Танец с нежитью - Татьяна Андрианова

Я крепко уцепилась сверху. Чтобы не упасть, приходилось прикладывать массу усилий, ведь когтям схватиться особо не за что. Оставалось уповать на собственное чувство равновесия и остатки паутины на ступне. Хорошая штука, прилипла к твердому паучьему панцирю не намертво, но вес держала, когда я особенно сильно подпрыгивала на очередной неровности.

Пришлось немного попригибаться и поуворачиваться. С потолка свисала живописная бахрома явно порванной кем-то паутины. Не хотелось бы мне встретиться с тем, кто способен на подобное в темном коридоре подземелья. Если паук до сих пор меня не съел, это вовсе не значит, что мне и дальше будет так везти. В одном из клочков я разглядела мумифицированные крысиные останки, невольно вспомнила о том сером грызуне, что на двоих употребили вампир со своим псом, и меня передернуло. В результате я чуть не свалилась на пол. Пришлось отбросить чувства в сторону. Не хватало еще упасть под лапы пауку, жалея давно почившую крысу. Мой «скакун» вряд ли будет так сентиментален, слопает меня за милую душу, и где-то в запутанных лабиринтах катакомб будут лежать мои бренные останки. И никто уж совершенно точно не узнает, где могилка моя. Грустно-то как, аж слеза навернулась.

Благополучно миновав остатки ловчей сети, мы бодро помчались дальше. Паука на поворотах ощутимо заносило, он часто бился боками о стены, грозя скинуть меня. Приходилось держаться изо всех сил. Интересно только, куда он меня завезет и как я стану оттуда выбираться. Но, думаю, в данном случае проблемы точно стоит решать по мере поступления.

За очередным поворотом я увидела нечто странное. Коридор неожиданно расширялся, переходя в огромных размеров зал. С потолка часто, словно занавески из нитей модного эльфийского шелка, свисали какие-то белесые плети. По стенам и полу пушистым ковром раскинулся сияющий голубым светом мох, из которого вверх вздымались бледные бутоны. Красота, да и только. И все бы ничего, если бы в одном из множества нежных с виду цветков не торчали, дергаясь в конвульсиях, когтистые лапы какой-то массивной рептилии.

— Тормози!!! — побелев от ужаса, заорала я во всю мощь своего горла.

Тщетно. То ли паук не понимал общего языка, то ли в принципе отказывался слушать женщин и всегда поступал по-своему, но он только ускорил свой бег, предоставив мне решать проблемы с собственным страхом самостоятельно. Вот такой он монстр.

В принципе выбор у меня был невелик. Либо спрыгнуть перед пещерой, либо оставаться со своим «диким скакуном» до конца. Пока я раздумывала и паниковала, выбора не осталось.

— Мамочки… — тихо пискнула я, стараясь как можно плотнее распластаться по пауку.

Авось с паука начнут, а я как-нибудь выкручусь.

Видимо, паук предполагал, что это за зал, либо бывал здесь и раньше, но он смело кинулся сквозь плотный занавес «нитей». Белесые плети радостно заколыхались, по ним прошла некая волнительная дрожь, одна из них больно обожгла спину, пытаясь присосаться.

— И эти плотоядные! — возмущенно вскрикнула я. — Ну ты глянь, буквально все просто жаждут моей плоти!

Пораженная коварством окружающей среды, я принялась отбиваться от нитей, они яростно шипели в ответ. Я выдернула парочку особо ретивых и начала размахивать ими над головой, попеременно нахлестывая то неуемные растения, явно планирующие мною закусить, то паука. Это ничуть не умерило пыл «занавесок», они принялись лезть даже в лицо, норовя вцепиться и урвать хоть что-нибудь съедобное.

— Самой мало! — верещала я, злобно клацала зубами в их сторону и даже укусила парочку особо ретивых.

Мм. Их сок, хлынувший на язык, показался мне амброзией, нежно обволок иссушенное жаждой горло, и я поняла, насколько в реальности голодна. Внутри словно поселился кто-то большой, недовольно урчащий и сосущий, постоянно требующий еды. Растения жалобно заверещали и быстро рванули к потолку, но я успела-таки вырвать парочку и осушить до дна. Хм. Надо бы потом узнать, что это за вид такой интересный. Что ж. Если придется проживать вампирский век в вечном блуждании по коридорам, по крайней мере я знаю, чем буду питаться в своем вынужденном отшельничестве. И с голоду не помру, и крыс употреблять не надо. Уже хорошо.

Паук между тем бодро чесал дальше. Если он и возлагал какие-то надежды на плотоядный занавес, то, по крайней мере, ничуть не расстроился, когда хищные выросты не дали ему собой полакомиться. Темпа даже не сбавил. Я же судорожно пыталась запомнить хоть какие-то приметы, чтобы в случае нужды найти этот зал. Сомневаюсь, что это удастся, но попытаться все же стоило, раз в душе замерцала пока еще робкая, но все же надежда на сытое будущее.

Итак, что мы имеем? Светящийся мох при более подробном рассмотрении оказался тоже не промах, вон как радостно льнет к лапам гигантского насекомого, но, судя по тому, как быстро конечности моего «скакуна» мелькают в воздухе, мху они не по зубам (или не по присоскам). Тоже плюс, значит, шансы выбраться из зала живьем есть, и немалые. Боюсь, без паука это станет проблемой.

Цветы тоже сильно оживились при нашем приближении, хрупкие на вид бутоны приветливо раскрылись, обнажая за прекрасными лепестками опасные ряды острых зубов и хищный черный подвижный пестик, влажный, мускулистый и раздвоенный на конце, словно язык у змеи. Да и шипели растения соответственно. Я инстинктивно зашипела в ответ, обнажая собственные клыки. Демонстрация своего комплекта острых зубов хищные цветы почему-то не впечатлила. А жаль. Я, между прочим, старалась.

Хищная пасть звучно клацнула в опасной близости от левого уха. Я вовремя увернулась, надо сказать, а то цветочек оттяпал бы ухо напрочь. Пусть тело не совсем мое (и, сильно надеюсь, принадлежит мне временно), но это вовсе не повод расставаться с его частями.

«Интересно, а каковы цветочки на вкус?» — плотоядно подумала я и облизнулась, вспоминая, как восхитительно было почувствовать на языке вкус «штор».

Рот тут же наполнился слюной, а в желудке обосновалось нечто, противно сосущее изнутри, побуждавшее сначала кусать все, что шевелится, а уж потом разбираться, годится ли это в пищу. В животе заурчало так, будто кто-то, напрочь лишенный слуха, решил поиграть на полковой трубе.

А что меня останавливает? Это же не крыса, в конце концов. Всего лишь растение. Да, хищное и с зубами, зато лепестки, стебель и все прочее в наличии.

Я подождала, когда следующий неосторожно возжаждавший бледной вампирской плоти бутон совершит попытку отхватить самый аппетитный, по его мнению, кусок, и кинулась на него, как оголодавшая львица, что наконец-то дождалась единственную газель в саванне. Острые когти вампира с треском вспороли плотные лепестки растения, вскрывая более темную внутренность со змееподобным пестиком-языком. Растение издало на удивление правдоподобный визг шавки, которой неосторожно наступили на хвост, судорожно дернулось и попыталось захватить агрессора языком и запихнуть себе в пасть. Уважаю. Я его пытаюсь съесть, а оно все равно не сдается. Но и я не менее упряма, а запах выступившего по краям раны, нанесенной растению, сока буквально сводил с ума. Так вот она какая, вампирская жажда в действии!