Невеста повелителя моря - Оксана Головина

Заснула она далеко за полночь, а когда подскочила на постели, то едва сообразила, где находится. Бринн огляделась, наконец-таки понимая, что она в безопасности в доме Лорейн. Присутствия самой бабушки она не ощущала, значит, та уже успела куда-то уйти. Но куда?

Бринн поднялась с кровати и, найдя исчезнувшие тапки, решила спуститься вниз, проверить, не оставила ли Лорейн для нее записку. Записка не нашлась, зато отыскался бесенок, полирующий деревянный стол с неизменным усердием. Появление хозяйской внучки было полностью проигнорировано, что вовсе не удивило Бринн.

— Где хозяйку потерял, хвостатый? — насмешливо спросила она бесенка.

Но тот только принялся нервно постукивать кисточкой длинного хвоста по полу, всем своим видом демонстрируя раздражение. Как же, от работы важной его отвлекли! Бринн отмахнулась от наглеца и заглянула в холодильник. Выбирая, чем позавтракать, она на минуту задумалась о предстоящей встрече с Эйденом. Губы снова тронула улыбка. Бринн закрыла дверцу холодильника, размышляя о том, что придется вернуться в дом родителей, поскольку явиться на встречу с Дарреллом в вещах, оставленных у Лорейн, она никак не могла. Нет, джинсы и кофты с майками никуда не годятся! Все приличные платья ютились в гардеробной в ее комнате.

— Только бы мамы дома не было, — пробормотала Бринн, орудуя ножом и пытаясь сделать себе бутерброд, — иначе замучает вопросами.

Сегодня она особенно не желала ни с кем говорить, и уж тем более о предстоящем свидании. Это ведь свидание?

— Свидание же? — задумчиво вздохнула Бринн, тут же слыша, как за спиной вздохнул бесенок, следом что-то бормоча.

Девушка глянула на часы, подсчитывая, сколько у нее осталось времени. Сейчас почти девять. Если возвращаться домой, а потом снова к Лорейн, то пройдет почти два часа. А еще необходимо решить, что надеть.

— Нужно вызвать такси, — решила Бринн, оставляя надкусанный бутерброд.

Она торопливо прошла к себе в комнату. Отыскав одну из старых тетрадей со своими записями, она вырвала листок, чтобы черкнуть сообщение для Лорейн. Писать эсэмэс было делом почти бесполезным, поскольку бабушка часто забывала телефон или отключала его, встречаясь с важными людьми. Вдруг вернется раньше ее? Будет знать, что с ней все в порядке и ничего не натворила. Пока…

Вскоре Бринн услышала, как к дому подъехала машина. Она быстро застегнула светлую трикотажную кофту, которую выбрала к любимым джинсам, обулась в прихожей и вышла к ожидавшему такси. Отличная погода радовала, окутывая теплом и солнечным светом. Бринн привычно расположилась на заднем сиденье, диктуя нужный адрес водителю.

Пока ехала до родительского дома, снова размышляла, пытаясь разобраться в своих чувствах. Наверное, стоит ими поделиться с Лорейн и спросить совета. Пожалуй, так и поступит вечером. С этой мыслью Бринн вышла перед крыльцом своего дома, отпуская такси. Она осторожно прошла в гостиную, опасаясь атаки родственников. Но, к счастью, было тихо и пусто.

Видимо, родители опять пропадали на работе, считая, что их дочь отсиживается у бабушки. Бринн немедленно поднялась по лестнице к себе в комнату, не желая зря терять время, и открыла гардеробную, намереваясь выбрать что-нибудь подходящее.

Она должна произвести впечатление. Даррелл должен быть восхищен как минимум… Но почему сегодня все вещи казались унылыми и сидели на ней отвратительно? Бринн поняла, что воздух вокруг уже искрится от ее плохого настроения, в очередной раз отбросив платье с вешалкой на постель позади себя. Все не то. Все не так… Чем больше старалась, тем больше разочаровывалась.

— Спокойно, Нери. Ты сошла с ума? — возмутилась своим поведением Бринн, прислоняясь горячим лбом к прохладной поверхности зеркала. — Ты спокойна и безмятежна… как море в штиль… и никакая диснеевская русалочка это спокойствие не нарушит…

Она открыла глаза и глубоко вздохнула. Затем перекинула длинные волосы на одно плечо и повернулась, чтобы идти за очередным нарядом. Но стоило ведьме сделать пару шагов, как спальню наполнил звон разлетающегося на куски зеркала. Сверкающие осколки зависли в воздухе, совсем рядом с девушкой, которая в ужасе замерла, стоя под этим опасным зеркальным дождем. Бринн дрожащей рукой укрепила невидимый щит, не позволяя стеклу поранить себя. Затем едва слышно прошептала заклинание, вынуждая осколки опуститься на пол.

— Потрясающе… — пробормотала ведьма, переступая босыми ногами через острые куски уничтоженного зеркала. — Ты только на это и способна, Нери!

Эйден прошелся по мансарде, на ходу застегивая рубашку.

— Ты уверен в своем решении, брат? — раздался по громкой связи голос Даниэля. — Я, несомненно, рад за тебя и даже готов сбежать с соревнований, чтобы быть свидетелем этого, но все же…

Эйден остановился и посмотрел на включенный телефон, лежащий на журнальном столике.

— Я хочу это сделать. — Эйден шумно вздохнул, упирая руки в бока и глядя на мобильный, будто брат сейчас мог его видеть. — Сегодня хочу поговорить с Бринн и открыться ей. Я благодарен Лорейн за то, что поняла мое молчание и дала шанс сделать это самому.

— На твоем месте я бы никогда этого не сделал, — пробормотал Даниэль. — Мне бы духу не хватило.

— Я не намного храбрее тебя, брат, — отшутился Эйден и устало провел ладонью по лицу. — Но если уж я хочу продолжать строить отношения с этой девушкой, а я намерен делать это, то подобных тайн не должно быть между нами.

— Кафе жалко, — продолжил несчастно бормотать младший брат. — Останется в руинах.

— Я не собираюсь делать это в кафе! — возмутился Эйден, хмуро глядя на телефон. — И на всякий случай…

— Да?

— Завещание в отцовском доме… — пробурчал старший Даррелл.

— Давай я сделаю вид, что не слышал этого, ладно? — предложил Даниэль.

— Дан…

— Ты лучший, брат, — подбодрил его юноша. — Ты действительно лучший, Эйд. Я повторяю тебе это всю жизнь и никогда не перестану повторять. Если Бринн не сможет разглядеть это и ей не хватит мудрости принять тебя таким, как есть, то…

— То? — скептически спросил Эйден, нервно продолжая застегивать рубашку.

— То она совершит большую ошибку, — заявил младший брат. — Ведь лучше других должна понимать причины того, почему есть нужда скрывать свою суть. Она живет с этим всю жизнь. Она поймет.