Корона из ведьминого дерева. Том 2 - Тэд Уильямс

Ольверис наконец немного побледнел, и на его оливковой коже выступил пот.

– Нет, милорд.

– Нет, милорд, – эхом повторил Астриан. – Но…

– Хватит. Я намерен отправить вас к Закиелю в сопровождении Виберта, потому что меня тошнит от одного вашего вида. И, если вы устроите какие-то проблемы или позволите себе с кем-то грубо разговаривать, я потребую, чтобы лорд Закиель бросил вас в самую глубокую темницу, где вы будете оставаться до тех пор, пока не сгниете. Вы все поняли?

– Да, милорд, – сказал Астриан.

– Да, милорд, – повторил за ним Ольверис.

Пасеваллес вышел в соседнее помещение и позвал своего старшего секретаря.

– А теперь уходите, – сказал лорд-канцлер, вернувшись вместе с Вибертом. – И какое бы наказание ни решил назначить вам Закиель, вы поблагодарите его и принесете свои извинения. Нет, не надо ничего говорить. Меня тошнит от ваших речей.

После того как разошлись зрители, а леди Телия и Тиамак окончательно убедились, что раны, полученные Морганом, не представляют опасности для его жизни и здоровья, принц остался наедине со своим оруженосцем Мелкином, парой слуг и бабушкой.

– Я никогда не пойму, почему ты так поступил, Морган. – Королева была не только разочарована, но и рассержена. Как только она убедилась, что внук пострадал не серьезно, ее сочувствие исчезло. Теперь королева напоминала медленно кипящую кастрюлю. Морган и представить не мог, что скажет дед, и ему оставалось лишь гадать, сколько удастся избегать его гнева. – О чем ты думал? Говори со мной!

– Я не знаю. – Морган попытался лечь на бок, чтобы не видеть ее покрасневшее от слез, несчастное лицо, но ребра болели слишком сильно. – Я не знаю. Я просто… просто так получилось.

– Мы еще поговорим об этом. Завтра, после того как ты хорошенько выспишься.

– Но еще даже полдень не наступил.

– Значит, после дневного и ночного сна. Твой дедушка очень, очень огорчен.

– Какая неожиданность!

– Не нужно грубить, Морган, и не пытайся шутить. Сейчас для этого совсем неподходящий момент.

Мириамель оперлась ладонью о его постель, чтобы встать. Иногда принц забывал, что его бабушке уже более пятидесяти лет, потому что она часто улыбалась и у нее был звонкий, почти девичий смех. Он знал, что должен испытывать угрызения совести из-за того, что заставил ее волноваться, но сейчас, когда она с трудом поднималась на ноги, почему-то почувствовал себя отвратительно. И что совсем уже странно, Морган ощутил гнев, словно это она ударила его в челюсть. Иногда ему казалось, что люди, которые о нем беспокоятся, делают это только для того, чтобы иметь повод быть им недовольными.

– Ты уже уходишь, бабушка?

– Да, жизнь в замке и столице должна продолжаться, что бы ни случилось. – Она покачала головой. – Я молюсь, чтобы ты когда-нибудь понял эту истину, Морган, – все должны работать, чтобы сохранить королевство, которое ты воспринимаешь как данность. Чтобы сберечь то, что ты получил по праву рождения.

– Я ничего не принимаю как данность. – На самом деле он считал, что нет ничего хуже той жизни, которую вели его дедушка и бабушка, – выслушивать епископов, купцов и придворных с их бесконечными жалобами и просьбами, таких вздорных и себялюбивых. Он подумал, что предпочел бы быть самым захудалым крестьянином Эркинланда и каждый день косить траву, истекая потом. Во всяком случае, ему бы тогда не пришлось беседовать с глупцами. И он мог бы не выполнять просьбы неблагодарных людей. Но именно такой жизни хотели для него дедушка и бабушка, а потом удивлялись, почему он не рад.

– Где твоя мать? – спросила королева, задержавшись в дверном проеме. – Почему ее здесь нет? Может быть, она не знает, что с тобой случилось?

Морган понимал, что вопрос обращен не к нему, – обычно он знал о местонахождении матери меньше, чем кто-либо в Хейхолте, – поэтому даже плечами не стал пожимать.

– Ну, ей следует находиться здесь. – Бабушка отправила одного из слуг к вдовствующей принцессе, чтобы убедиться, что ей известно о происшествии, и еще немного задержалась на пороге – на этот раз ей помешала уйти маленькая коренастая фигура, появившаяся в дверях.

– Я пришел навестить принца, – сказал Младший Сненнек. – Меня беспокоит его здоровье. В порядке ли он?

– Да, он в порядке – благодаря тебе, – сказала бабушка Моргана. – Хотя мы с королем хотели бы позднее услышать от тебя, что вы там делали.

– Я расстроен и рассержен на себя настолько, насколько возможно, – сказал тролль, и его круглое лицо стало очень серьезным. – Вы можете задавать мне любые вопросы, ваше королевское величество. Спрашивайте, спрашивайте и спрашивайте, а я буду отвечать.

– Ну, только не сейчас, – слегка растерянно сказала королева и ушла.

Морган попросил Мелкина и оставшегося слугу подождать за дверью.

– Что ты им сказал? – резко спросил он у Сненнека.

– Я не мог говорить, что ничего не случилось, друг Морган! У тебя шла кровь из подбородка и других мест. Мне пришлось сказать, что ты поскользнулся, упал и ударился головой.

– Это правда. Но разве они не видели дверь… люк, открытый.

Сненнек покачал головой:

– Я его закрыл перед тем, как отправиться за помощью.

Морган откинулся на подушки, только теперь сообразив, что его тело так долго находилось в напряжении и он уже не помнит, в какой момент это началось.

– Слава богу! О, умный, храбрый Сненнек! Они бы отправили меня в темницу, если бы узнали, что я только подумал о том, чтобы проникнуть в башню. Но что случилось с тобой? Я не мог тебя найти, когда забрался на самый верх. Где ты был? – Он вдруг кое-что вспомнил, и ему показалось, что в него вонзился темный, ржавый и холодный наконечник копья. – Ты видел человека в красном?

Сненнек еще раз покачал головой, и на его лице появилось недоумение.

– Я никого не видел. Когда я нашел открытый люк, ведущий в башню…

– Значит, ты его не открывал?

– Нет. Совершено точно нет. Я не стал бы. Я увидел, что люк открыт, и мне захотелось хотя бы заглянуть внутрь, поэтому я… стал спускаться по грудам камней. Я поступил глупо, потому что не проверил, смогу ли так же просто выбраться обратно. Но потом, когда я оказался внутри, мои мысли стали какими-то странными.

– Я думаю, со мной произошло нечто похожее. Ты думаешь, это была магия Красного Священника?

– Еще один вопрос, ответ на который мне неизвестен. Тогда казалось, что мне снится сон и будто я слышу твой голос, но откуда-то издалека. И я… видел разные вещи. Сбивающие с толку. Невнятные. Очень похоже на сон – плохой сон… – Сненнек снова тряхнул головой, словно хотел избавиться от неприятных мыслей. – А потом я сообразил, что снова нахожусь перед открытым люком и ты лежишь передо мной с кровавым лицом…