Ректор моего сердца - Лидия Миленина

В его руках было на удивление комфортно. Вроде огненный, а ощущение надежности не меньше, чем с любым земным. Только горячее. И как будто пламя, живущее в его сильном теле, сжигало, расплавляло границы, которые мы выставили друг от друга. Тело и даже душа, казалось, плавились, расплывались. Теряли силу сопротивления.

Он позволил лишь отстранить голову. Мое лицо оказалось прямо рядом с его красивым, твердым лицом, в котором все дышало силой и внутренним огнем. Щекой я ощущала жар его кожи, хоть и не прикасалась.

О Господи… Что происходит? Он же только что угрожал мне… А сейчас я сижу у него на коленях, и все располагает к поцелую. К близости, к тому, чтобы сжечь границы совсем…

— Зачем… вы… так… сказали?! — охрипшим и срывающимся голосом спросила я. — Зачем угрожали мне?!

— Ну прости. Перестарался, — с непонятным вздохом сказал Герат. Его глаза блестели в темноте, и мне казалось, что я попала в какую-то горячую огненную сказку. Нужно встать, пока не провалилась в нее совсем…

А его огненные глаза скользнули с моего лица ниже, к необычно глубокому вырезу, под которым грудь вздымалась от неприлично глубокого дыхания. Кажется, Герат напрягся, а у меня закружилась голова.

Я сжала зубы, представила внутри поток холодной воды и попробовала встать. Он, словно по привычке, удержал меня. Но тут же усмехнулся:

— Так невозможно разговаривать.

Его рука вдруг оказалась под моими коленями, он приподнял меня, развернулся и пересадил на скамейку.

— Посидите, Илона. И послушайте.

Пару раз глубоко вздохнул, к нему вернулось спокойствие и сдержанность.

— Разумеется, у меня и в мыслях не было раскрыть вашу тайну. Я не для того помог вам. И не для того трачу на вас время, чтобы отдать в руки королевских следователей. Слишком ценный вы… претендент, — сказал он. — Но да, меня бесит эта ваша иллюзия! Вы сохраняете ее даже в конкурсе, где она лишь мешает! Но… хорошо, даже так, — он посмотрел на меня прямо. — Я мог бы понять, зачем это нужно, если бы вы объяснили. К чему столько усилий, чтобы скрыть свое лицо?! Но ведь нет! — теперь в голосе Герата послышалось свойственное ему легкое раздражение. — Вы отказываетесь объяснить даже мне. При том, что я и так уже узнал о вас достаточно. Так что, тарра Илона, — усмешка. Не злая, но и не добрая. — Когда я «угрожал» вам, всего лишь пытался показать разницу между нормальными доверительными отношениями и официальными отношениями, в которых никто никому ничего не должен, как только деловой договор теряет силу. И… вы же понимаете, что я в любой момент могу сам снять вашу иллюзию. Просто я, в отличие от вас, забочусь о ваших ощущениях, — он коснулся рукой ударенной щеки. — Хорошо знаю, как чувствует себя тот, чью иллюзию сорвали насильно. Мне хотелось бы, чтобы вы сами доверили мне… свой облик или что там у вас.

— Вы… вы хотите, чтобы я вам доверяла? Чтобы у нас… были доверительные отношения? — растерянно переспросила я. Все, что произошло во время этой нашей с ним встречи, не укладывалось в голове.

А в теле все еще бродило волнение от его близости.

— Представьте себе, — улыбнулся он краем губ немного горько. — Вас это удивляет?

Теперь вздохнула я. Сделала несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться. Чтобы прогнать волнение от того, что он сидит рядом, а тело помнит ощущения от его объятий. Волнение от противоречий, которыми наполнен Герат.

Что ж… Таросси ректор, вы хотите откровенности.

Я могу.

— Признаюсь — удивляет, — искренне сказала я и ответила на его прямой взгляд. — Вы хотите моего доверия, но ведете себя… странно. Простите, но это так. Вы помогаете, а потом становитесь жестким и язвительным. Вы говорите правильные вещи, кажется, заботитесь, а потом загоняете в угол. Вы обвиняете меня в недальновидности, в несдержанности и нервозности. А сами вспыхиваете и злитесь по… не всегда понятным причинам.

— Сложно со мной, да? — подчеркнуто мягко и спокойно сказал он. — Я несдержан и гневлив? Да, это так. Приношу свои извинения за эти неудобства. Поверьте, Илона, этому есть причина.

— Причина? — удивилась я. Вообще я думала, всему виной его огненный характер, и, может быть, ситуация с Касадрой в последние годы. — Может быть, объясните?

— Нет, Илона, — он усмехнулся и сложил руки на груди, словно закрываясь. — Не сейчас. Если станете Великой, узнаете обо мне многое, в том числе и это. А сейчас… Я просто постараюсь… не пугать вас.

— Спасибо и на этом, — ответила усмешкой и я. — Только от меня вы требуете доверия. Именно требуете, не просите! — я почувствовала, что опять начинаю распаляться и снова глубоко вздохнула, чтобы говорить спокойно. — А сами не хотите отвечать на вопросы и давать объяснения. И еще… помните, вы предложили мне игру? Вот вы и играете. Вам интересно, вам приятно. Вы играете! А у меня все серьезно, понимаете? — я посмотрела ему в лицо. — У меня все по-настоящему! Мне было страшно идти на отбор, потому что… вы знаете, почему. Мне было страшно идти на проверку и отвечать на ваши каверзные вопросы! И страшно было видеть вашу злость после моего выступления. Я молчу уж про ваш «шантаж»! Вы это понимаете? У меня все по-настоящему! И если я ношу иллюзию, значит, на то тоже есть причина, как и у вас — быть вспыльчивым и переменчивым!

Я все же начала кипеть.

— Успокойтесь, — чуть улыбнулся Герат и неожиданно накрыл рукой мою ладонь, лежащую на коленях. — Я понял вас. Что ж… В таком случае, — он убрал руку и насмешливо изогнул брови. «Ну вот, опять…» — подумала я. — Я бы рекомендовал вам изменить свое отношение. Смотрите на все как на игру. Поверьте, очень помогает, — легкая полуулыбка уголком губ. — И я уже сказал, что постараюсь не пугать вас. Обещать не буду, но постараюсь. Вы верно заметили, что я переменчив. Спорить не буду. А вы в свою очередь должны…

— Сделка, таросси ректор?! — так же насмешливо изогнула брови я. — Я, кстати, еще не все вам сказала… Вы могли бы не ругать меня за недальновидность, а предупредить про королевского мага…

— А вы могли бы прийти и спросить у меня про первый конкурс. Попросить совета.

— Да-а? — я изобразила в голосе свойственные ему слегка издевательские нотки. — Я — прийти к вам? Вы — ректор, у вас власть, положение. И это ваш отбор. Ни одной претендентке не придет в голову идти к вам и спрашивать совета, как правильно пройти испытание. И приходить к вам запросто никто не смеет.

— Кроме вас, тарра Гварди! — рассмеялся он. — Помнится, вы очень непринужденно пришли ко мне «заключить сделку». Так вот, Илона… — огненные глаза лукаво блеснули. — Не заставляйте меня стаскивать с вас иллюзию. Договоримся. Я постараюсь не слишком мучить вас своими… переменами настроения. А вы не будете упрямиться и придете на следующее испытание без иллюзии. Я имею в виду, что я должен увидеть вас без нее, по коридорам можете ходить как угодно. И если у меня возникнут вопросы — ответить на них. И впредь, когда у вас появятся сомнения насчет испытания и прочего, не будете стесняться потревожить меня вопросом. У вас, между прочим, даже телепорт есть. Хотя можете порадовать меня отсутствием иллюзии прямо сейчас… Здесь больше никого нет.