Внешняя угроза - Алексей Фомичев

Где-то через час в кабинет полковника, где тот разговаривал с гостями, вошла домохозяйка.

– К вам майор Хартманн, господин полковник, – ровным голосом доложила она.

– Да, фрау Анна, пригласите его войти.

Домохозяйка чопорно склонила голову и отошла в сторону, пропуская в кабинет визитера. Взгляды присутствующих скрестились на вошедшем человеке.

Это был рослый плечистый офицер в обычной полевой пехотной форме и егерской кепке. Кобура с пистолетом сдвинута чуть правее, чем было принято носить, сапоги начищены до блеска, но верх голенищ слегка смят. На кителе никаких наград и знаков отличия.

Волосы темные, стрижка короткая. Черты лица крупные, брови вразлет. Скулы широкие, нос прямой. Взгляд серых глаз спокоен и тверд.

На первый взгляд обычный человек. Но Титов почуял в нем большую физическую силу, огромную энергию и неукротимую волю. Перед ним стоял опытный битый волк, прошедший огонь и воду, видевший смерть во всех ее проявлениях. И не раз сам отправлявший людей на тот свет.

В свою очередь вошедший окинул всех вроде бы неторопливым, но цепким взглядом. На Титове взгляд немного задержался. Немец опознал в майоре такого же волка, каким был сам.

Было что-то общее между ними. Во взгляде, развороте плеч, повадках. Только немец сантиметров на пять ниже. Но плотнее сбит, мускулистее.

Хартманн перевел взгляд на полковника и произнес:

– Господин полковник. Майор Хартманн по вашему приказа…

– Оставь, Курт. Это не официальное совещание. Проходи, присаживайся.

Дитрих указал на стул возле стола. Хартманн снял кепку, прошел к стулу, сел, вопросительно посмотрел на полковника.

– У тебя все нормально?

– Да… – коротко ответил тот, не желая при посторонних много говорить о деле.

– Кто из твоих людей сейчас поблизости от города?

Майор чуть помедлил, потом ответил:

– Группы Кромберга и Нодлера. Они вышли… еще вчера. Я дал им двое суток отдыха.

– Хорошо. – Полковник вышел из-за стола и подошел к Хартманну. – Курт, я вызвал тебя, чтобы ввести в курс дела. Особого дела. Прежде чем рассказать обо всем, хочу предупредить. Это истинная правда. И… это самое страшное, о чем я когда-либо слышал. Понимаешь меня?

– Н-не совсем, господин…

– Без чинов, мой дорогой майор, без чинов! Сейчас речь идет не о нашей службе, так что давай оставим субординацию и поговорим как старые приятели. Извини, что я втягиваю тебя в такое дело, но… больше просто никому не могу довериться.

Хартманн выглядел слегка растерянным. Его прямой начальник вел себя довольно странно. Да еще в присутствии посторонних. С другой стороны, майора мало что могло смутить. Просто не хотел выглядеть глупо. Но раз Дитрих просит вести себя без чинов…

– Слушаю тебя.

– Курт, сохраняй спокойствие, когда я буду рассказывать. И поверь – так надо.

Заинтригованный Хартманн позволил себе едва заметную усмешку.

– Позволь для начала представить тебе моих гостей, – продолжал полковник. – Это майор Красной Армии Титов. Русский контрразведчик.

Самообладание и привычка сдерживать эмоции помогли Хартманну сохранить прежнее выражение лица. Но глаза чуть сузились, а на скулах вспухли желваки. Русский здесь?… Странная шутка старого приятеля.

Полковник внимательно следил за лицом майора и видел его недоверие.

– Это на самом деле русский, он легко докажет это… Господин майор, вас не затруднит сказать что-нибудь по-русски?

– Я лучше скажу по-немецки, – подал голос Титов, тоже не спускавший глаз с Хартманна. – Господин Хартманн, я и вправду русский. Не перебежчик, не двойной агент. Я послан сюда своим командованием. Именно к полковнику Дитриху. Но не для того, чтобы завербовать его. А чтобы предложить одно крайне опасное, но необходимое дело.

– Об этом потом, – перебил его полковник. – Чуть позже. Ты поверил, Курт?

– Почему бы и нет. – Холодный баритон Хартманна прозвучал невозмутимо. – Раз ты говоришь… правда, я не пойму, для чего?…

– Минуту терпения. А пока позволь представить тебе другого гостя… гостью. Второй лейтенант Марита Глемм.

Хартманн чуть изогнул одну бровь, показывая, что удивлен столь странным званием.

Полковник встал перед Хартманном и сложил руки на груди.

– Госпожа Глемм представляет вооруженные силы Достеи. Достея – это мир на другом конце галактики. Госпожа Глемм – инопланетянка!..

И опять выдержка не подвела Хартманна. Но на этот раз его голос прозвучал более эмоционально.

– Как тебя понимать, Герман?

– Как я и сказал. Это не шутка, Курт. Не розыгрыш и не провокация. Видит бог, я хотел бы, чтобы это была шутка!

Хартманн внимательно смотрел на полковника. Тон, голос и вид Дитриха доказывали, что тот говорит правду. Взгляд майора скользнул по Глемм. Та кивнула и сказала:

– Это правда. Доказательства я приведу незамедлительно.

Хартманн опустил голову, едва слышно фыркнул, потом взглянул на Дитриха.

– Что здесь происходит, Герман? Ты можешь объяснить?

Вторая фраза прозвучала несколько более эмоционально, чем выдала внутреннее напряжение Хартманна.

…Говорил больше Дитрих. Титов и Глемм только дополняли, уточняли. А полковник, излагая факты Хартманну, еще раз как бы заново оценивал обстановку. И видел, насколько зыбкой она была. Визит русского и этой девчонки, чудная связь и разговор с русским генералом. И вот теперь – прищур серых глаз Курта, сжатые губы, легкое подрагивание носка закинутой на другую ногу ноги.

«Неужели все это правда? – в который раз задал себе вопрос полковник. – Не сон и не розыгрыш?…»

Спокойствие и уверенность Хартманна действовали на него всегда ободряюще. Но сейчас тот сам был не в себе, хотя умело это скрывал.

С минуту после рассказа в комнате царила тишина. Затем Хартманн перевел дыхание и посмотрел на Дитриха.

– Какой у вас план действий?