Провинциалка в высшем свете. Ни дыма, ни огня - Елена Малиновская

– Уолт сказал, что Уилфред отдал его жену тьме, – пояснила я. – Но пришла пора принести новую жертву. Разве это не говорит нам о неком ритуале? Некоторые некроманты слишком далеко заходят в изучении магии смерти. Они не просто разговаривают с душами усопших. Они пытаются получить власть над созданиями мрака. А для этого приносят им жертвы. Ну помните, в детстве родители еще пугают. Мол, не будешь слушаться – придет злой колдун и выпустит тебе кровь, а в твое тело поселит демона.

– Ничего не скажешь, оригинальные у твоих родителей были методы воспитания, – фыркнул Тегрей. – Хвала небесам, меня ничем таким не пугали.

– Да и меня тоже, – поддержал его Томас. Хмыкнул и чуть слышно добавил: – Впрочем, мои родители вообще не обращали на меня особого внимания.

– А что, если мы имеем дело именно с таким случаем? – продолжила я, не позволив отвлечься на обсуждение посторонних тем. – Что, если тело Уолта так быстро… м-м… портится не из-за того, что он погиб от смертельных чар? А из-за того, что он был приверженцем культа Черного Бога?

Тегрей медленно потер подбородок, не сводя с меня взгляда. На дне его зрачков тлело какое-то странное чувство, природу которого я никак не могла разгадать.

– Да ладно тебе, выкладывай, что знаешь! – устав от затянувшейся паузы, потребовал Томас. – Нечего играть в стыдливую барышню. Я в курсе твоих опытов. Альберта, как выяснилось, тоже. Даже Роберт о них знает. Кстати, и очень не одобряет.

– Еще бы, – чуть слышно фыркнула я. – Недаром он отдал ту злополучную книгу Уилфреду.

– Про книгу ты тоже сделала какие-то выводы, моя дорогая? – полюбопытствовал Тегрей и с непонятной усмешкой покосился на Томаса.

– Да, – подтвердила я. – Очевидно, что это не книга заклятий. Но для чего ее так защитили от внимания посторонних? И те геометрические фигуры, что я заметила на полях… Больше всего это напоминает руководство по построению защитных кругов при тех или иных ритуалах.

– Иногда мне кажется, что рано или поздно придется тебя убить, – неожиданно констатировал Тегрей.

Я широко распахнула глаза. Как это – убить? За что? Сначала сами просят выложить им свои соображения, а потом начинают угрожать! А после этого еще женщин смеют упрекать в нелогичности поведения!

– В крайнем случае, взять с тебя клятву молчания, – чуть мягче добавил Тегрей. – Мне не нравится, что ты так много знаешь обо мне, Альберта. И еще больше не нравится, что спокойно можешь делиться своими знаниями с окружающими.

– Ну извини, – огрызнулась я. – Я к тебе в близкие знакомые не напрашивалась. Напротив, изо всех сил стараюсь быть как можно дальше от тебя и твоих дел. Это ты мне не даешь покоя.

– Хватит! – вдруг рявкнул Томас. – Любезные мои, вы достали меня своими перебранками до печени. Вот закончим это дело – и ругайтесь сколько душе вашей будет угодно. Лично запру вас обоих в комнате и не выпущу, пока не выясните отношения до конца. А сейчас – ближе к делу! Тегрей, так что там с приверженцами культа Черного Бога?

Я изумленно заморгала после прочувственной тирады Томаса. Нет, меня не удивило то, что он повысил голос. Скорее, напротив, чудно, что он так долго крепился и не показывал свой нрав. Но что значат его слова? С какой стати ему запирать меня вместе с Тегреем? До этого момента я была свято уверена в том, что Томас сделает все возможное, лишь бы не оставлять нас наедине.

Всплыл в памяти момент моего унизительного наказания. Томас ведь ни словом не помешал Тегрею! Да, у моего бывшего жениха тоже были все основания на меня злиться. Но такое отстраненное равнодушие – нечто из ряда вон выходящее даже для него. Как будто он полностью признал права Тегрея на меня.

– Альберта права, – в этот момент проговорил Тегрей. – Все обстоит именно так, как она предположила. Конечно, большого опыта у меня в этом нет. Я лишь однажды имел дело с останками колдуна, который пытался призвать демона. Точнее сказать, я присутствовал при его казни с твердым намерением сразу же забрать тело в свой замок для дальнейших экспериментов. Но меня постигла в этом досадная неудача. Потому что когда развязали мешок, то обнаружили в нем только черную влажную сажу. Все, что осталось от него. – Вздохнул и негромко добавил: – Недаром, видимо, наказанием за подобного рода магию является смерть на костре.

– Какой гадостью ты занимаешься! – Я не удержалась и брезгливо скривилась.

– Занимался, – исправил меня Тегрей. – С некоторых пор я охладел к некромантии.

– Тогда почему ты вчера так вцепился в ту книгу? – язвительно поинтересовалась я. – Да вы с Томасом чуть в поединке не сошлись.

– Хватит! – опять осадил нас Томас. Мученически закатил глаза и вполголоса попросил: – Тегрей, ну хоть ты будь умнее! Не ведись на подначки Альберты. У вас будет еще уйма времени, чтобы выложить друг другу все претензии.

И опять он поступает так же! Да что с ним такое? Уж не наложил ли на него Тегрей какое-нибудь заклятье покорности, пока меня рядом не было?

Но говорить об этом вслух я поостереглась. Иначе Томас точно взорвется от возмущения. Буду держать нос по ветру.

– И что же получается? – Томас, убедившись, что никто не собирается его прерывать, перевел взгляд на стол, где от Уолта уже мало что осталось. – Брат Уилфреда сам заключил сделку с тьмой и отдал свою душу. Тогда получается, что, скорее всего, именно он и убил свою жену и ребенка. Невинный младенец – это излюбленная жертва для ритуалов подобного толка. Кстати, это объяснило бы то, что вчерашний ритуал прошел столь необычным образом. Никогда и ни при каких обстоятельствах Черный Бог не выпустит законную добычу из своей обители. Поэтому на заклятье отозвалось тело, в котором некогда находилась душа Уолта. И солгать покойнику в таком случае было проще простого. Души не обманывают. Но у Уолта не было души. Поэтому он мог нести любую околесицу, силясь очернить брата.

В подвале после прочувственной тирады Томаса воцарилось молчание. Я смотрела на то, как на столе догнивают останки тела. Да уж. Сколько, оказывается, в нашем мире жутких тайн и прочих напастей!

– Но где Уолт был десять лет после этого? – после паузы спросил Тегрей. – Обычно те, кто вкусил власть такой магии, редко останавливаются на, так сказать, первых достижениях. Смысл их жизни заключается все в новых и новых убийствах, от которых они получают истинное наслаждение. Собственно, поэтому их быстро ловят и останавливают. Тьма сводит с ума даже самых осторожных, заставляя их забывать про необходимость скрывать улики и оставаться в тени. Десять лет – немыслимый срок! Да за такое время Уолт уничтожил бы столько народа, что страшно и представить.

В подвале после этого воцарилось напряженное молчание. Я отстраненно наблюдала за тем, как кости, лежащие на столе, начинают покрываться темными пятнами, грозясь вот-вот осыпаться прахом. Еще несколько минут – и от Уолта Битта ничего не останется.

– Пожалуй, хватит нам дышать этим смрадом, – решительно проговорил Томас. – Самое время вновь пообщаться с Уилфредом. И ему придется теперь ответить на все наши вопросы.