Барон - Вадим Крабов

Он и сделал. И утер мне нос. Гордый был, как не знаю кто. Оказывается, мы с девочками не учли той самой обратной индукции. Знать — знали, но как-то пропустили мимо ушей. Не своё оно и есть не своё. Девочки потом долго чувствовали себя виноватыми. Я тоже досадовал.

Со штамповкой дело пошло гораздо веселей. Подкладывать заготовки это вам не вглядываться в каждый — хоть болтать можно ничего не опасаясь, не говоря уже о скорости процесса. Правда, отбраковка была высокой, чай не ручная работа, но все-таки склад почти забили. И рациями, и военной продукцией. На небольшую армию хватит. А теперь Агнар готовит штамп для амулета защиты от демонской магии, и заготовки к ним натаскали — "пуговицы" на складе нашли. А до поры, до времени спрятать готовые артефакты, есть где. Надо же, демонами пахнут! Поуввбивав бы!

Мне с трудом удалось уговорить Хуго не хвастаться своим успехом по радио и ведущим запретил.

— Земля слухами полнится, а слухи обрастают подробностями. Поверьте, так до вашего начальства быстрее дойдет. К тому же скромность украшает, а хвастовство — грех. Посмею посоветовать, в своем отчете укажите это событие вскользь. Кому надо — поймут.

— Эх, господин барон, если бы вы знали, как я устал от завистников! Они только и ищут, где меня больнее ущипнуть, но Спаситель видит, кто его истинный почитатель, тому и отпускает благодать без меры, — служитель сиял, как начищенный самовар, — у многих настоятелей душевнобольные излечивались? Единицы! Вы правы, пусть об этом узнают окольными путями, из людской молвы. Тогда епископ сам, без моей подсказки, вспомнит о нашем баронстве, о чуде, не побоюсь этого слова, которое произошло и он… — на лице мелькнула досада, — соберет совет окрестных епископов. Владение, и без главы церкви — не дело это.

— А тут вы со своей неоспоримой святостью, брат настоятель, — я поклонился ему.

— Да, Спаситель не допустит несправедливости, вы правы. Но со святостью немного преувеличили, брат барон.

— Нисколько!

— Это ваше личное мнение. Не скрою, приятное для меня. Только от Лавийцев отбейтесь, — внезапно переменил он тему, — я буду усердно молиться за вашу победу.

— Непременно! Спаситель не допустит несправедливости, — переживает, черт, что епископства лишится. Ого, он себя уже епископом считает! Богатое воображение у дяди, спасибо Фиона.

"Ты что, мысли прочитала?"

"Посмотри, у него на лице все написано и эмоции соответствующие"

"Жаль", сожаление осталось без ответа.

— Витар, к тебе Валет подходил?

— Конечно! Расспрашивал историю нашего спасения для баллады. Это после материного выздоровления, рассказал, как мы условились: про разбойников и все такое, обещал написать потрясающую вещь. Я посоветовал ему к маме подойти, он сказал, что завтра вечером непременно. Это вчера было, так что сегодня за ужином подойдет, он должен с выступления вернуться из Цитруса. Интересно, что он там напоет?

О чем напоет Валет мы с Роном слушали в кабинете. Ждали долго и дождались:

— Бард вызывает Старика.

Сразу ответ:

— Старик слушает, — знакомый, не смотря на большие помехи, голос Шелмиусского следователя.

— Докладываю, вернулись три дня назад на свежих конях: барон, шелдонец и графиня. Графиня была явно не в себе, но буквально вчера утром она вылечилась!

— Не говорите чепухи.

— Слово чести! Это было в местном храме на утренней службе, её специально провели для излечения, и такая мощная благодать сошла, какой я ни разу не чувствовал. Графиня вскрикнула и узнала сына. Я бы сам ни за что не поверил, если бы не видел все собственными глазами! Теперь она вполне здоровая женщина, с обычной аурой.

Мы с Роном переглянулись. Нифига себе, Валет минимум видящий! Хорошо, что мы привыкли к маскировке, а Лионе надо будет еще раз напомнить.

— Об этом позже. Как остальные двое, что рассказывают.

— Оба здоровы. Мне удалось поговорить ними — искусно лгут, мне явно не доверяют.

— Вас не раскрыли?

— Ни в чем не уверен, но барон со мной был более обходительный, чем перед отъездом. С ним в принципе ни в чем нельзя быть уверенным.

— Демоны, с меня начальство не слезает, вынь да положи! Задание остается прежним и это не мое решение.

— Да я почти раскрыт, чувствую! Если они нас уже не слушают. Я же объяснял вам все недостатки такой связи.

— Знаю, но выхода у нас нет, придется надеяться на спасителя, что не нашли наш к а н а л. Ну и словечко! Следующая связь по второму варианту.

— Если я смогу, — усмехнулся Валет, — вы можете передать привет жене и дочери, ради спасителя!

— Вы же знаете, это была не моя идея! Нет у меня к ним доступа, но сделаю все, что в моих силах, — очень проникновенно ответил Терус, — я бы вас отозвал еще тогда, когда не удался захват, не дураки же они, но… альтернативы нет, приходится рисковать. Тем более по вашим словам весь замок знал об отъезде, и вы ни сколько не больше.

— К войне готовятся?

— Готовятся. Крестьянских детей в отряды понабирали. Я вам рассказывал. С приездом барона ничего не изменилось. Магическая поддержка мощная будет, это да, такие амулеты — закачаешься! И все уверены, что отобьются, вот что поразительно.

— Я не военный, не мне судить, но победа Лавийцев — ваш последний шанс. Чем быстрее хозяева оттуда уберутся к нам, тем счастливее все для вас закончится.

— Вы знаете, о ком я переживаю! — резко ответил Валет.

— Не нервничайте, вам еще выступать предстоит.

— Конец связи, не стоит так откровенничать в эти амулеты.

— Следующая по второму варианту. Удачи вам, бард!

— Чего это Терус так разоткровенничался в рацию? — задумчиво произнес я.

Рон развалился на стуле и по привычке барабанил пальцами по столу, значит думает.

— Он ничего не теряет: слушают — хорошо, нет — еще лучше. А Валет, оказывается, за страх работает, не только за совесть, — ответил мне друг, — и он тоже знает, что разговор могут подслушать…

И продолжил бомбардировать стол.

— Нас ждут в Шелдоне и я, кажется, понял, кто Лавийцам подсказывал. Ну, Твердь, вот сволочь! — возмутился я, — и плюнь ты на эти многоходовки!

— Ты как вчера родился, — фыркнул в ответ Рон, — его можно понять, он на границе и мы ему нужнее. А что такое многоходовка?

— Понять? Понять можно любого, но методы… попросил бы прямо! — я не стал объяснять игру в шахматы.

— И ты бы все бросил и пошел? А методы… вполне обычные для политики. Это лично для меня и тебя они неприемлемые. Кстати, ты сейчас барон и если бы встал такой выбор, то как бы поступил? — и сам же ответил — Можешь не отвечать, знаю, что не так.