Императрица поневоле - Ирина Агулова

— Почему я тогда не слышу твои мысли? — спросила, нахмурив брови.

— Потому, что ты пока не веришь, что предназначена мне судьбой, — вздохнув, ответил эльф, — всё время, думаешь о брачном договоре и обязанностям по нему, даже не желая заглянуть в своё сердце, чтобы узнать — что же нужно ему.

— И давно ты так можешь? — решилась на вопрос, не зная радоваться этому факту или злиться.

— Первые проблески были сразу после того, как спало тёмное заклятье, на берегу озера, — усмехнулся Эл, — признаюсь, я гордился тобой и долго смеялся над тем, в кого ты преобразила этого заносчивого водника. Не переживай, я не стану над ним насмехаться, чтобы он не подумал, будто бы ты мне об этом рассказала. А теперь давай отложим все разговоры на потом: нам надо идти, чтобы не пропустить самое интересное.

Пробираясь по извилистому горному склону, я пыталась ни о чём не думать, что оказалось не так-то просто. Через некоторое время Эл, не выдержав, отчитал меня за это, объяснив, что он чувствует лишь сильные мои эмоции и, соответственно, мысли связанные с ними. То, что я пытаюсь заставить себя делать то, к чему не склонна, боясь, что он узнает лишнего, вызывает в моём подсознании негодование, потому что это издевательство над своим естеством, и если я не перестану так себя вести, он больше не будет со мной откровенен.

— Посмотри на это с другой стороны, — вещал он, — изменить, ты уже ничего не сможешь, но если вдруг случится что-то непредвиденное, я всегда буду знать, где ты и смогу, при необходимости, помочь.

В конце концов, я решила — будь, что будет и постаралась больше об этом не задумываться. Не стоит портить себе жизнь из-за всяких особенностей эльфийского интеллекта. Элерандиэль мог мне вообще об этом не говорить, храня в тайне, но, однако, выбрал честность. Именно на это и стоит обратить внимание, а не на то, что он теперь будет знать, какого цвета бельё я купила себе в лавке. Пару раз, когда подобные мысли мелькали в моей голове, Эл спотыкался, но… сам виноват, нечего было меня отчитывать из-за попытки освободить свою голову от размышлений.

Минут через сорок, когда усталость понемногу начала давать о себе знать, мы увидели небольшую пещеру.

— Теперь, надо сохранять тишину, — прошептал Эл, наклонившись к самому уху. Кивнув, я проследовала за ним.

Из пещеры несколько туннелей вели вглубь, по одному из них мы и шли. Чем дальше спускались, тем жарче становилось. В какой-то момент эльф погасил магический шар и в полной темноте, стал отчётливо виден свет в противоположном конце туннеля. К нему мы и направились. Оказалось, что эта гора много веков назад была действующим вулканом, который теперь, лишь изредка давал о себе знать. Туннель заканчивался обрывом, внизу которого плескалась лава. Эл окружил нас защитным барьером, не пропускающим жар, поэтому, растянувшись на животе, мы спокойно могли смотреть на то, что твориться внизу.

А посмотреть было на что! Достаточно высоко над лавой, чтобы не доставали брызги, то спускаясь вниз, то поднимаясь вверх, парила необычная птица. Размерами она была не больше сокола, формой головы тоже не особо от него отличалась, но вот остальное… Её алое оперенье мерцало в отблесках расплавленного огня и казалось, что каждое перо само является обжигающим язычком пламени. Глаза сверкали, словно ночные звёзды на небосклоне и когда птица поднималась вверх, мне чудилось, будто бы в них застыла такая тоска, которую никто из смертных ещё не испытывал.

От феникса, время от времени, волнами исходило необычное сияние, при этом он зависал в воздухе, невероятно быстро махая крыльями, из которых начинали сыпаться искорки, и поднимал голову. В это время становилось заметно, что зоб и горлышко его вибрируют, а клюв то и дело раскрывается. Создавалось впечатление, что птица поёт, хотя самого звука слышно не было. Наблюдая этот необычный огненный танец, я вдруг поняла, что он кого-то зовёт.

И тут, Эл осторожно дотронулся до моей руки, привлекая внимание. Взглянув на него в недоумении, я вопросительно приподняла брови, жалея в этот момент, что не могу слышать его мысли, а он, улыбнувшись, указал наверх. Устремив взгляд в нужном направлении, я увидела ночное небо над головой, и спускающуюся оттуда, по жерлу вулкана, птицу. Этот феникс оказался гораздо меньших размеров, и вид его оперения не производил такого сильного впечатления, как у первого. «Самочка,» — проскользнула мысль, объясняющая увиденное.

Первая птица метнулась ко второй, закружив возле неё. Их полёт был столь стремителен, что казалось, будто бы два пламени сплелись воедино. В тот момент я почувствовала, что мы здесь лишние. Дёрнула за руку Эла, мотнув головой в сторону выхода, и стала осторожно отползать, чтобы не выдать своего присутствия.

Оказавшись в туннеле, встала, стряхивая пыль с одежды. Я была под таким впечатлением, что глядя на серые стены, мне чудились лишь огненные всполохи, вместо камня. Весь путь по тоннелю внутри горы мы проделали, не проронив ни звука, и лишь когда оказались на свежем воздухе, я выдохнула с облегчением.

— Почему ты решила уйти? — спросил Эл шёпотом, когда оказался рядом.

— Почувствовала, что мы там лишние, — ответила как есть, понимая, что со стороны это может показаться глупостью, но уже не раз убеждалась на собственном опыте, что интуиции лучше доверять.

— Возможно, ты и права, — кивнул он, — что ж, тогда пожалуй, пора возвращаться в дом лорда Саруша.

— Не хочу, — выдохнула я, искренне удивляясь нахлынувшим чувствам, — давай ещё немного побудем на этом острове, прогуляемся по берегу.

— Я буду только рад, — прошептал эльф, приподнимая пальцами мой подбородок и заглядывая в глаза, — девочка моя.

Лунный свет отражался в его зрачках, завораживая и затуманивая рассудок. Поддавшись порыву, я дотронулась до его волос, осторожно провела пальцами по щеке.

— Знаешь, иногда я готова тебя поколотить, — призналась, затаив дыхание, — а иногда…

Обвив его шею руками, я потянула на себя, заставляя, тем самым, эльфа наклониться ниже и легонько коснулась губами его щеки.

— Спасибо, — прошептала я, — за столь замечательный подарок.

Эл немного качнул головой и наши губы соприкоснулись. Замерев на миг, мы перестали дышать, пристально глядя в глаза друг другу, а потом…

Горячие губы накрыли мои, страстным поцелуем, чуткие пальцы гладили спину, запутываясь в волосах. Время словно остановилось, позволяя почувствовать всю нежность прикосновений и радость от ощущения того, что этот мужчина принадлежит только мне. Голова кружилась, в ногах появилась слабость, но именно в тот момент я почувствовала себя сильнее и увереннее, чем когда бы то ни было.

— Камилия тер Даллаарон ты выйдешь за меня замуж, — голос эльфа был таким ласковым, что счастье заполнило моё сердце.

— Да, — ответила дрогнувшим голосом, и, испугавшись сказанного, тут же добавила, — когда закончу учёбу в академии.

— Ты невыносимая, — выдал Эл, тихо смеясь.

— Да, да, а ещё своенравная, безрассудная…, - вспомнилось сказанное им возле радужного водопада.