Жена воина, или Любовь на выживание - Елена Звездная

И я выключила сейр.

Потом размахнувшись, выбросила его и на панели нажала "продолжить движение". Платформа плавно вошла в черную дрожащую пленку перехода. Бросив взгляд на карту, поняла, что в единый миг преодолела четверть планеты, а платформа летела все дальше, к следующему переходу. Он оказался последним, и, пролетев сквозь, я оказалась в кромешной тьме.

Закрыла глаза, зажмурила, представила себе взгляд Эрана, как я растворяюсь в его глазах и распахнула ресницы — теперь мне все видно было отчетливо. Все, включая эйтну, бредущую по тропинке между скалами. И я нажала на "стоп".

Двенадцать секунд на захват пленной, сорок на то чтобы ее раздеть, сорок пять чтобы одеться в снятое, минута — затащить связанную эйтну на платформу, две минуты на закладку первых мин и подстройку детонатора.

Самое неприятное — я отчетливо понимала, что многие эйтны погибнут. Оно так — либо ты проводишь операцию по уничтожению, либо по спасению, одно из двух и не иначе. И все же, продвигаясь к исходной точке, помимо минирования площади, мне удалось вывести из зоны покрытия взрыва двенадцать эйтн, что было не сложно погрузка бессознательных тел на платформу и точка прибытия "Дворец повелителя Иристана", а дальше устройство летело само. И все же это были одиночные эйтны, на группы свыше двух нападать я не решалась, поэтому, пользуясь маскировкой одеяния черномотанок, пролегала мимо, останавливаясь лишь для того, чтобы методично заложить очередное взрывное устройство.

Спустя час подрывной деятельности, я увидела храм. Внушительный, желтый от освещающих его огней, по форме напоминающий итонийское строение — резной квадрат по периметру, островерхий сверкающий купол, углы квадрата так же венчают островерхие купала, но значительно меньшего размера, чем основной. Поразило, что все окна оказались слепые, как и массивные двери, тоже являющиеся фальшивкой, вход был всего один, неприметный, сбоку, но именно в него входили и из него выходили эйтны. И не только!

Впервые увидев рваные движения этого существа, я решила, что мне показалось. Но стоило прищуриться, как я словно стала значительно ближе и это ничуть не обрадовало! Я вообще едва не свалилась с платформы, инстинктивно дернувшись назад. И только приказав себе собраться, рискнула еще раз приблизить пространство, чтобы рассмотреть его. Существо было черным. Совершенно черным. Две пары черных сетчатых глаз, вытянутый — вверх череп, жуткая пасть с торчащими жвалами, странной формы туловище, прикрытое просторной черной накидкой, которая крепилась у шеи внушительным золотым медальоном, руки, тонкие, без узлов мускулатуры, ноги были скрыты, но вот стопы имели три загибающихся когтя…

До меня не сразу дошло, что я вижу шейса.

А когда осознала, поняла и еще кое-чтоэто клон. Они использовали сохранившееся ДНК, чтобы возродить себя. Из храма появился еще один шейс, и еще. И еще четверо. Потянувшись к панели детонатора, не дрогнувшей рукой, увеличила силу взрыва втрое. Затем активировала и ионные распылители — уж после них и намека на ДНК не останется. Еще раз посмотрела на храм. Сверившись с картой, удостоверилась, что летательная платформа несла меня именно к нему, то есть именно там находилась исходная точка маршрута. Значит туда и собирались привезти меня, изрядно потрепанную каратами. Прямо в лапы этих…

Остановив платформу, перенастроила режим управления на ручной, и взялась расставлять вторую огневую линию направленного действия, медленно облетая храм, и надеясь, что у меня еще есть немного свободного времени.

Время закончилось, когда я охватила 217 из 360 градусов окружности замка. Именно там, устанавливая очередную мину, я и ощутила взгляд. Не знаю как, иногда такое бывает — мастер Илар говорил, что это шестое чувство. Медленно подняла голову и только тогда шейс зарычал. Такое же рычание раздалось позади меня, а затем от летательной платформы прозвучало "Маршрут завершен". Осторожно глянув, увидела стоящего рядом с платформой шейса, который видимо и… завершил программу полета.

Осторожно пошевелила носом, проверяя фильтры — правый не порадовал, травил воздух, ген бракованный. И вот это уже совсем не хорошо.

— Киран, дочь Киары, — угрожающе протянул стоящий позади меня шейс, — Киран, убийца Ханнака.

Бракованный навигатор, снотворное я рассчитала на гуманоидов, сработает ли с этими, один космос знает, но рисковать не имеет смысла.

— Ханнак, — я так догадалась, что это была моя персональная тень, подставился сам. Я его предупреждала, он предупреждению не внял.

Не поднимаясь, оставаясь все так же на коленях, шмыгнула носом, вытерла, как если бы был насморк, поправляя правый фильтр, и активировала шесть ближайших мин.

Заряды с детонировали последовательно, и над моей головой пронеслась стена огня, узко направленная, четкая, мощная. Я не успела зажмуриться, и потому отчетливо увидела, как обугленная половина стоявшего передо мной шейса падает на мелкое крошево пещерного камня. После повалилась и вторая его половина… Кровь у шейса оказалась красная…

Это меня и вырубило. Несколько секунд, таких важных, я провела стоя на коленях и глядя на красные стекающие капли. Воспоминание о крови на ладонях подорвало мою психику гораздо сильнее, чем думалось, и вскочила я, только услышав приближающийся вой.

Вскочила, развернулась в сторону надвигающейся опасности и застыла…

Так вот у шейсов были самки. Много самок. Сейчас на меня неслась лавина из не менее чем тысячи шейс, но новое зрение реагировало на движение, и я волей неволей выхватывала сбегающих по отвесным скалам четырехногих существ, передвигающихся как пауки, только… быстрее. А еще, чем ближе они были, чем отчетливее я понимала — это мутировавшие женщины. Местные женщины. И как-то слишком поздно накрыло осознание — тары не стали бы обрекать на такую мучительную казнь женщин, значит те полторы тысячи осужденных, все были мужского пола.

И я понимала, что нужно двигаться. Прямо сейчас, немедленно. Начать действовать, добежать до платформы, вскочить, взлететь, активировать взрыватели…

Понимала отчетливо, но это были женщины и… у них красная кровь. А еще они жертвы, искалеченные жертвы шейсов…

И у меня ступор.

Отчетливо это осознаю, но не могу пошевелиться. Я уже видела такое у пилота перед тренировочным боем — он застыл, глядя в одну точку, и не реагировал на приказы. Шок, просто шок, перегрузка нервной системы. Капитан тогда влепил ему пощечину, наотмашь, больно. Драс мгновенно вернулся в состояние повышенной боевой готовности и великолепно отработал летную. Там был капитан Никсон, а я одна. Одна из самок вырывается вперед, прыжком, приземляется на свои искалеченные вывернутые мутацией конечности, приникает мордой к трупу шейса, издает утробный рык, вскидывается и приникает к земле, готовясь к прыжку. Она в трех метрах от меня, остальные уже в десяти… Это было ошибкой, начинать операцию без поддержки. Я капитан, я привыкла работать в команде, я не умею рассчитывать операции с расчетом только на одного.

Я не справилась.

Это провал.