Фиолетовый меч - Дмитрий Морозов

— Похоже, нам нужно уносить ноги. Очевидно, что народ молотов здесь не жалуют, да и Олекса наверняка уже начал трепаться о странном гноме, которого он из милости отбил у разбойников и довёз до города. Да, да, а ты что думал — он расскажет том, как ты его спас? Плохо же ты его изучил за эти две недели.

— Нет. Я второй раз встречаюсь с людьми, такими же, как я — и второй раз у меня ощущение ненависти и гадливости. Я хочу разобраться!

— Не второй, а третий. Второй был, когда ты сидел в камере с магами. — Элан покраснел, осознав справедливость беспристрастных слов меча, а тот, не обращая внимания на смущение хранителя, продолжил:

— Ну, то, что ты решил кое-что для себя прояснить, хорошо. Давай так — представь себе кого-нибудь, я накину на тебя морок — пусть все видят только человека. Будем надеяться, достаточно сильного мага нам не встретиться и никто не заподозрит в тебе гнома…

Элан прикрыл глаза — и попытался представить себе давешнего продавца. Картинка получилось чёткой — прошло совсем немного времени, и образ ещё не успел рассеяться из памяти. Меч хохотнул.

— Решил доставить спесивому болвану несколько неприятных моментов? Не получится — все равно полного сходства добиться не удастся за столь короткое время — ваши черты перемешались… Хм, зато теперь в тебе человеческого гораздо больше, и ты уже не напоминаешь гнома. Да и одежда на тебе выглядит понарядней. А где ты будешь разбираться в чувствах своих собратьев?

— Вон там — Элан кивнул в сторону дорогой таверны, на втором, открытом этаже которой стояли ажурные столики, слышалась лёгкая музыка и виднелись нарядные фигуры посетителей.

Меч вздохнул.

— Этого я и боялся. Тебе непременно нужно влезть в центр проблемы. Ну-ну. Учти, при всех твоих — и моих умениях ты ещё не полноценный маг и не полноценный хранитель. Ты вполне можешь зарезать пару десятков воинов — однако двадцать первый тебя достанет. А с магами и того хуже. Ты всё ещё хочешь лезть на рожон?

Элан пожал плечами.

— Там сидят обычные люди. Если они и отличаются от тех, кого я видел на Земле, то не очень сильно. В конце концов, это же не разбойники, а образованные, интеллигентные люди.

Меч заржал, вызвав щекотку в спине.

— Ты неисправим! Прошёл пытки у святошей, которые должны быть образцом гуманизма и чистоты, однако продолжаешь верить в порядочность тех, кто выглядит представительней тебя? Здорово у вас на Земле промывают мозги… Иди — и будь осторожней.

Первый этаж трактира не намного отличался от всех уже виденных Эланом питейных заведений, если не считать почти стерильной чистоты. Простые, но аккуратно сколоченные деревянные столы, стойка у дальней стены — на удивления пустая, покрытая тонкой выделанной кожей — и полтора десятка здоровенных личностей, увешанных тяжёлым боевым оружием, сидящих кучками за столиками вдалеке друг от друга и пьющих явно не хмельные напитки.

— Телохранители — буркнул меч, недовольный задержкой. — Нам наверх.

Элан поднялся по аккуратной, обитой какой-то толстой тканью лестнице, провожаемый подозрительными взглядами нескольких пар глаз — и оказался в небольшой комнатке с закрытыми дверьми и увешенными повсюду зеркалами.

Элан легко стукнул кончиками пальцев по косяку двери и в ожидании привратника принялся оглядываться по сторонам. Впрочем, маска столичного денди едва не слетела с него — он увидел своё отражение в ближайшем зеркале.

Высокий, симпатичный молодой человек с неявной, однако заметной мускулатурой и странно тонкими чертами лица, — холёного, со скучающим взором из-под аккуратно выровненных бровей и тщательно уложенной причёской… Перед ним был шедевр целого штата поклонников аристократии: персональных тренеров, массажистов, парикмахеров и тому подобных мастеров, умеющих довести до только им понятного совершенства то, что даёт человеку природа. Если к этому добавить явно дорогой костюм и крепкие, холёные ладони, украшенные несколькими дорогими кольцами, становилось понятно, почему его никто не остановил на первом этаже.

— Да, тронешь такого — и вполне сможешь огрести неприятностей не на один день — сообщил меч, явно любующийся вместе с Эланом своей работой. — Имей в виду, этот костюм на тебе считается дорожным. Не то, чтобы в нём действительно можно было трястись в седле — однако обычно его одевают для путешествия на мягких подушках наёмного экипажа, так что смело можешь представляться путешественником, только что прибывшим в этот город для..

— Добрый день. — Двери явно хорошо и часто смазывали — ни скрипа, ни шороха, лишь внезапно появившийся широкий проём и седой величественный человек, возникший внезапно, как вышколенный джин, умеющий угадывать желания хозяина ещё до их появления. — Я владелец этого заведения, господин Аль-Рутаби. А как зовут моего нового гостя?

Элан склонил голову — чуть-чуть, на пару градусов, чтобы внимательный наблюдатель мог принять это как кивок головой.

— Мак-Элан. Я в вашем городе проездом, милейший, так что вашим «гостем» — тут он позволил себе чуть усмехнуться — почти незаметно, уголками губ — так, что бы заметить мог только очень чутко наблюдающий собеседник. — Так что вашим гостем я пробуду недолго. Мне жизненно нужно пообщаться с представителями моего круга — знаете, как утомляют эти погонщики, кучера, лакеи… — Хранитель картинно вздохнул. — От быдла в путешествии никуда не спрячешься, но что делать, дела сами делаться не будут. Поэтому я и решил посидеть вечерок в вашем… хм, заведении, благо оно считается лучшим в городе, как мне сказали в воротах, не так ли?

Распорядитель, успевший во время пространного монолога Элана внимательнейшим образом изучить его внешность, уделив пристальное внимание и холёным рукам, и огранке камней на них, торопливо закивал, неожиданно согнувшись в почтительном поклоне и повёл Элана по богато разукрашенному шелками и золотом коридору.

— Желаете отдельный кабинет?

— Я же сказал! — Элан повысил голос, добавив в него капризных интонаций. — Вы не слушали меня, что ли? Я хочу пообщаться с людьми одного со мной круга — ведите меня к вашим гостям, милейший!

Зал был огромный. Снизу была видно только его одна сторона, поэтому составить впечатление о роскоши, царившей здесь, было невозможно. Полы, покрытые тонкими и огромными, явно ручной выделки и на заказ, коврами, были яркими и расписными, создавая ощущение, что под тобой — огромное поле, покрытое всевозможными цветами. Разбросанные там и сям столики с резными ножками и белоснежными тентами, спасающими от жгучего солнца, дополняли впечатление пикника на лугу. Оркестр, занимающий крохотный пятачок на небольшом возвышении в центе зала, играл какую- то тихую мелодию, имитирующую журчание ручья.

— Что за кольца ты изобразил у меня на пальцах? Распорядитель, как их увидел, так лишился почти всей своей невозмутимости!

Меч хохотнул, явно довольный собой.

— Они дорогие. К тому же сейчас наверняка методы огранки другие, чем в то время, когда я был здесь последний раз — так что он принял тебя за потомка знатного рода, которому насчитывается несколько тысяч лет. Купцы, как правило, преклоняются перед древними династиями — так что жди посетителей. Кстати, что ты заказал?