Три мудреца в одном тазу - Александр Рудазов

- Тумбала-хо о-до[29]! - потребовал привратник, тыкая в Колобкова кончиком меча.

- Тихо ты, папуас! - возмутился тот, отпихивая деревяшку в сторону. - Я терпелив, благороден и красив, но всему есть предел!

- Шеф, может, положить их? - одними губами прошептал Гена. - Вы только кивните, и я этого с деревянным пером вырублю, а второго…

- Ша! - показал ему распальцовку Колобков. - Ты что, очумел, беспредельщик? Мужики при исполнении, на посту стоят! Типа вахтеров. У меня в конторе охрана тоже кого попало не пускает.

- Пашука-пу, музиси[30]? - спросил левый привратник.

- Тумбала-хо-ла-ла Пурут-Фара, сапсим-до-ла-када[31], - приказал правый.

- Видишь, Геннадий, как плохо не знать русского языка, - наставительно заметил Колобков. - Даже поговорить нормально не сможешь ни с кем. Ни с кем!

- Да, сейчас без русского никуда… - согласился телохранитель.

- Кто ж сомневается? Вот пройдет лет тридцать, и весь мир будет Россией, все по-русски говорить будут.

- Шеф, да это нацизм какой-то…

- Может, и нацизм. Зато от чистого сердца.

Поселок Бунтабу по здешним меркам мог считаться даже городом - шестьсот жителей, не считая детей, еще не получивших взрослого имени. Две трети проживают в длинных общинных домах на полсотни человек каждый, остальные - в небольших хижинах. У вождя единственный в поселке каменный дом, почти такой же, как тот, что ныне занимает Туптуга.

Свои жилища местные обитатели строили из столбов, врытых в землю и скрепляемых друг с другом веревками из лиан. Крыша двускатная, покрывается широкими полосами пальмовой коры и закрепляется снаружи жердями. Внутри каждый дом устроен по одной и той же схеме - «позвоночный» коридор, проходящий во всю длину, и множество комнат-каморок для его обитателей. Внутренние перегородки также делаются из коры и при желании могут быть легко переставлены - в семьях часто случается прибавление или убыток. Старики умирают, дети вырастают и отделяются от родителей, но зато взамен рождаются другие.

Что же касается маленьких хижин, то они выглядели точно так же, как те, что продолжали тихо разваливаться в старом поселке на побережье. Впрочем, их с каждым годом оставалось все меньше и меньше - научившись строить большие дома, разделенные на комнаты, мбумбу уже не хотели жить в малых. Сейчас в них обитали только бобыли и представители уникальных профессий - шаман, травница, повитуха, три мельника (отец и два сына) и кузнец. Первый и пока что единственный кузнец на этом острове - мастер Скутурка сам нашел огромный медный самородок весом почти в центнер и сам же научился методу холодной ковки. Так что именно этот человек стал пионером эры энеолита[32]на этом острове. Сейчас он, во-первых, постоянно бродил по острову в поисках других самородков, а во-вторых, экспериментировал с другими методами ковки - холоднокованые медные орудия отличаются хрупкостью и даже во многом уступают каменным. К сожалению, железа на Черных островах нет и никогда не было. Но мастер Скутурка верил в свое детище.

На озере виднелись молодые парни с деревянными острогами - они ловили пресноводных барракуд. На длинных мостках щебетали женщины, стиравшие одежду и ставящие сети. В племени считается, что ловля рыбы сетью - не мужское занятие. В огородах тоже трудились женщины. Впрочем, оных было совсем немного - на острове Бунтабу возделывают всего лишь три растительные культуры. Каратуру (кормовой злак, родственный рису), огненный лук (приправа) и озерную травку (почти что марихуана). И, разумеется, пальмы - кокосовые, масличные и особенно саговые. Саго в этих краях заменяет хлеб, из него пекут лепешки и варят мучную похлебку. И со свиньями тоже возились женщины - свинья уже много лет является единственным домашним животным племени Бунтабу. Этих парнокопытных завезли на Черные острова с юга, из Юберии.

При виде местных хрюшек Колобков содрогнулся. На Черных островах и свиньи живут черные. К тому же очень крупные, покрытые жесткой щетиной и с длиннющими клыками. Их кормили каратуру, но они охотно жрали все подряд, в том числе и мясо. Матери не подпускали маленьких детей к свинарням - местные свиньи порой грешили и людоедством.

При виде местных красавиц Колобков содрогнулся еще раз. В племени Бунтабу сейчас правила бал прическа «а-ля каторжник». Все дамы - от грудных девочек до шамкающих старух - брили головы наголо, да еще и смазывали их каким-то особым составом, чтобы волосы отрастали как можно медленнее. А еще они чернили зубы сажей, что создавало эффект беззубости. Тут это считалось красивым.

- Брррр… - поежился Колобков, когда одна такая дама вручила им с Геной по саговой лепешке, широко улыбаясь черной пещерой вместо рта. - Если Зинка с собой такое сделает - разведусь!

Их усадили прямо перед входом во «дворец» вождя - ожидать, когда вождь или хотя бы шаман соизволят принять гостей. Но уважаемые члены общины не спешили показываться на глаза. Великий вождь Серванго тяжело болел (то есть обожрался), а мудрый шаман Пратгуста беседовал с духами (то есть обкурился). Поэтому Колобкову оставалось только сидеть на белоснежных ступеньках, грызть лепешку и играть в «Тетрис». Впрочем, даже эти маленькие удовольствия продлились недолго - лепешка кончилась, а в электронной игрушке сели батарейки.

Над хижиной шамана поднимался сизый дым - мудрый Пратгуста пришел в сознание и занялся своей основной работой. А именно - наколдовывал охотникам много добычи, рыбарям богатый улов, свинаркам жирных хряков, а всем возможным врагам племени небесный гнев предельной жестокости. Никто толком не знал, правда ли шаман все это делает или просто бормочет всякую ерунду, стуча в бубен, но спросить напрямую никто не решался. Даже если Пратгуста иногда и шарлатанил, ему все прощали за великолепное чувство ритма, делающее его желанным гостем на всех праздниках.

К тому же он умел пускать красивые дымовые кольца, когда курил.

В известняковом чертоге вождя тоже наметилось какое-то оживление. Судя по звукам - там сейчас ворочался гиппопотам. Но на самом деле это просто вождь Серванго поднимался с циновки. Ему помогали целых пять женщин - две жены, две дочери и сестра мужа самой старшей дочери. Но вождю все равно приходилось трудно - при весе в сто пятьдесят килограмм не так-то легко передвигаться самостоятельно. Лидеры племен мбумбу почти всегда отличаются некоторой упитанностью - в этом народе издревле живет уверенность, что в вожди следует избирать (по наследству эта должность не передается) самых крупных своих сограждан.

Правда, имеется еще два условия. Первое - кандидат в вожди должен быть одним из лучших охотников. Что довольно редко сочетается с повышенным весом. И второе - кандидат должен быть в хороших отношениях с шаманом и регулярно делать ему хорошие подарки. Второе условие необязательное, но если его не выполнить, духи почти наверняка наложат на такого жадного кандидата вето. Они почему-то всегда поддерживают шамана.