Безумный аттракцион - Дмитрий Захаров

– Проще всего мочиться в бане и считать чужие деньги! – ввязался в разговор пьяный англичанин. Он только что вернулся с вечерники, проходящей на первом этаже. По его виду можно было смело утверждать, что человек на славу повеселился. Рыжие усы угрожающе стояли торчком, как у Сальвадора Дали, щеки рдели, голубые глаза сверкали.

– Вас никто не спрашивает! – отрезал маркиз. – Идите, развлекайтесь с этими смертными.

– Англичане… – презрительно процедил сквозь зубы Шредер.

– Нацист! – беззлобно огрызнулся Перкинс.

– Вот вы говорите – золото партии… – вернулся немец к прерванной беседе. – А сколько его вообще осталось, золота этого? Наш старейшина вытягивает все соки из членов Гильдии! Вы, я слышал, тоже замка-то лишились… – Он язвительно ухмыльнулся.

– Жадный мальчишка! – вспылил Буа де Гильбер. – Он нас всех скоро по миру пустит!

– Неполноценный славянин! – кивнул Фриц. Он схватил рюмку со шнапсом с подноса пробегающего официанта и залихватски выпил. Светлые глаза наполнились слезами. – Один мудрый австриец мог бы подкрутить этим наглецам хвосты! – Он сжал кулак и погрозил дирижеру.

– Фу, проклятье! Опять напился! – Маркиз с отвращением сплюнул. Тотчас подскочил официант, вытер с драгоценного пола скверну и немедленно удалился.

Возле самой сцены, на полу идиллически расположились госпожа Липкина и великий, но непризнанный поэт Жак Лурье. Гений был нечесаным и грязным, в длинном пальто и пестром шарфе, который он обмотал вокруг цыплячьей шеи.

– Прочтите что-нибудь еще, мой милый… – Черные глаза женщины наполнились влагой, сдавленный тесным корсетом бюст вздымался как волны в бурном море.

– Право, не знаю, что прочесть. Я нынче не в духе. Но, может быть, вот это…

Я бежал по дороге, и мокрый асфальт

Громко хлопал в ладоши, немного не в такт.

И в тенистых лучах изумрудных аллей

Бес в пятнашки играл с бледной тенью моей…

– Волшебно! Вы – гений, Лурье! – Липкина похлопала в ладоши, допила вино из бокала, тоскливо огляделась по сторонам. – Черт возьми! Куда подевался этот красавец поляк?

– Убыли-с к месье Го Мичу-с! – гадко хихикнул Буа де Гильбер и щелкнул каблуками.

– Вы – грязный обманщик! – Женщина с отвращением посмотрела на маркиза. – И в следующий раз, когда будете красить губы, используйте современный макияж. Так вы похожи на стареющую проститутку-трансвестита!

Оркестр резко замолчал, напоследок звонко ударили барабаны, и воцарилась тишина. Громко икнул Перкинс. На сцене объявился Гом. На этот раз мужчина был одет в деловой костюм, его сопровождали двое таких же крепких молчаливых парней. Один дылда, другой широкоплечий блондин с длинными волосами, заплетенными в две тонкие косицы. Дылда держал на вытянутых руках поднос, крытый парчовой материей. Гом обвел собравшихся бесстрастным взглядом серых глаз и коротко, без выражения произнес:

– По случаю своего юбилея, уважаемый старейшина Го Мич решил сделать членам Гильдии Вечных королевский подарок – бесплатную инъекцию сыворотки вечности каждому. – Он махнул рукой, Блондин сдернул ткань с подноса; там сверкали маленькие шприцы, наполненные голубой жидкостью. – Прошу соблюдать очередь; один шприц в руки. Всем хватит.

– Надо же! – недоверчиво пробурчал Перкинс. – Пять лет жизни в подарок!

– Совсем из ума выжил наш староста! – пьяно брякнул Шредер. Он шагнул к сцене и сграбастал шприц с подноса.

Это послужило сигналом к действию. Бессмертные граждане, толкая друг друга локтями, рванули к сцене. В сумятице едва не затоптали Липкину и поэта. Вероятно, предвидя такой сценарий, мужчины закрыли грудью заветный поднос, Гом выхватил оружие, навел черное дуло на избранных.

– Уважаемые господа долгожители! Прошу соблюдать очередность; в первую очередь – дамы, затем джентльмены. Герр Шредер будет приятным исключением из общего правила, отныне можно причислить его к дамам. Иначе я вынужден буду подвергнуть вашу бессмертную шкуру испытанию на прочность. Шокер не убьет, но десяток неприятных минут гарантирую. Итак, прошу вас, мадам Липкина!

Брюнетка мстительно пихнула маркиза острым кулачком в бок и, нежно дыша в лицо Блондина, интимно прошептала:

– А я могу взять две дозы? Мой друг сейчас на аудиенции у самого Го Мича. Пока он вернется, сыворотка закончится.

– Можете, моя госпожа! – усмехнулся Гом. Он сунул два компактных шприца женщине. – Только не обманите!

– Упаси бог!

Люди, недовольно косясь на черное дуло электрошокера, послушно выстроились в очередь. Маркиз, получив свою дозу, долго придирчиво изучал содержимое на свет.

– Боитесь, что вам недолили, де Флоранс? – саркастичным тоном спросила Липкина.

– Странное дело… Я уже пять раз использовал сыворотку вечности, но впервые у нее такой тусклый цвет. И обычно препарат расфасован по запаянным ампулам. Может, лекарство просрочено?

– Ну да! Дай вам боже, что нам негоже! – хмельно засмеялась женщина.

Трое мужчин удалились, вновь грянула музыка, но гости не очень-то стремились танцевать. Они разбрелись по углам и спешно делали себе уколы. Сыворотка вечности не только давала возможность обходиться без отдыха и сна, она делала людей невосприимчивыми к любым вирусам. За одним небольшим исключением… Вирус Розена. Давно забытое страшное заболевание. Многие о нем позабыли, кроме гениального вирусолога, лауреата Нобелевской премии Горана Милича.

Протер заспанные глаза Перкинс, оторопело глядя по сторонам.

– Почему никто не пляшет? – Англичанин недовольно махнул рукой и вышел из зала. С обычными людьми он чувствовал себя значительно увереннее. Хотя там официально запрещены были алкогольные напитки, лукавый пьянчуга выносил потихоньку бутылки из Гильдии и угощал своих друзей на первом этаже. За это его многие любили. Он единственный из бессмертных не получил сегодня подарок от мистера Го Мича…

Фабрика работала круглые сутки. Гом с товарищами подъехали к проходной уже поздно вечером. Неприглядное одноэтажное строение, с застекленной будкой на входе и высоченным забором, поверх которого возвышался невидимый глазу лазерный купол. Он защищал помещение не только от незваных гостей, но и блокировал попытки засечь объект из космоса. Охранник испуганно таращился в камеру, Блондин ему лукаво подмигнул:

– Хочешь отправиться в сырьевой блок?

Зеленый луч просканировал сетчатку глаза ночного гостя, дверь распахнулась. За ней находились тесный отстойник и вторая дверь, похожая на ворота хранилища. Двое охранников выскочили навстречу визитерам.

– Нам только что доложили! Прошу прощения!

– Смирно! – дурашливо гаркнул Блондин и толкнул товарища в бок: – Не хотят идти в сырьевой блок, мерзавцы!

Стражники мгновенно вытянулись в струнку, как заправские вояки, поняв, что угроза насчет сырьевого блока – отнюдь не пустой звук. Печально известный сырьевой блок занимал большую часть территории фабрики. На стенах была намалевана жирная шестерка. Днем и ночью туда свозили бездомных и преступников со всего региона. Сыворотка вечности, разработанная Миличем в соавторстве с лучшими учеными страны, превосходила аналоги во много раз. От доноров требовался эпителий, вернее сказать – базальный слой, который содержит в большом количестве стволовые клетки. Технология производства препарата держалась в строгой тайне, известно было лишь одно – люди старели в течение нескольких месяцев. Несчастных хорошо кормили и пичкали лошадиными дозами соматотропного гормона, но это позволяло им прожить только несколько лишних недель. Тридцатилетние крепкие мужчины и женщины выглядели глубокими стариками.