Мне нужна Третья Печать.

– Нет, – отрезала я. Довольно.

– Я могу сделать это и без твоего согласия.

– Можешь. Но последствий и сам не знаешь.

– А тебя вообще не спрашивали, – отрезал Мечислав, даже не оборачиваясь к приятелю.

– А придется. Теперь у меня есть на Юлю и официальные права. Она и мой фамилиар тоже. И ты не смеешь принимать любые решения в отношении нее, не посоветовавшись со мной.

– Смогу. И тебя не спрошу.

– Я вам что – кость, которую два пса поделить не могут?! – рявкнула я.

– Мне нет. А вот нашему дорогому Даниэлю, – протянул Мечислав. – Неужели у него властолюбие проснулось?

– Не смей! – Даниэль рванулся к вампиру, но Мечислав перехватил его руку и вывернул под неестественным углом.

– Тебе мало досталось?

Раздался резкий хруст – и левая рука Даниэля повисла как плеть. Вампир молчал. Вместо него закричала я – и рванулась бы отрывать Мечиславу голову, если бы Надя не обхватила меня поперек тела.

– Спокойно, Юлька, спокойно!

Мечислав обернулся ко мне. Лицо его было так же прекрасно, спокойно и холодно.

– Не волнуйтесь, кудряшка, вампиры быстро регенерируют. Очень быстро. К утру у него и следа от перелома не останется.

– Вы просто монстр, – прошептала я.

Мои обвинения были вампиру до известного места. Прекрасная маска не сдвинулась ни на сантиметр, Мечислав смотрел так же отстраненно.

– Я не монстр. Но я не человек. И Даниэль тоже не человек, кудряшка. И Андре. И ваша подруга Анна-Катерина – теперь тоже. Не стоит судить нас по человеческим меркам.

Даниэль стоял посреди комнаты на коленях, и Мечислав повернулся к нему.

– Не забывай, что я – креатор и Князь Города, а ты всего лишь слуга, который еще не завоевал свою свободу, – и останешься жить. Я обещал тебе помощь и защиту, но я не потерплю интриг за своей спиной! То, что ты попробовал проделать с моим фамилиаром, достойно большего наказания. Я милую тебя ради нее, но это – первый и последний раз. Не играй со мной, Даниэль!

Голос вампира стал низким и очень спокойным, почти человеческим. Но обмануть меня он не мог. В комнату потекла его Сила. Она, казалось, стекала с его кожи ледяным незримым вихрем, завивалась в спирали, давила, ломала… Бо́льшая часть ее досталась Даниэлю, но и меня зацепило самым краем. На миг показалось, что меня вывернет наизнанку. Внутри поднялся знакомый ледяной вихрь. Поднялся – и тут же угас, словно к нему прикоснулись чьи-то невидимые ледяные губы. И это исчезновение Силы пронзило все мое тело жестокой болью. Я выгнулась и застонала бы, но горло свело так, что вдохнуть было сложно. Надя наклонялась ко мне, но с тем же успехом она могла быть за тысячу миль отсюда. Потом Сила ушла вместе с болью – и я расслабилась. И тихо сползла на пол. Ноги не держали. Даниэлю же пришлось еще хуже. Сила, вызванная Мечиславом, трепала его и била. Вампир скорчился в позе эмбриона. Лица его я не видела, но это и к лучшему. Мечислава мне хватило с лихвой. Глаза вампира стали полностью зелеными, как два изумруда, и только вместо зрачка горел алый огонек. Лицо странно изменилось. Словно кости поменяли свое расположение. Черты его заострились и вытянулись. Клыки ясно показались из-под утончившихся губ. Теперь Мечислав совсем не походил на человека. И никто не назвал бы его совершенным красавцем. Но – странное дело – в этой личине меня тянуло к нему гораздо больше. Я почувствовала тепло внизу живота – и покрепче прижалась лбом к холодному дереву. Страшно было до истерики, но этот страх возбуждал. И вдруг мелькнула мысль, что и Даниэль, и Надя здесь вовсе не к месту. Вдвоем нам было бы гораздо лучше. Я подошла бы к вампиру, прижалась всем телом, запустила бы руки под толстый свитер… Высшие Силы! На моих глазах пытают человека, а я едва не завязываюсь в узел от желания?! Какая же я дрянь!

– Что тут происходит?! – завопила Надя.

Мечислав повернулся к ней.

– Все уже хорошо, Надежда.

Его Сила рванулась к нам через комнату – и замерла на полпути, укрощенная и успокоившаяся. Я всхлипнула. Хотелось пошевелиться, но тело отказалось слушаться.

– Что вы делаете? – спросила Надя.

– Наказываю своего слугу.

Мечислав опять улыбался как ни в чем не бывало.

– Я не о Даниэле! Что с Юлей?!

Вампир сделал два шага к нам – и поднял меня на руки, словно куклу. Вгляделся в мое лицо.

– Странно. Не двигайся, кудряшка. Смотри мне в глаза.

Глаза у него были как два изумруда на золотой коже. Ни зрачка, ни белка – сплошное зеленое сияние. И я утонула в их свете. Не было сил на сопротивление. Не было сил ни на что.

Это было что-то вроде галлюцинации. Или сон наяву? Я стояла в летнем саду. Все было пронизано ярко-зеленым светом. Не солнце, но сумерки. Почему-то на мне был длинный белый халат с кружевами. Жуткая тряпка! Никогда не надела бы ничего подобного. Слишком он был длинный, прозрачный и развевающийся. Казалось, что в нем спокойно поместятся еще три или четыре Юли. Но и этого было еще мало! На голове у меня тоже что-то было надето. Я протянула руку – и обнаружила у себя на волосах чепчик, который вышел из моды еще лет двести-триста назад. Чепчик тут же полетел в кусты. Я огляделась еще раз. Таблички с указанием места и времени действия нигде не было. Ну и что мне оставалось делать? Я задрала голову к небу.

– Что происходит? Где я?

– Ты спишь, кудряшка.

Мечислав! А кого еще я могла ожидать здесь?! Такой же очаровательный, как и всегда. В черной рубашке из какой-то полупрозрачной ткани и черных брюках, заправленных в высокие, до колена, сапоги из черной мягкой кожи. Одежда облегала его тело, как перчатка. Особенно ниже пояса. И выглядел он в этом наряде сногсшибательно. Как золотая статуя. Вампирские проделки? Сейчас разберемся!

– Это мой сон? Обычно у меня вкус получше.

– Не совсем. Это НАШ сон, кудряшка.

Я покрутила головой, но ничего лучше придумать не смогла.

– А зачем нам понадобилось видеть этот сон?

– Ты не помнишь, что с тобой случилось, пушистик?

Сам бы попробовал такое забыть! А я отлично помню, как меня крутило и выворачивало, точь-в-точь как белье в стиральной машине.

– Помню, но не понимаю. Что это было?

– Когда я решил наказать Даниэля, он решил защититься от моего гнева. Твоей силой. Наши Печати и ваша воля едва не разорвали ваше тело на части. Впрочем… – Мечислав отвел глаза на несколько минут, а потом твердо поглядел мне в глаза. – Я не думаю, что он это нарочно. Даниэль просто не понимал, что делает. Именно поэтому он до сих пор жив. И защищался он также инстинктивно. Мне жаль, но это мои слова его спровоцировали.