Я ненавижу оборотней - Катерина Полянская

А глаза хитрющие!

— Дахор? Или…

Стоило кому-то из парней обозначиться поблизости, и я забыла, как сильно не хочу их видеть.

— Иди, Джая, — расхохотался этот редкий вид. В буквальном, между прочим, смысле! А потом притворно оскалился и стал медленно надвигаться на меня. — Иначе я тебя сейчас покусаю!

Я со смехом рванула на выход.

Волки! С ними как на пороховой бочке. Но, надо признать, весело всегда.

Прощально тренькнул колокольчик, дверь захлопнулась за моей спиной, и смех резко оборвался. Я увидела Лана. Он стоял, заложив руки за спину, и немного взволнованно улыбался. Выглядел непривычно взъерошенным.

А за его спиной приткнулся старенький фургон с надписью «Мороженое».

— Привет.

Улыбка белого стала совсем неуверенной.

У меня в животе как будто маленькие птички затрепетали.

— Я все еще злюсь, — сообщила на всякий случай.

— Поэтому я с сюрпризом. — И он указал на фургон: — Это тебе.

Э-э-э? В смысле?

— Ты что, угнал его?!

Мне стало совсем не по себе.

— Почему сразу угнал? — обиделся вожак бело-черных. — Купил. Для тебя.

С ума сойти! Я неуверенно шагнула навстречу недоразумению. Двум.

— А… зачем?

Моя богатая фантазия оказалась просто не в состоянии придумать ответ без подсказки.

— Джая, ты забыла, что я довольно много времени провел среди людей?

Подсказка не помогла.

— И что? — Я нахмурилась.

— Почти все дети в определенном возрасте мечтают работать продавцами мороженого. — Он хитро подмигнул зеленым глазом. — Ты — нет?

Щекам стало горячо, и я приблизилась еще на шаг.

— Было дело. Лет в пять.

— Вот и отлично, — рассмеялся блондин, схватил меня за руку и потащил к фургону. — Детские мечты должны исполняться! Ты какое больше любишь?

— Фисташковое, — чуть слышно выдохнула я и вцепилась в его ладонь.

— А я — с кусочками шоколада.

Вне всяких сомнений, это был лучший день в моей жизни! Мы ели мороженое, потом кормили друг друга, позже, когда обоих уже трясло от холода, гонялись друг за другом по узкому пространству фургона в попытке измазать. Примирение наступило как-то само собой. Прошло часа два, а Лан так ни разу и не распустил руки. Стало быть, просто друзья?

Мысль неприятно резанула. Так лучше. И мы сможем изредка общаться, когда я уеду.

— Еще мороженого? Хочешь с клюквенным сиропом? — спросил Ланхольт, когда мы запыхавшиеся уселись прямо на пол.

Я выразительно скривилась в ответ. Сейчас лопну!

Белый рассмеялся и обнял меня за плечи:

— Мир?

— Только больше не показывай мне свою темную сторону, — попросила серьезно.

Он вздохнул и пристроил подбородок ко мне на плечо.

— Я пока не знаю, что именно ты для меня значишь, но не хочу тебя потерять, — тихо произнес оборотень. — Глупо, наверное, но это после встречи с тобой я решил остаться и взять себе стаю. Зря так сделал. Через год смог бы тоже уехать.

Поддалась сиюминутному желанию и взлохматила его светлые волосы. Я знаю Лана. Что бы он там ни думал о себе, он серьезный и ответственный. Он справится. Его место здесь.

— Мы будем переписываться и звонить друг другу через интернет.

Что еще я могла ему предложить?

Чуть колючий подбородок потерся об оголенную кожу плеча.

— Или за ближайшие одиннадцать месяцев у тебя появится причина остаться, — очень тихо произнес разноглазый. — Даже если это буду не я.

С ответом не нашлась.

Разноглазый оборотень оказался тем редким существом, с которым было хорошо молчать, и ближайшие минут десять я этим пользовалась. Просто сидела рядом, слушала его дыхание и сильные удары сердца, упивалась смесью запахов — зеленый чай и терпкий, немного резкий запах мужского тела. Черт, опять мой бедный организм дает сбой!

Спросить — не спросить? Я осторожно отстранилась и пытливо посмотрела на блондина.

— Вопрос, скорее всего, из области бреда, но постарайся ответить, ладно?

— Хорошо.

Лан тоже слегка изменил положение, чтобы видеть мое лицо.

— Чем от меня сейчас пахнет? — спросила и почти почувствовала, как вспыхнули нетерпением мои глаза.

Волк послушно подался вперед и не отказал себе в удовольствии провести носом по моей шее. Щекотно. Замечательно… Стоп!

— Мылом без отдушек, кремом для тела с ромашкой и еще какой-то гадостью, немного духами, скверным кофе, сладким якобы мятным сиропом и… немного возбуждением.

Я с такой силой шарахнулась в сторону, что врезалась спиной в холодильник и развернула форму с ложечками. Они со звоном рассыпались по полу.

— Волчицей! От меня пахнет волчицей?

Голос заметно дрожал. Все тело дрожало, и дыхание сбилось.

— Не предполагал, что вы с Глендой настолько близки, — приподнял светлые брови этот нарушитель спокойствия.

— Лан!

— Ладно-ладно. — Он с видимым усилием вернул себе серьезный вид. — Нет, Джая, от тебя не пахнет волчицей. Волком, кстати, тоже. Ни мной, ни Дахором, ни еще кем-нибудь. Только тем, что я уже назвал, и еще немного негодованием и беспокойством.

А… Ага. Но крем я все-таки выброшу и куплю другой.

Как могут пахнуть эмоции?!

Я как раз собиралась прояснить этот момент, но Лан спросил первый:

— Получила приглашение?

— Да.

— Зная тебя, я почти уверен, что ты решила не приходить.

Это не было упреком, вожак бело-черных улыбался.

Когда только успел так хорошо изучить? Отвечать не стала, просто пожала плечами. Сейчас я уже не была так уверена.

— Как думаешь, у меня получится тебя соблазнить?

Он выжидательно прищурился.

— Эй, полегче!

Возмущение пришлось имитировать.

Улыбка оборотня вдруг стала вкрадчивой и чуточку коварной, будто бы его зверем был не волк, а кот. Большой, пушистый, мурчащий кот. Впрочем, волк у него тоже пушистый, горячий и лижется… Ну вот, опять меня понесло!

Ланхольт прекрасно видел смятение «соблазняемой», чем пользовался напропалую.

— Для начала скажу, что это будет бал…

— Бал?!

Мои глаза округлились.

Ясное дело, наличие собственного замка обязывает, но чтобы вот так прямо — и бал…