Сумрачное дно - Юрий Иванович

Может, мне повезло, а может, обладатель Первого Щита ну никак не смог бы повредить раненому, работая в контакте с груанами. Но рыцарь не умер, руки не лишился и даже значительной боли не испытал.

Я был поражен, когда через полчаса моих несуразных опытов Емельян собственноручно снял груаны с плеча, уложил их обратно в пояс и демонстративно, лихо недавно раненной рукой сделал несколько круговых движений.

А потом заявил с восторгом:

– Целехонька! Совершенно вылечилась!

Выслушивать его благодарности я не стал и поспешил к своей подруге:

– Как у тебя? Ничего не болит?

– Ну как тебе сказать… Все болит, – призналась Ксана. – Но больше всего левый локоть. Так косточкой ударилась, что все тело болью пронзило…

Тут я тоже использовал имеющиеся у девушки груаны и уже привычно заставил образующуюся вуаль сгуститься и вкупе с моим «горчичником» излечить ушиб в течение пяти минут. При этом пациентку так расслабило, что она прикрыла веки и пробормотала:

– Хорошо-то как…

– Вот и поспи!

Дав такой наказ, я перешел к двойняшкам:

– Что у вас?

У одной синяк был возле лодыжки, а у второй чуть выше коленки. Мне пришла идея провести интенсивную терапию не с помощью одиночных «своих» груанов, а с помощью «чужих». И одновременно на двух пациентках. Уложил на синяки сразу по четыре штуки и стал поочередно посылать на них свои тринитарные всплески.

Через пять минут обе стали восхвалять мои чудотворные действия до небес. Вроде и лестно, но случайно я обратил внимание на Ксану – она уже нисколечко не спала, а смотрела на меня и на ноги двойняшек так, словно хотела испепелить взглядом и то и другое. Я не стал обострять ситуацию и принялся за других подчиненных, залечивая растяжения и ушибы. Меньше всех пришлось повозиться с Франей: всего лишь небольшая, хоть и глубокая царапина. Больше всех – с Лузгой Тихим. У этого молодого парня были три ушиба и два растяжения. Сказывалось слабое физическое развитие и отсутствие опыта.

Заметным оказалось и старание Сурта Пнявого. Толкал и тянул мужик не меньше других, и теперь у него болели ключица и спина. С позвоночником я провозился больше всего, припомнив, что и со мной было нечто подобное, потом давшее сильное осложнение. Но тогда со мной находилась вашшуна Шаайла, излечившая меня по некоей древней методике, идущей в комплекте с горячим девичьим телом. Зато сейчас у меня были груаны. Пусть и «чужие», но много. Я их целую горку наложил на спине у Пнявого, а потом создал такую густую вуаль и взбодрил ее таким громадным «горчичником», что у Сурта не только позвонки встали на место, но наверняка и все болезни пропали. По крайней мере, он мне так и заявил, и в его глазах загорелся огонек, свидетельствуя о просыпающемся интересе к жизни.

Себя я после всех этих лечебных манипуляций в течение двух с половиной часов чувствовал отдохнувшим, сытым (все-таки четыре порции между делом приговорил) и готовым хоть сейчас в новый бой.

В сторону возможного появления противника я тоже не забывал посматривать каждую минуту. И то ли байбьюки помогли своей атакой, то ли банда проявила благоразумие и решила уйти, то ли сбилась с нашего следа, но нас никто пока не беспокоил.

Я не стал соваться назад с разведкой. Все успели поспать, чувствовали себя вполне сносно, и я решил не засиживаться в этих развалинах. Тем более там даже воды не было. Хотя керамические трубы виднелись. Наверное, водопровод либо засорился, либо некие местные системы безопасности отключили подачу воды в этот сектор. Да и вообще руины при ближайшем рассмотрении вызывали неприязнь и желание убраться отсюда поскорее. И хорошо, что белеющих костей не наблюдалось, что, по утверждениям ветеранов, случалось в других подобных местах.

Так что, проведя на привале часа три, мы с уверенностью и оптимизмом двинулись в намеченном направлении. Правда, Ольшин предупредил:

– Дальше придется идти гораздо осторожней и с постоянным боевым охранением. Потому что могут появиться зервы и скатраги.

И начал нам рассказывать, что к чему и как с этими тварями бороться. Но если тараканы с ластами меня не сильно испугали, с ними можно было бороться вполне эффективно, то зервы представлялись более опасными хищниками. И в первую очередь из-за своей скорости и маневренности. По сути это были маленькие ящеры ростом до метра шестидесяти. Будь они покрупнее, явно бы выели на Дне все живое. А так человек, да и другие монстры могли бороться на равных с этой зубастой и агрессивной напастью.