Смертельный рейд - Юрий Иванович

– Рессорная сталь в виде проволоки и полос с закалкой на мартенсит.

И перечислил параметры, толщину и вес, в общем-то, небольших мотков. Если удастся выклянчить в комплект экипировки подобную сталь, то я впоследствии на готовые пружины уже сам сделаю нужный стабилизирующий отпуск. Технология мне была известна.

Прошло! Так что пусть и не сразу, но со временем такое оружие, как метатель, а то и пружинный арбалет, я обязательно сделаю!

Ну и под шум такого дождя сделал через Ксану вполне солидный заказ все той же незаменимой проволоки. Разве что чуть изменил сечение, ширину лент и предел упругости.

Пояса с футлярами для хранения груанов оказались довольно удобными в ношении и очень походили на патронташи. Их было удобно носить где угодно – на плече, на поясе, да хоть на бедре, футлярами наружу.

«Что ни говори, а экипируют тут одуренно! – не мог я не восхититься. – Знать бы все это заранее да продумать разные, но самые необходимые мелочи!..»

– Пошла последняя пятина кара! – предупредил меня поставной, и я заторопился с окончательной подтяжкой, навеской и размещением.

За четырнадцать минут много не успеешь, но вроде уложился даже с некоторым запасом. Закованная в латы Ксана смотрелась как вполне справный рыцарь среднего роста. Правда, вот оружие на ней и рюкзак смотрелись хуже, чем мятый серпантин на выброшенной после Старого Нового года елке. Прошлась она после моей команды вполне сносно, но вот сразу потом прошептала мне:

– Долго даже не выстою. Полкара, и упаду.

– Спортом надо было заниматься! В закрытом забрале не жарко?

– Не жарко, а… страшно.

– Вот и отлично! – Я стал быстро закидывать на себя неподъемный рюкзак, а потом брать в руки самое громоздкое оружие, которое нельзя было повесить на тело.

А тут и две клети с лязгом раскрылись.

– Две минуты вам, чтобы зайти! На пол ставить ничего нельзя!

Но только я вошел и стал разворачиваться на лязг закрываемой двери, как в помещение «гримерки» бодрым шагом вошел барон Фэйф. Ну а его «бодрый шаг» равнялся умеренному бегу обычного человека.

– Ну что, рабы, подготовили уголовников к отправке?! – забасил он таким голосом, что от него понеслась волна вибрации.

Судя по явной растерянности провожающих нас служак, появление великана считалось здесь невероятной редкостью.

– Э-э… Ну да, – не совсем по уставу отозвался поставной. – Через минуту отправляются.

– Хорошо-хорошо, туда им и дорога, – продолжал басить валух, деловито шагнув к клетям и осматривая нас с Ксаной с ног до головы. – Ха-ха! Да они словно в консервные банки запаковались! Ходячие консервы! Думаете, что тервель такой закуской побрезгует? Наивные. Ого! Ты смотри, как он загрузился?! Ишак столько не потянет! Никак навсегда туда перебираешься? Ха-ха-ха!

И во время этого монолога он своей массивной тушей полностью закрыл меня со стороны стола от возможных наблюдателей. Сложив руку в локте, он просунул сквозь ячейку стальной сети несколько скатанных в трубочку листов бумаги и расширенными глазами указал на них. Мол, забери!

Значит, некая помощь со стороны великанов мне поступила! Мои разговоры с техниками не прошли бесследно! Неизвестно, что в этих записях, но уж явно не яд для моей тушки. Вот только как взять эти записи? Руки-то у меня заняты!

Поэтому ничего больше не оставалось, как чуточку присесть, наклониться вперед и ухватить записи зубами. Великан продолжил и дальше что-то говорить бессмысленное, но предупреждение поставного я все-таки расслышал:

– Начинается спуск!

Я только и успел повернуть голову в сторону Ксаны и понять, что она следит за мной неотрывно, как наши обе клети ухнули вниз чуть ли не с активным ускорением. Вернее, это было даже не ускорение, потому что ни грохота, ни свиста ветра не ощущалось. Зато я сразу понял, что такое полная невесомость. И что ощущают космонавты на орбите. Ноги оторвались от пола, дышать стало так легко и непривычно, что амплитуда движений грудной клетки увеличилась до неприятного кислородного отравления. Да и волнение чрезмерное сказывалось.

Зато я считался весьма начитанным и образованным человеком (по крайней мере, сам такими мыслями себя тешил) и сразу начал действовать. Руки у меня облегчились, и мне не составило труда перехватить свернутые в рулончик записи. После чего я постарался развернуться в сторону моей попутчицы ко Дну, попискивающей и висящей под самым потолком своей клети.

– Ксана! Старайся дышать медленно, через раз! – прокричал я ей, пытаясь и по сторонам посматривать.

Серые стены шахты слились в сплошную стену без всяких тонов или участков света. Мы сами словно висели в слегка подсвеченном дымном облачке. И ведь уже пролетело сколько секунд, которые я начал отсчитывать с некоторым опозданием! Это ж на какую глубину мы падаем?!

Тем более, как знаток начальных постулатов физики, я прекрасно помнил: чем больший разгон, тем жестче и опаснее остановка. Да нас по большому счету с такой тяжеленной экипировкой может просто поломать, а то и убить при резком торможении. Может, Ксана была права, и нам следовало отправляться налегке?

Но сейчас было поздно что-то менять, и я заорал своей коллеге по несчастью:

– Держись! Если начнем останавливаться и ударишься о пол клети, постарайся по возможности сразу же лечь по диагонали клети на спину и ровно вытянуться! Ноги согнешь в коленках! Поняла?!

Ответного писка разобрать не удалось, но я понял, что ответ утвердительный. И только я уже в ужасе досчитал до шестидесяти, как началось торможение. К нашему счастью, медленное и щадящее. В отличие от моей попутчицы я вполне удачно встал на ноги да так и продолжал стоять, не зная падать мне на спину или нет. Пока, несмотря на все усиливающуюся на мои плечи троекратную тяжесть, я стоял нормально. Ксана успела лечь, как я ей советовал, и даже рюкзак себе довольно удачно сместила под голову.

И тут, где-то на двадцатой секунде торможения, вдруг оказалось, что мы прибыли! Пол под нами вздрогнул в последний раз и замер. Что-то в моих подсчетах, пусть даже и приблизительных, явно не сходилось!

Но пока на эту тему думать было некогда. Инструкций, что тут творится на Дне и как, нам не дали, стоять сейчас и читать полученные от валуха записи бессмысленно, тем более что долго нас здесь держать автоматически наблюдатели не собирались. Вначале я рассмотрел вплотную за сеткой стальную стену. Вернее, две сомкнутые створки ворот, которые красовались вполне понятным мне числом «сорок четыре». Не успел я к ним присмотреться, как створки бесшумно разъехались в стороны и точно так же тихо наружу открылась калитка клети. А уж совсем для тупых под ногами несколько раз вспыхнула и погасла световая стрелка. Мол, не задерживайся, топай!

Мы на Дне.

Не зная, грустить по этому поводу или сразу прощаться с жизнью, я сделал несколько шагов, волоча на себе все свои вещи, и аккуратно осмотрелся в обе стороны. Извилистые анфилады каменных переходов. Почти полная темень. Если бы не мое умение видеть в темноте, пришлось бы долго привыкать к такому густому, странному сумраку. Никого. Ну и самое главное – ничего вроде пока опасного. По крайней мере, ничто не шевелится и в нашу сторону не мчится.