Железный город - Вячеслав Шалыгин

Альфред вымотался, как две собаки. С того момента, когда обнаружилось исчезновение матроса Крафта, прошло десять часов и все, кто участвовал в поисках, валились с ног. Хуже всего было то, что Крафта не нашли, как ни старались. Ни в одном из уголков Эйзена не было даже намека на его присутствие. А между тем каждый из уголков обязательно попадал в поле зрения хотя бы одной камеры наблюдения.

Результаты поиска не столько огорчали, сколько обескураживали. Никто из офицеров карантинного отдела не верил в мистику, но иначе объяснить исчезновение матроса было нельзя. Альфред почти поддался их настроению, припомнив замешательство Найдера, когда обнаружилось, что на борту корабля имеется кто-то живой. Фриц тогда намекал, что люди на борту могут оказаться не совсем теми, кем выглядят, то есть не совсем людьми. Сутки назад Краузе посмеялся, но теперь, после десяти часов безуспешных поисков, был готов согласиться с версией Найдера. Лишь усилием воли он взял себя в руки и решил мыслить трезво.

Шпионы неведомых «чужих» не стали бы раскрываться так рано. Наверное. И вообще – к черту фантастику! Что за дурацкие мысли? «Чужие», «летучие германцы»… бред от усталости! Начнешь тут бредить. Крафт ведь пропал, будто его и не было! Да и с остальными обстоятельствами дела полная неразбериха. И как разгребать этот завал – вопрос вопросов.

Видя, как мучается старший инспектор, приуныли подчиненные. А всё тот же Фриц Найдер, после допроса свидетелей присоединившийся к поисковой группе, не скрывал своего скептического отношения к перспективам розыска исчезнувшего матроса. Насчет нечеловеческой сущности «спасенных» он больше не заикался, но вера в состоятельность именно первоначальной версии ясно читалась в его взгляде.

Доволен таким развитием событий был только один человек – Грета Нессель. Она все-таки выбила у Штрауха разрешение участвовать в следствии по делу «Призрака-9» и теперь с энтузиазмом путалась под ногами, старательно ухудшая едкими замечаниями и без того скверное настроение сыщиков.

– В музее национального кино есть несколько плоских фильмов с шикарным мужчиной в главной роли, – томно глядя на Краузе, промурлыкала Грета, – У него роскошные мышцы и такой твердый взгляд! Истинный ариец! Так вот, по сюжету он был роботом в биологической оболочке.

– Этот актер австриец, – заметил Найдер. – Мы провели полное медобследование экипажа, включая все виды сканирования. Все трое – люди, а не роботы в человеческой коже. Да и не существует пока таких совершенных андроидов.

– И вряд ли они хоть когда-то появятся, – Альфред недовольно покосился на фрау Нессель и вернулся к Найдеру. – Фриц, у вас есть соображения?

– Разработка человекоподобных роботов – тупиковый путь, который…

– Фриц! Я говорю о деле Крафта!

– Виноват, герр старший инспектор! Полагаю, нам следует вернуться в исходную точку и попытаться поминутно восстановить ход событий.

– Но камеры ничего не зафиксировали, как будто ничего не произошло! И ваши усилия оказались напрасными, ведь Хирш молчит. Как мы…

– Мы пойдем другим путем, герр старший инспектор, – Найдер поднял руку. – Мы смоделируем ситуацию. Воспроизведем всё до мелочей, до мельчайших движений мизинцев и кратчайших междометий.

– Ах, как это интересно, – Грета взяла инспекторов под локотки и заманчиво колыхнула грудью. – Не терпится увидеть, наконец, как работают настоящие профессионалы. Ведь до сих пор вы притворялись дилетантами, чтобы подразнить меня, не так ли?

Краузе крепко ухватился за ремень, чтобы случайно не заехать Грете локтем в бок. Фриц, честь ему и хвала, не отреагировал вовсе, словно замечание относилось исключительно к Альфреду. И вполне возможно, так оно и было. Альфред вдруг осознал, что фрау Нессель поддевает Найдера исключительно за компанию с кем-то еще и никогда не язвит в его адрес напрямую. В чем, интересно узнать, тут было дело? Фриц не реагировал на подначки, и потому был Грете неинтересен? Или наоборот, он был ей слишком интересен, но она скрывала этот интерес где-то в глубине души? Так или иначе, этот факт следовало взять на заметку, глядишь, пригодится.

До возвращения в карантинную зону Альфред держался почти так же невозмутимо, как Найдер. Чего это ему стоило, вопрос другой, но внешне старший инспектор оставался абсолютно спокойным. В первую очередь таким способом он проверял версию насчет эффективности метода Фрица. Получилось не очень убедительно. Фрау Нессель не прекратила издеваться, хотя острота комментариев к моменту прибытия в лазарет все же пошла на убыль. Возможно, Найдер был все-таки прав, используя в качестве защиты от неизбежного зла полное равнодушие.

В медицинском отсеке следственную группу ожидал очередной сюрприз. Нет, матрос Крафт не появился, зато исчезли Нейман и Хирш!

– Это уже не смешно, – хмуро разглядывая перепуганного врача, сказал Альфред. – Вы куда смотрели?

– Я… я работал с документами, герр старший инспектор!

– А вы? – Краузе перевел взгляд на офицера охраны. – Вас что, не предупреждали?

– Так точно, герр старший инспектор!

– Что «так точно»?! – Краузе не выдержал и ударил ладонью по столу, чем напугал только врача. – Профессор Нейман и доктор Хирш должны были оставаться в секторе! Куда они направились?

– Не могу знать, герр старший инспектор!