Счастье на снежных крыльях! - Ольга Гусейнова

Прямо перед ужином мне доставили парочку новых нарядов, нижнее белье и одежду для отдыха — уже моих собственных. Причем, первыми пошили самые провокационные туалеты, из-за которых Амила утром неистовствовала и истерила. Длинная туника с разрезами по бокам из полночно-синего шелка с открытыми плечами и верхней частью спины, с воротником-шалью. Пуговички из камешков, похожих на агат, черный широкий пояс и слегка облегающие прямые брюки. Этот наряд я оставила на завтра.

А вот на ужин я надела красивый топ, открывающий плечи, и легкие шаровары, пояс и манжеты на которых так же украсили «агатами». Амилу «убил» черный шелк с вышитыми серебряной нитью снежинками. Выбрав «одежду низших», я мелко мстила ей и бросала вызов пока еще жителям шаазата, но в будущем — и обществу леаров в целом. Ходить вечно бледной молью я не хочу. Поскольку не обладаю ангельски идеальной красотой настоящих шааз, которым белый, безусловно, к лицу.

Ужин накрыли на нарядной, усеянной светлячками террасе, видимо специально выделенной для подобной цели. С видом на «площадь» девяти дворцов, как я про себя назвала окружающий пейзаж. В общем, ужин был настолько хорошо обставлен, словно мы чей-то юбилей праздновать собрались, а не перекусить перед сном.

Когда пришли мы со свекровью, Йелли и Ниол уже сидели за столом и тихо беседовали. Первой к ним шла царственная Амила. Я следовала за ней незаметной тенью. Охранники помогли придвинуть нам стулья и исчезли из поля зрения. Родственники дружно рассматривали меня. Еще бы, среди трех белоснежных орлов завелась черная ворона. Но я не каркала, в смысле помалкивала и таинственно улыбалась, раскладывая на коленях салфетку и бросая короткие взгляды на Йелли.

Муж оценил: откинувшись на спинку кресла, кривил рот в насмешливой ухмылке, едва заметной, но понятной мне. Игра началась! Странно, но его в этот раз не холодный, а заинтригованный взгляд, расслабленная поза и длинные сильные пальцы, которые играли с вилкой, оказали на меня странное впечатление. У меня взыграл чисто женский интерес, не с эстетической точки зрения, как все остальные особи сильного пола, а именно как мужчина. Надо полагать, вчера даже будучи уставшей до смерти, я не просто так застряла взглядом на нем, выбирая мужа.

Интересное кино. Кроме Игоря я никогда и никого не рассматривала в качестве сексуального партнера и, тем более, мужа. Но Лесина знала долго, успела изучить как облупленного, привыкнуть к нему, к мысли о близости и о чем-то большем, нет, скорее, общем будущем. А вот теперь муж у меня уже есть, даже либидо просыпается, но я его совершенно не знаю. Как строить с ним отношения? Стоит ли? Хотя, кровь и магия нас уже связали, а его верность отобрала сама. Надо попытаться построить семью.

Так я думала, пока Йелли, поглаживая мои обнаженные плечи, стоял у меня за спиной и тихо объяснял принципы полета. Его горячее дыхание шевелило прядки у моего виска, а волна снежной магии вызывала дрожь удовольствия. Пока он командовал раскрыть крылья, перебирал мои белоснежные перышки, я была решительно настроена на укрепление семейных отношений. Тем более, на возмущенные жалобы Амилы за разбазаривание «родовой и наследной» магии на всяких проходимок мой муж даже слова не сказал. Да, его пристальный взгляд посуровел, выдавая недовольство мной. Но промолчал.

Затем мы взлетели и зависли над бездной, Йелли, держа меня на руках, еще раз напомнил базовые принципы полета. Я наверняка восторженно глупо таращилась на него, красивого сильного леара, околдованная его хрипловатым мужественным голосом. И вот как раз в этот волшебный момент, когда вечер плавно переходил в ночь, вокруг сгущались таинственные сумерки, мелькали светлячки — сплошная романтика, я резко изменила мечтам о супружеском счастье.

— Ненавижу-у-у тебя-я-я!!! — орала я, кувыркаясь и падая в страшную, клубящуюся темноту.

Облака приближались, у меня возникло дежавю: все это со мной уже было. Я на всю Ларану орала «Помогите!» и вновь инстинктивно выпустила крылья и размахивала ими вместе с руками и ногами, забыв все предполетные инструкции. Ко мне спикировал Йелли, чуть не снеся меня в сторону огромными крыльями. Дальше он громко, но без воплей, как его матушка, напомнил о том, что говорил минуту назад. В облака я вошла уже не кувырком, а почти плавно. И так опускалась, точнее, судорожно махала крыльями, с трудом удерживая руки, чтобы не подключить их к процессу.

Во дворец Арэнк я возвращалась мокрая как мышь от напряжения, обессиленная и злая. Ни правильного обучения! Ни методики! Сплошная засада. Как кутенка на глубину кинули — и выплывай как хочешь! Мало ли что такая «наука» сработала — помогла если не взлететь, то хоть удержаться в воздухе с первого раза. Может это случайно, на нервной почве, на инстинктах, в конце концов. Опять на какую-нибудь богиню надеяться? Йелли точно в мать пошел, хоть внешне — вылитый отец. Оба «разговорчивые» до нельзя — двумя словами в день замучить могут. К тому же, учителя из них… Легче с пауком с дерева лапуг договориться. Но зато скорость обучения потрясает, всем бы так, за год профессорами стали бы.

О слиянии сокровенных жидкостей муж сегодня даже не заикнулся. Видимо, у меня был слишком красноречивый вид, когда я брела к новехонькой кровати. Нет, полуголый Йелли растянулся на своей половине постели и с ухмылкой следил за мной, пока я, кряхтя и мысленно костеря весь род Арэнков, залезала под простыню.

Я блаженно вытянулась и закрыла глаза. Хвала всем ларам!