Железный город - Вячеслав Шалыгин

– Слушаю вас, милый Альфред.

– Грета, – Краузе попытался рассмотреть фон за спиной у журналистки. – Где это вы?

– В порту, а что?

– Снимаете репортаж об исходе?

– Не надо сомнительных намеков, – Грета поморщилась. – У меня здесь личное дело.

– Личное? – Краузе даже остановился. – Грета! Вы отправили Еву в эвакуацию?!

– Да, а что?

– Вы с ума сошли!

– Я? – Грета усмехнулась. – С чего бы? Возможно, вы до сих пор не заметили, Краузе, но ситуация в корне изменилась. Наступает великое время, и всё вокруг меняется под влиянием его веяний. Того Эйзена, который был еще час назад, больше не существует.

Похоже, она не теряла времени даром и заодно диктовала свои перлы на комп. Это разозлило Альфреда окончательно.

– Грета, вы даже не представляете, что натворили! – Краузе яростно помотал головой. – Вы совершили непростительную ошибку, крупнейшую ошибку всех времен, независимо от ваших дурацких веяний!

– Это вы совершили ошибку, Альфред! – Грета тоже повысила тональность. – Во многом «благодаря» вам великое время поспешило наступить именно сейчас, а не месяцем или двумя позже! Ошибки – это ваша стихия, Краузе. А я не ошибаюсь. Никогда! Отправить Еву в эвакуацию мне разрешил сам Штраух. Скажете, он тоже ошибся?

– Да, и готов это доказать! Сообщником проникшего в Третий Литейный шпиона была Ева! Это она передала землянам информацию, из-за которой они начали собирать силы вокруг Эйзена!

– Вы заболели, Краузе! – она громко рассмеялась. – Вы беситесь от собственной бездарности и бессилия. Надо же было выдумать такую чушь! Ребенок, к тому же чистокровная арийка, шпион!

– Это факт!

– Факт это то, что я непременно ославлю вас на весь Эйзен, Краузе, – Грета мстительно прищурилась. – Я сделаю репортаж, после которого вас не возьмут даже охранником в «Шварцлюфт»! Не смейте думать о Еве плохо, безмозглый инспекторишка!

– Вы тупая корова, фрау Нессель! – вспыхнул Краузе. – Вы поплатитесь за пособничество врагу не только карьерой, но и свободой!

– Только не надо переводить стрелки, Краузе! – Грета смерила инспектора испепеляющим взглядом. – Идиот!

Связь прервалась, и Краузе не стал повторять вызов. Да, в общем-то, всё уже было сказано, и кроме лишней парочки взаимных оскорблений добавить оппонентам было нечего. Уточнить, куда была отправлена Ева, можно и без фрау Нессель. Альфред ввел имя и возраст Евы Меркер в поисковую систему. Через секунду на экране появились списки пассажиров лайнера «Шпеер», отправляющегося на Марту от внутреннего причала номер семьдесят один. Фройляйн Меркер значилась в списке седьмого отряда детской трудовой дивизии номер сто два. Краузе взглянул на часы. Лайнер отправлялся через двенадцать минут. Это означало, что посадка уже окончена, шлюзы закрыты, и снять шпионку с борта судна нет никакой возможности. Оставался шанс перехватить ее в порту прибытия, но кто будет этим заниматься? С агентурой на Марте у Эйзенской ГСП было еще хуже, чем на двести пятом уровне. Официальная деятельность чужой тайной полиции на братской Колонии была запрещена, а секретные агенты вербовались с трудом – слишком мало выделялось на это средств. Можно было еще отправить официальный приказ капитану судна, но его должен был подписать Штраух. Как он отреагирует на заявление о виновности маленькой девочки, Альфреду было уже понятно. Выслушивать оскорбления еще и от шефа инспектору не хотелось.

Краузе выключил комп и растерянно оглянулся по сторонам. Он стоял на площадке перед лифтами, посреди суетливой Эйзенской толпы и впервые за всю свою жизнь абсолютно не знал, что делать дальше. В героическом кино настоящие офицеры в подобной ситуации пускали себе в лоб пулю, но Альфред не допускал и мысли о вмешательстве в божий промысел. Или, быть может, он морально не дорос до звания настоящего офицера? Так или иначе, хвататься за пистолет он не собирался, а потому стоял, как столб, рассеянно глядя на мельтешение граждан, мгновенно (и не без мрачного ликования) сменивших заводские робы и цивильные костюмчики на униформу всех мастей.

– Шеф! – Альфреда дернули за рукав. – У вас комп звонит, шеф!

Краузе обернулся. Рядом стоял инспектор Клаус.

– Что?

– Комп надрывается, – Клаус взглядом указал на машинку. – Вас что, дубинкой угостили? Или шнапсом на пустой желудок?

– А-а, нет, – Альфред ответил на вызов. – Здесь Краузе.

– Инспектор Краузе, получите информационное письмо и срочно возвращайтесь в отдел, – строго сказал дежурный. – Комиссар Штраух требует вас к себе. Клаус, ты тоже приглашен.

– Есть, – Краузе попытался перехватить взгляд дежурного, чтобы понять, насколько все плохо, но офицер поспешил выключить связь.

Видимо, всё было очень плохо. Очень. Альфред открыл текстовое послание, бегло прочитал и не удержался от невнятного ругательства. Клаус бестактно заглянул через плечо, и Альфред не стал ничего скрывать, даже повернул комп так, чтобы коллеге было удобнее.

– Ну, дела, – Клаус снял кепи и почесал макушку. – Выходит, мы теперь в одном звании и на одинаковых должностях? Так что ли, шеф?

– Я больше не шеф, – Краузе горько вздохнул и посмотрел на Клауса исподлобья. – Слушай, Клаус, а имя у тебя есть?

– Есть, – офицер рассмеялся. – Клаус.

– Клаус Клаус?

– Смешно, правда? Я родителям этот эксперимент каждое Рождество припоминаю, когда навещаю. Хорошо, что с такой фантазией не стали выдумывать третье имя.

– Да нет, нормально. Даже удобно. Ну что, идем получать новые инструкции от нового шефа.

– Вряд ли он что-то добавит к этому тексту, – Клаус пожал плечами.

Инспектор Клаус Клаус был прав. В начале текста висела «шапка» от Министерства пропаганды, в которой говорилось, что «беркуты» потихоньку занимают позиции в некоторых зонах предполагаемого проникновения диверсантов, а «кречеты» и «хоуки» перебрасывают резервы для блокировки секретных эйзенских баз вблизи внутренних планет Солнечной. Пока были заблокированы далеко не все объекты и точки, но общий план Генштаба врагом явно раскрыт, и он готовится к отражению атаки. В связи с этим на Эйзене объявлена тотальная мобилизация и боеготовность номер один. День «Д» не за горами, и он же станет днем победы Великого Порядка над хаосом, носителями которого являются ОВК и Триумвират… и так далее в том же пропагандистском ключе. Обо всем этом офицерам было уже известно, и вряд ли Штраух мог добавить к этой информации хотя бы мало-мальски важные детали.

Вторая часть текста, в отличие от «шапки», была не общей, а вполне конкретной и состояла из приказа о переформировании отдела и создании на его базе двух самостоятельных подразделений. Первое, во главе со старшим инспектором Бауэром, переходило в штат военной контрразведки и дополнялось мобилизованными кадрами. В его задачи входила целенаправленная охота на шпионов, которых, в связи с начинающейся кампанией, ожидалось много и даже больше. В качестве «усиления» к обычной группе Бауэра были прикомандированы Краузе, теперь уже не старший, а просто инспектор, Клаус и Груббер. Список мобилизованных резервистов пока уточнялся, но две кандидатуры были Штраухом уже утверждены: некий Малер и… Грета Нессель! (Как тут было удержаться от ругательств?!) Вторым подразделением, продолжающим выполнять привычную работу в секторе, теперь командовал… старший инспектор Найдер! После убийственной информации о том, что в ближайшее время предстоит служить бок о бок с Гретой, второй пункт уже не стал для Краузе ударом. Да что там повышение Найдера, даже собственное разжалование почти не огорчило инспектора. В свете «радужной» перспективы служить в одном отряде с фрау Нессель терялись любые неприятности.