Академия колдовских сил. Прятки с демоном - Ольга Романовская

Дознаватель не перебивал, слушал внимательно, лишь изредка задавал наводящие вопросы.

— Пожалуй, обойдемся без заклятия правды, — резюмировал он, когда девушка замолчала. — Ваши слова не расходятся с тем, что я видел и слышал. Можете идти.

И все? Он даже не спросит о проклятии? Малица открыла рот, но вовремя сообразила, для Люция она ничего не знает, а если намекнет, возникнут ненужные проблемы.

— Могу я спросить? — Это тоже важно. — Эдера Кносса уже допросили?

— Нет, — с видимым недовольством ответил дознаватель, чиркая карандашом полупустой лист. — Он еще не пришел в себя после оживления. Но не беспокойтесь, виновные будут найдены и понесут заслуженное наказание. Ступайте!

Малица больше не стала испытывать чужое терпение и подчинилась. Оказавшись по ту сторону двери, вздохнула с облегчением. Неприятный тип — этот Люций Арс! Как и Алиса. Саламандра впервые за эти месяцы вспомнила о брошенной любовнице ректора и, щелкнув пальцами: «Точно!», кинулась на поиски лорда Шалла. Тот наверняка знал, где искать Алису, а найти ее нужно, чтобы кое-что проверить.

Проректор, кривя губы, сумрачно смотрел на Малицу. Перед ним дымилась чашка кофе. Лорд Шалл постоянно прихлебывал из нее, но, кажется, бодрящий напиток не помогал, во всяком случае, глаза некроманта периодически закрывались.

— Ну, и зачем вам это? — он сделал очередной глоток и тяжко вздохнул.

Дознаватель, беседа с императором, замещение ректора на приеме страждущих адептов — слишком много дел после изнурительной ночи. А еще маниакальное желание Люция Арса скорей допросить воскрешенного Эдера Кносса. Можно подумать, проректор нарочно препятствует, ставит палки в колеса! И в довершении всего Малица со своей безумной идеей.

— Проверить, не она ли наняла дроу. Сами понимаете, у нее зуб на Ариана… Ой, то есть на лорда ректора, — спохватившись, тут же поправилась девушка.

Лорд Шалл улыбнулся. Значит, у них дошло до объяснения. Хорошо, одной проблемой меньше, а то проректор порядком устал от несложившейся личной жизни друга. Но заниматься с Малицей по-прежнему будет сам: на переправе коней не меняют.

— Ирадос, Малица — как мне вас называть-то?

— Малица, — потупившись, девушка рисовала пальцем узоры на столе. — Вы все равно не просто преподаватель.

— Значит, таки будущий шафер? — усмехнулся проректор и покачал головой. — Ай, Ариан, не утерпел-таки, поверил другу!

— Вовсе не шафер, — нахмурилась Малица, мгновенно заняв оборону. — Я замуж не собираюсь.

— Помилуйте, кто ж вас спросит-то! — развеселился лорд Шалл и подогрел остывший кофе. — Ну да это дело десятое, Малица, так Малица, — перехватив сердитый взгляд собеседницы, он примирительно вскинул руки. — Так вот, с Алисой, если это она, Ариан сам разберется. Вы лучше об учебе думайте.

— Я и думаю, но как бы ни поздно стало думать. — Малица встала и прошлась по комнате. — Милорд, вы ничего подозрительного не заметили? Ну, в карманах, в комнате дроу. У меня есть кое-какие мысли.

— Ясно, хотите ввязаться в расследование?

Девушка кивнула.

Лорд Шалл помешал давно растворившийся сахар и задумался. Малица терпеливо ждала решения.

— Хорошо, — сдался проректор, — разрешаю. Вроде, мысли в голове взрослые. Берите тройку и действуйте. Мне действительно не разорваться, веры господину Арсу нет, а тут еще проклятие…

— Как раз хочу сегодня о нем почитать, пока вы снимаете.

— Тогда уж до читайте. — Некромант таки допил многострадальный кофе. — Вдруг что-то упустим.

Малица не поняла, серьезно он или шутит. Лицо проректора тоже ответ не подсказало. С другой стороны, чем ей еще заниматься? Не учебники же листать и не к занятиям готовиться!

— Адрес Алисы, — на стол неожиданно лег вырванный из блокнота лист.

Девушка удивленно подняла глаза на лорда Шалла. Ведь еще пят минут назад он настойчиво отговаривал Малицу, осмеял ее идею, а теперь…

— Да, признаю, она могла, — пояснил свои действия проректор. — Женщины сильно отличаются от мужчин, а поведение Ариана по отношению к Алисе… Скажу откровенно, я не одобрял его. И не одобрю, если увлечение вами ничем не закончится.

— Благодарю, милорд, — саламандра проигнорировала последнюю фразу.

Только ей решать, чем все закончится. Пока Малица не испытывала потребности надеть кольцо. Встречаться, позволить ухаживать — да, но замуж? Она еще слишком молода, а на свете так много интересного, даже обаяние лорда ти Онеша не заставит сидеть в родовом замке — или где там демоны запирают жен?

В голове вновь всплыли слова признания, а на губах воскрес вкус поцелуев. Кончики ушей Малицы покраснели, глаза чуть затуманились.

Проректор с добродушным пониманием взирал на девушку. Он слишком хорошо знал эти симптомы, чтобы перепутать.

Подруги устроились в дальнем уголке парка, так, чтобы никто не подслушал. С собой принесли корзину и скатерть для пикника. Индира раздобыла вино и теперь деловито разливала его в импровизированные бокалы — «для укрепления духа и здоровья». Эльфийка выглядела встревоженной и хмурилась чаще обычного. Никогда прежде Малица ее такой собранной не видела. Ну, разве, когда Индира получила письмо от родителей. Сама саламандра тоже не блистала жизнерадостностью. На коленях лежал увесистый потрепанный том — учебник по проклятиям. Стихийникам подробно изучать этот предмет не полагалось, и девушка позаимствовала книгу у параллельного курса. За сущую малость — истребление тараканов. Отчего-то не все проклятийники дружили с бытовой магией, коменданта общежития побаивались, зато есть в постели любили. Вот и расплодили насекомых. Малица покончила с ними в два счета, радикально.

— Вот, смотри, — девушка открыла учебник на нужной странице и чиркнула пальцем по строчке, — «Сладкий убийца». Ни в коем случае не применять без специальных навыков.

— Аля, проклинать вообще лучше никого не надо, — заметила Индира и подала подруге кружку с вином. — Это плохо, на ауру влияет — поверь эльфийке!

Малица кивнула. Она знала, как трепетно дивный народ относится к подобным вещам. Эльфы признавали только магию жизни и созидания.

— Вот, почему так называется. — Саламандра сделала глоток. Вино чуть вязало язык и отчего-то навевало мысли об августе с его прохладными ночами и запахе выставленного на просушку сена. — Во рту появляется сладкий привкус. Чем он ярче выражен, тем ближе смерть.

— Темные всегда отличались черным юмором.

Индира опустилась на покрывало и, замерев, уставилась на стену. Малица испуганно проследила за ее взглядом: ничего. Значит, просто задумалась. Наверное, о погибшем дроу. Интересно, сложилось ли у них? Вряд ли, только все равно жалко подругу.

Девушки устроились в считанных футах от границы Академии и, пусть солнце медленно клонилось к закату, не опасались засидеться. Гончие все равно больше не патрулировали территорию, не нападут. Оставались особисты, но, признаться, обеим было плевать, собственный груз забот и потребность посидеть в тишине важнее.