Академия счастья, или Кофе – не предлагать - Виктория Миш

— Не надо так меня называть, — я распахнула глаза и удивилась: боль прошла. — А ты крута!

— Я не крута, я — мега крута, — самодовольно сказала Ларри. — Слушай, раз моя комната теперь освободилась... Хочешь переехать ко мне?

Осознание и страх накрыли мгновенно: Ларри же тоже феоша! Вернее, это она — настоящая феоша, а я вроде как под прикрытием. Значит, ей грозит опасность?!

Я закрыла рот рукой.

— Эй, ты чего? — испугалась за меня подруга.

Настоящая боевая подруга! Она меня защищала от чудовища и даже караулила мой сон, пренебрегая ванной и чистой одеждой. И теперь над ней нависла темная туча посланников какой-то чертовой матери.

— Они будут охотиться за тобой, — выдохнула я и дернулась к подруге. — Не ходи нигде одна. Бери Джаса. Кстати, где он? Почему ты его бросила?

Девушка замялась и посмотрела в сторону.

— Вы поссорились?

— Не совсем.

— А что тогда?

— Он пристает. Как мы закрепили наш союз... Хм... — Ларри покраснела.

То есть я ее смутила? Неужели ей и Джастин нравится? Дурдом какой-то! Не могут же нравиться двое сразу.

Но в этот момент какая-то правдолюбивая бабочка шепнула: «А тебе кто больше нравится: куратор или Джун?».

Я отмахнулась от нее, как от назойливой мушки. Никто мне не нравится! Вернее, я может кому-то и симпатизирую, но это не повод считать, что мне кто-то реально нравится...

Почувствовав, что запуталась, решила переключиться на подругу.

— Думала, тебе Рик нравится, — честно призналась я.

— Да какая разница, — вспылила подруга, — мы не в детском саду. Нравится — не нравится. Давай еще на ромашке погадаем! Уважать чужое пространство надо. Достал, рыжеволосое чудище!

Я улыбнулась. Они вправду подходили друг другу: взбалмошная непредсказуемая Ларри и рыжеволосый серьезный мальчик. Ботан и оторва. Хотя, характер этой парочки постепенно раскрывался с разных сторон: то Ларри демонстрирует рассудительность и спокойствие в трудной ситуации, то Джастин... Пристает?

— Да как он посмел! — бросилась я к шкафу и вытащила два похожих платья. — Одевай. Должно подойти.

— Не надо. Я мотнусь к себе и переоденусь. Не хотела оставлять тебя одну, — пояснила она.

И когда подруга уже открыла дверь, чуть помедлила и произнесла:

— Ты говорила во сне про Гюрона. Жаловалась на него за секрет. У тебя есть от меня секреты?! — Ларри нахмурилась. — А еще ты ругала его и признавалась в любви. Ты что, действительно запала на своего куратора?..

Девушка спрашивала совершенно серьезно, пристально следя за моей реакцией, и я не стала врать:

— Сейчас я не могу ничего рассказать. И про чувства... Я не знаю, правда. Все так сложно...

Она кивнула и молча вышла за дверь. Поверила ли? Или снова заподозрит везде обман? Лариса откровенна и если считает кого-то своим другом, делится с ним и радостью и своей болью.

С огромным удовольствием я приняла душ и кое-как привела себя в порядок. На завтрак я уже не успевала и с грустью подумала, что придется голодать целый день. Это надо же такое неудобное расписание приема пищи придумать?!

Первой лекцией стояли Основы магического искусства. Джун опять занял первую парту, и я с неудовольствием поняла, что поспать не получится. Не то, чтобы мне сильно хотелось, но и выкладываться на полную катушку — не вариант. В теле еще стояла слабость, и было горячее желание поотлынивать. Джун повернулся и настороженно посмотрел.

Мне не понравился его взгляд — будто он подозревает меня в чем-то дурном, и я, не глядя в его сторону, выложила учебники. Приготовила ручку и тетрадь.

Он молчал, я тоже. Преподаватель пришел не сразу, а Джун будто этого и ждал. Как только магистр Ллойд начал объяснять новую тему, парень сухо спросил:

— Где ты была вчера вечером?

Я только записала определение слову «Аура», поэтому недовольно бросила:

— Лучше не спрашивай.

— Но мне надо знать, — настойчиво сказал он.

Магистр Ллойд, в это время объясняющий что-то про взаимодействие светлого и темного и отражение этого в ауре, сделал нам замечание.

— С куратором, — ответила я в надежде, что он отстанет.

Не выдавать же Ларри! Пусть они и друзья детства, но про наши приключения в клубе ему знать не обязательно. Печенкой чувствовала — не надо.

— Вы встречаетесь? — сузил и без того миндалевидные глаза он.

— С куратором?! — громко удивилась я.

Да что за глупости он говорит? Специально выводит из себя?

— Второе замечание, Добронравова. Если вам нравится изучать основы по учебникам, я не задерживаю.

Я смущенно извинилась. Посмотрела на причину моего выговора, но Джун с непроницаемым лицом записывал определение в тетрадь. Вот наглец!

Что ему нужно? Он что-то подозревает?..

Лекция пролетела быстро, я автоматически записывала за магистром объяснения, определения, коды, и даже какой-то большой график зарисовала — по вычислению наибольшего магического напряжения в ауре, но ничего не понимала.

Мысли витали вокруг Джуна и его недовольства: парень сидел с таким видом, будто я его оскорбила в лучших чувствах. А ведь это он подозревает меня невесть в чем!

— Хватит фыркать, как ежик, — вдруг сказал он, не поворачивая головы, — бесит.

— Ой, вот и не надо обращать на меня внимание! Сиди себе и пиши в тетрадочку, — подумала я, но промолчала.

На перемене, когда собрала учебники и тетради, он вдруг взял меня за руку:

— Пойдем к мисс Свити.

— Зачем?

— Договоримся о дополнительных уроках.

— Не надо, — я выдернула руку, — паста у меня получается, а вот корзиночка... Ее я выучу к следующему разу.

— А ну покажи, — сложил руки на груди парень.

Я вздохнула и бросила сумку на парту. Ребята, с опаской косясь на меня и Джуна, ушли. Вия на лекции не было, и перед парой я слышала, что его все-таки положили в лечебную комнату.

Блондинчика было искренне жаль.

Ирма и Бирсэн с воодушевлением строили догадки, кому мог навредить сыночек Главного советника. По моему подсчету — кому угодно. Девушки же склонялись к версии шантажа.

— За него потребовали бы выкуп, а у Гюрона денег много, — скривилась так сильно Ирма, будто Вий отнял все накопленные деньги ее семейства.

Я снова вздрогнула, услышав фамилию куратора. Никак не могу привыкнуть, что он родственник блондину. Они же совсем не похожи!

— Но зачем тогда ударили ножом? — возразила Бирсэн. — Напугать?