Дикари Ойкумены. Книга III. Вожак - Генри Лайон Олди

– Минута до цели!

– Включить аттракт-иллюминацию.

Очередная дебильная идея консультантов при Совете Лиги. На подлете к деревне миротворческие аэромобы должны сверкать огнями, как новогодние елки. Это, значит, с гарантией привлечет внимание любопытных дикарей и настроит тузиков на дружелюбный лад. Ясен пень, привлечет! И хорошо, если только дикарей, а не оператора мобильного ЗРК. Перед высадкой десанта поверхность планеты зачистили от средств ПВО, но лейтенант давно зарубил себе на носу: зачистка полной не бывает.

Под брюхом низко летящего аэромоба неслись джунгли. Сливались в грязно-зеленое месиво, от которого рябило в глазах. Тут запросто могла спрятаться целая армия. На тепловом сканере астланина-солдата от голожопого тузика не отличишь, пока он не шмальнет в тебя из гранатомета. Моб – это вам не десантный бот с термосиловой броней…

– В районе пункта назначения обнаружено скопление туземцев.

На фоне схематичных изображений хижин переливалась россыпь пунцовых клякс. Кляксы ползали с места на место, перекрывали друг друга, сливались в бесформенные комки, вновь разделялись. Это напоминало фильм из охрененно увлекательной жизни бактерий, который лейтенант видел еще школьником. Аэромобы начали сбрасывать ход, планируя зависнуть над деревней. Кляксы слились в единую лужу, замерли – и волной вулканической магмы потекли прочь, за пределы сканируемого пространства.

– Куда?! – не сдержавшись, рявкнул Тончини. – Стоять, уроды!

Чтобы взять себя в руки, ему потребовалась пара секунд.

– Включить аудио-обращение! Мобы один и два – садимся! Моб три – продолжать наблюдение с воздуха.

Вокруг машин, идущих на экстренную посадку, закрутились смерчи. В их воронках плясали сорванные с деревьев листья, жухлая трава и пыль. Джунгли озарялись сполохами радужного сияния – выключить аттракт-иллюминацию никто не озаботился. С небес громыхал суровый проникновенный голос, произнося речь на чужом языке. «Мы пришли к вам с миром, мы друзья…» – и прочая пацифистская дребедень.

Ни иллюминация, ни баритон диктора на тузиков не действовали. Сволочи удирали во все лопатки и уже, считай, скрылись из зоны действия сканеров. Не гнаться же за ними, в самом деле? Стойте, куда вы! Мы вам подарки привезли, давайте дружить… Детский сад, а не военная операция!

– В деревне осталось около двадцати человек, – доложил сержант Гиллеспи.

Лейтенант скрипнул зубами:

– Ладно. Попобуем объясниться с ними.

– Есть объясниться!

– И рожи! Рожи дружелюбнее, мать вашу!

* * *

– Вы не астлане. Да.

На морщинистом лице старика застыло изумление. Нет, он больше не сомневался. Убедился, поверил; сумел принять сей сногсшибательный факт. Но изумление въелось в мозг, вгрызлось в душу. Не астлане! Надо же!

– Не астлане. А кто?

– Миротворцы, – в сотый раз повторил Тончини, зверея.

У старика была на редкость дырявая память. Впридачу его накрыло пресловутым «цивилизационным шоком». А может, им просто попался дурак по жизни? До преклонных лет дожил, а ума не нажил…

– Мир-творцлы? С неба?

– Ага, дедушка. В самое яблочко.

– Мир-творцлы победили астлан? Взяли в плен?

Ну наконец-то! Ржавые шестеренки в башке дедугана со скрипом провернулись. Вокруг Тончини собрались все оставшиеся в деревне жители. Точнее, все, кто не смог убежать. Три бабы на сносях – куда им с такими пузами бегать? Хромой калека. Голая верещащая малышня под присмотром пары угрюмых старух. И плешивый морщинистый дед, в юбочке из полос заплесневелой кожи, от пяток до лысины покрытый выцветшими татуировками. В соседней хижине хрипела совсем уж древняя карга, но ее беспокоить не стали: еще преставится с перепугу!

Пусть себе лежит, мумия.

Хромой зыркал на пришельцев исподлобья, отползал подальше. На вопросы калека не отвечал. Молчал; воротил морду. Тончини плюнул и переключился на татуированного деда. Лейтенанту вызвался помогать капрал Бенолли. Капрала в свое время выгнали с третьего курса психфака за пьянку с мордобоем, после чего он угодил в армию. В строю капралу неожиданно понравилось. Отслужив срочную, Бенолли завербовался контрактником в ВКС Лиги. Психолог-недоучка с опытом боевых действий сейчас пришелся очень кстати.

– С неба, дедушка, с неба. Астлане побеждены, жизнь прекрасна, – видя молчаливое одобрение лейтенанта, Бенолли решил не усложнять. А то старик умом тронется. – Больше астлане не будут вас резать. Понимаешь?

– Не будут резать?

– Ну! Сообразил?

– Не будут отправлять в солнце?!

Тузики совсем не умели скрывать эмоции. Или не считали нужным это делать. Черепашью физиономию старика исковеркал ужас. Тончини никогда бы не поверил, что увидит подобное не по визору, в дешевом триллере, а наяву, на лице живого человека. Вот ведь ублюдки! Это ж до какой степени надо было человеку мозги промыть! Ему говорят: «Живи спокойно, дорогой товарищ!», а он сейчас инфаркт схлопочет!

– Они вас обманывали, понимаешь? Врали вам! Не бойся, мы астлан прижучили. От нас не надо убегать. Мы – друзья. Друзья!

В психологии Тончини был не силен. Но даже он понимал: то, что астлане вдалбливали тузикам век за веком, не вышибешь одной политико-воспитательной беседой. Капрал Бенолли из кожи вон лез, но…

– Не надо убегать?!

Эта грандиозная мысль поразила туземца еще сильнее, чем известие, что их больше не будут резать. Вокруг затаили дыхание женщины, прислушиваясь к разговору. Даже отчаянно голосившая малышня на миг примолкла.

– Не надо! – капрал Бенолли излучал обаяние во всех мыслимых диапазонах. – Зачем от нас убегать?

– А как же плен? Честный плен?!

С логикой у старика были проблемы. Хочешь в плен? Сдавайся, кто ж против! Убегать-то зачем? Бенолли подсел ближе, приобнял кретина за плечи, как лучшего друга. С доверительной убедительностью зашептал ему в ухо, но так, чтобы слышали остальные:

– Плен не нужен. Понял? Плен больше не нужен!

Дедуган ел капрала взглядом. Морщил лоб. Нервно сглатывал, дергал острым кадыком на дряблой, в пигментных пятнах, шее. Мало-помалу на лице старика начало проступать понимание. Наблюдать за этим было забавно. Неужели Бенолли расколол тузика?!

– Мир-творцлы победили астлан, – медленно, стараясь не потерять мысль, произнес старик. Пальцы его скребли грудь, словно татуировки вдруг дико засвербели. – Так?

– Ну! – поспешил согласиться лейтенант.

– Мир-творцлы друзья. Убегать больше не надо. Тлакаелэль понял! Мир-творцлы великие воины! Они могут победить всех-всех-всех! Сразу!

– Точно! – кивнул лейтенант.

В словах тузика звучал здравый смысл. Кто сильнее, тот и прав. Его надо слушаться. Что ж, очень даже разумно для дикаря.