Янтарь на снегу - Оксана Глинина

Не менее колоритно смотрелись кочевники в длиннополых одеждах, затейливо расшитых серебром и золотом. В конто веки одеты они были в светлое, а не в черное, как обычно. Князь мейгиров в противовес дагендолльскому королю был ниже своих подданных — сухопарый, будто мечами изрубленный, щупленький дедок, того и гляди на глазах развалится. Только на сей счет обманываться не стоило. Еще вайдил на занятиях рассказывал, что Наран Батый-хан третий десяток лет правил кочевыми племенами, объединив огромное их количество в могучую империю по ту сторону гор Гвегинхе, а из боевого седла его не вышибет ни один степной батыр.

Гости из Каганата отличались яркими пестрыми нарядами. Илдиз, единственная из женщин своей страны, явилась с открытым лицом, что ей было позволено из-за отбора. А батюшка Илдиз напоминал колобка с ножками — низенький и толстый. Зато свита свирепая, сразу скрестились взглядами с дагендолльцами, мейгирами, да и братьев Сковитасов вниманием не обделили. Впились друг в друга взглядами — того и гляди искрами осыпят, раз на мечах сойтись не получается.

Ивелессцы стали поодаль ото всех, особенно от дагендолльцев. Оно и понятно, Тристан теперь берег не только свою спину, но и спины подданных. Мало ли, вдруг суровым северным воинам захочется испытать не только твердость характера, но и телесную стойкость окружающих — как они могут приласкать и тепло поприветствовать, он усвоил очень хорошо.

Народа в зале прибавлялось, а мне становилось все сложнее дышать. Дело двигалось как-то уж очень медленно. Пережить бы официальную часть, а с танцев я планировала тихонечко удрать. Тут и без меня дев хватало — одна прекраснее другой. О моей персоне не вспомнят.

Я на общем фоне выглядела скромной и неприметной. Но, уловив на себе пламенные взгляды северян, которые не стеснялись кивать в мою сторону и даже тыкать пальцами, поняла, что не такая уж я и неприметная. Что им там Хельгарда про меня наплела? Тихо удрать точно не получится, надо будет воспользоваться хитростью или общей увлеченностью.

Хвала богам! Протрубили о появлении короля. В зале наступила тишина. Девицы затаили дыхание. Сестры Иоланты аж рты пооткрывали, точнее, они у них и не закрывались, просто слова в одно мгновение закончились.

В зал прошествовал король со своею свитой. Я даже вперед подалась, чтобы рассмотреть монарха, ради которого затеяли весь сыр-бор с невестами. Так ли он хорош собой, как о нем рассказывали? А вдруг и правда дрогнет мое девичье сердце при его виде, позабуду я обо всех печалях и предамся грезам о нем?

Девицы как-то разом выдохнули, поколебав лепестки свечей в люстрах и едва не погрузив часть зала во мрак. По проходу шествовал высокий, статный, темноволосый молодой человек в нарядном и строгом одеянии, расшитом серебром. Хорош, что и говорить. Только от блистательного образа молодого государя сердце не особо спешило биться в любовном порыве. Взгляд скользнул по сопровождающим.

Конечно, канцлер не мог оставить единственного племянника на растерзание толпе девиц. Взгляд острый, цепкий, того и гляди кинется закрывать собою короля, если одной из невест вздумается полезть к Витгерду лобызать края мантии или, не приведи Пречистая, его королевскую десницу. Свое привычное темно-серое одеяние лорд Вардас сменил на темно-синий парадный дублет, который самым бессовестным образом ему шел, скрадывал угрюмость, подчеркивал привлекательность и делал моложе на добрый десяток лет. Некая торжественность победителя рыцарского турнира сквозила в его легкой, уверенной поступи. Или, может, это золотая цепь так украсила Вардаса, что он утратил вид голодного коршуна и стал добрее и моложе? Не знаю, но глаза вовремя отвести не успела. Видимо, особым чутьем почувствовав, что его бессовестно рассматривают, канцлер поднял взгляд прямо на меня. От неожиданности я чуть не присела. С ним следовало быть поосторожнее, все же Вардас человек непростой. Подвели, как обычно, задумчивость и праздное любопытство. Лучше бы я гобелены на стенах разглядывала, а не пялилась на канцлера с открытым ртом. Теперь он сам таращился на меня, как будто диковинку из дальних земель рассматривал.

Но теперь его взгляд изменился. Стал другим. И я вдруг испугалась…

Я испугалась пламени, которое полыхнуло в черных глазах Вардаса. «Нет, нет, попасть в круг интересов Черного Ворона дознавателей — погибельно для неосторожных глупцов. Но что же я? Почему не могу отвести взгляда, будто меня опутали какими-то неведомыми чарами?» Внутри будто что-то спало до этого момента, а теперь пробудилось. Маленький робкий уголек, но еще не пламя.

Мне стало стыдно. Щеки заалели, и, не в силах выдержать взгляд мужчины, я опустила глаза. Сердце колотилось, как бешеное, позабыв о тесных стенках своей клетки. Теперь этот взгляд будет преследовать меня во сне.

Чтобы хоть как-то отвлечься и не задыхаться непонятно от чего, я переключила внимание на других сопровождающих короля.

Рядом с канцлером шел седовласый старик среднего роста с кружевными воротником и манжетами. Не знаю, насколько это модно, но забавно точно. Весь он был словно нарядная оборочка — седые волосы летели ореолом над головой, пышная седая борода украшала лицо. Образ завершали кружева. На фоне Вардаса седой лорд смотрелся как Зюзя на празднике Малого солнца, того и гляди достанет из-за пазухи медовых яблок да разноцветных петушков и начнет угощать расшалившихся ребятишек.

Из-за несуразных мыслей, а может, еще и из-за расшалившихся нервов, я даже хихикнула, за что схлопотала настороженные взгляды обеих теток.

А ведь они похожи — король и лорд Вардас. Одного роста, та же стать, оба темноволосые, только у канцлера взгляд подозрительный, а у короля глаза синие, чистые.

Я моргнула, когда его величество со мною поравнялся, затем еще раз. Присмотрелась и задумалась. Кого-то из недавних знакомцев он сильно напоминал.

Не может этого быть, таких совпадений не бывает…

Что я теперь скажу Люде, как в глаза ей после всего этого посмотрю? Отчего-то я так расстроилась, что захотелось плакать — в душу закралось чувство острого разочарования. Вот они, мужчины — все одинаковые. Вспомнился случай с обманутой деревенской бедняжкой… Это сильно отрезвило. А тут столица. И кто сказал, что здесь будет по-другому?

В одном соседнем государстве есть славная традиция выбрасывать неугодных правителей из окон, на какой бы высоте эти окна ни находились. Очень захотелось открыть тяжелые рамы с цветными стеклами и, усадив дорогого государя за приснопамятную дуду, отправить его на все четыре стороны с его королевскими шутками!

Очнулась от недобрых мыслей, когда Легарт меня куда-то потащил.

— Ты чего? — шикнул он. — Уснула?

Оказывается, всех невест стали по очереди приглашать к королю для знакомства. Ага! Мне хотелось высказаться по поводу таких сомнительных знакомств, но думалось, что мое мнение никого не интересует. Тем более что девицы улыбались, желая понравиться нашему монарху. А мне что? Понравиться я ему не желала, а вот оттаскать за уши хотелось сильно.

Первой призвали Иоланту Тапреш. Она, и без того бледная, от страха посерела. Вцепилась в своего батюшку и под руку с ним пошла к трону, на котором восседал его величество. Чувствовала она себя явно не в своей тарелке, этому способствовали брезгливо наморщившиеся и сделавшиеся совсем противными физиономии придворных вельмож.