Нет чужих бед - Оксана Демченко

А как быть теперь? Как?

Пусть женщина во многом лжет. Но не во всем. Уже понятно, что долгая жизнь в результате приема крови — правда. Это подтверждает и исцеление зреца, и удивительная, непостижимая раньше продолжительность правления прежних эргрифов.

Не наградят его в столице. Тут бы выжить! Отнимут источник здоровья и долголетия, а самого добытчика — подальше от глаз. Лучше всего прямиком на досрочный суд Адалора. И его, и расторопного сотника. А может, и зреца…

Нагиал допил чашу. Приятный вкус. Терпко, пахнет цветами и явно приготовлено на меду. Проясняет рассудок, снимает избыток напряжения, избавляет от неуверенности. Он понимает, во что вовлечен, и не боится! Гласень покачал головой и подумал, что хорошо бы употребление питья осталось без серьезных последствий. Похоже на влияние. Он читал о подобном. Но как? Голос женщина не использует, он бы заметил. Обаяние свое, странное и сложное, держит в узде.

А все же ее жаль. Одна, последняя… Страшно подумать о подобном! Остаться единственным существом своей расы во всем мире — невыносимые, должно быть, по тяжести тоска и боль гнут плечи пленницы.

Гласень снял с вешалки запасной теплый плащ и отдал женщине. Повторил свой вопрос:

— В чем могут люди быть подобны вампирам?

Арина благодарно кивнула, укуталась в плащ, устроилась прямо на полу, загрузив углем печурку. Прикрыла веки и сонно, почти без выражения, ответила на заданный вопрос о схожести и различии людей и вампиров.

— Те, кого у нас звали лордами, управляли всем нашим обществом. Они долго учились сочетать собственную личность и опыт других — внешний, накопленный ранее. К двумстам зимам лорды обычно соединяли в полной мере дар гласеня, зреца и маэстро, как вы их называете. То есть видели важное для всех, слышали советы высших и умели находить баланс, гармонию, управляя подданными. Мне казалось, люди способны на нечто подобное. Правда, отец твердил, что и без того от вас слишком много бед…

— Они что, лишались врожденного слуха, зрения и разума? — охнул гласень.

— Нет, конечно. Я не знаю, почему вы уродуете своих одаренных. Скорее всего, чтобы ускорить процесс и сузить коридор возможностей, — зевнула Аэри. — Зрец, если он настоящий, видит мир вдвое ярче. И платит за это лишь своим временем, истраченным на самосовершенствование. Многими зимами труда, а никак не жалкими часами физической боли. Спи, достойный служитель Нагиал. Отдыхай. Для вас, людей, вредно и непривычно так тесно набивать голову мыслями. Вы болеете от нового. Сильно болеете. Иногда смертельно. А я не хочу никому вредить.

Гласень закрыл глаза и ощутил, что без усилия, сразу, погружается в добрый теплый сон. Целительный, подобный летнему озеру, серебряному в лучах Адалора. Чистому и глубокому.

Леди Аэри Эрр Эллог тоже расслабилась и дышала ровно. Ощущала себя водой, медленно охватывающей, омывающей грязное и спутанное сознание гласеня. Не особенно хороший человек. Но и не худший из них. Еще не миновал ту грань, не опустился до илистого дна, откуда не вытащить. Для подонков свет становится недосягаем. Этот — пока еще не таков, он колеблется. Смешно! Почти стар по человечьему счету зим — и не нашел себя, не выбрал линию поведения. Истину, способную стать для него главной. Помнит обиды, хранит остатки мечтаний о славе, искренне — вот редкость-то! — верит в Адалора. До сих пор читает проповеди с неподдельным рвением. Жаль, по возрасту немного не то — мог бы стать маэстро… Впрочем, отчего не попробовать? Зим десять она способна вернуть этому Нагиалу.

В конце концов, остаток своих дней — и едва ли их будет много — придется провести среди людей. Значит, надо постараться сформировать себе нужный их круг.

Это трудно. Невыносимо трудно. Но вампиры уже давно живут, не ведая радости и надежды.

Озеро древнего и глубокого сознания леди темно от грусти и боли. Но по-прежнему исполнено силы. Два-три человека могут жить на его берегу, купаться в водах и пить из родников знания, не создавая проблем. Конечно, набор не идеальный. Имеется неглупый и умеющий убеждать, чуткий и готовый видеть. Нет еще одного. Определенно, требуется тот, кто способен действовать.

Карета скрипела новенькими кожаными ремнями, стучала по камням большими колесами. Двигались на север. К столице, куда пока им всем не следует спешить. Поэтому леди Аэри позволила себе лишь короткий сон в полчаса, не более.

И со стоном села на полу, кутаясь в плащ. Омывать сознание людей почти так же опасно, как пить их кровь. Слишком много грязи и неорганизованности. Ничего, она опытная и справится.

Леди допила настой, заела его парой ложек меда. Довольно улыбнулась — уже лучше. И слегка стукнула в оконце.

— Что надо? — тихо спросил сотник, приоткрыв узкую щель малой створки.

— Зрец плох, — честно сообщила вампирша. — Привал бы сделать. Ему нужна нормальная кровать, домашнее тепло и хороший травник. Дней на пять самое меньшее.

— Позор, слушаю врага, — скривился Фарнор. — Твое счастье, тварь ты эдакая, что тучи на горизонте, вон, глянь, премерзкие. Того и гляди всерьез навалится снег. Мокрый южный снег. И увязнем мы… — Мужчина резко махнул рукой, отгоняя слова, слишком уж определенные и недостойные слуха служителей, сидящих в карете. — В общем, сам не без ума. В пяти верстах отсюда имеется деревушка. Нет там ни грифских стражей, ни местных служителей. Тихо, бедно и уютно. К ужину доберемся.

— А где ты сотню свою разместишь? — удивилась вампирша.

— Да какая сотня, — еще энергичнее отмахнулся светец. — Две дюжины отослали с младшим зрецом в столицу, уже давно. Еще пятерых позже, с сообщениями. Семеро слегли с кашлем, двоих кони лягнули, один…

— Я почти готова поверить, что вампиры умеют сглазить удачу, — тихо рассмеялась Аэри. — Досталось вам, охотничкам.

— В общем, сорок человек нас. Поместимся. — Сотник хмуро глянул на пленницу. — И учти, сбежать я тебе не дам. Даже если останусь один. Закрывай оконце, не студи карету.

Леди послушно прикрыла обитую кожей резную деревянную створку. Довольно поправила волосы. Вот и третий. Занятная может получиться подборка. В чем-то уникальная. За последние две сотни зим ни один вампир из числа лордов не подбирался так близко к подходящему материалу. Жаль, нет на этом берегу второго взрослого опытного лорда! Вдвоем бы они обработали набор до чистовой шлифовки.

Пока же надо готовиться к большому делу. Запасать отмеченные кровью листья трав. Структурировать воду во фляге гласеня. И врастать в них. Врастать — всерьез, всей душой.