Огненный факультет - Алекс Кош

Странный толстенький человечек в очках и сером костюмчике самозабвенно рассуждал.

— Эта птица любит селиться рядом с людьми, и кормиться за их счёт. Размеры птицы разнятся от самых маленьких до просто огромных. Она имеет отрицательный окрас и широкий размах крыльев… в общем, вы наверняка неоднократно встречали птицу «обломинго» и в своём доме…

* * *

Утро выдалось ужасное. После такого изматывающего дня проспать всего несколько часов, это, скажу я вам, то ещё удовольствие. Даже Чез не выскочил как обычно из своей берлоги, а выполз, причём выглядел он ещё хуже, чем я сам. Меня-то бодрила моя маленькая победа — мой козырь на сегодняшних практических занятиях.

— В следующий раз тренируйся без меня, — пробурчал Чез вместо приветствия. — Пригласи к себе вампиршу. Она наверняка будет рада, да и тебе не будет скучно.

Я поморщился от упоминания об Алисе. С того памятного разговора в её комнате прошло два месяца, а она так и не позволила проводить её. Для меня её согласие стало своеобразной целью, которую я старался достичь всеми доступными мне средствами. Если вампирша позволит себя проводить, значит, она готова открыться… значит, у меня есть шанс. И, мне кажется, Алиса приняла правила этой игры.

— Ладно, пойдём уж, гений, — подтолкнул меня Чез.

Неплохая у нас команда. Огненный мальчик, вундеркинд и гений. Осталось определить особенности (или отклонения) Невила и Чеза. Хотя, мне кажется, для Чеза я уже погоняло придумал — помело. В честь его неугомонного языка, от которого проблемы почему-то чаще всего бывают только у меня.

Между прочим, за эти два месяца Чез сильно изменился. Раньше он бредил Академией, собирал по крохам сведения о ней, а что теперь? Теперь его совершенно перестали интересовать теоретические знания. На всех лекциях он лоботрясничал, на экзаменах списывал… у меня! У человека, который до поступления в Академию не то что «теорию энергетических балансов», даже принципа работы лампочки не знал! Если раньше я его считал чем-то вроде старшего брата, то за прошедшие два месяца он превратился для меня в своеобразного «младшего братца — раздолбая». Нет, он и раньше был шутником… но когда надо он всегда мог стать серьёзным, и найти решение проблемы, а теперь это почему-то всё чаще приходилось делать мне.

Перед входом в Медитативный Зал мы как обычно встретились с остальными. И как обычно по утрам, стремление к общению у всех нас сводилось к нулю.

Мы молча кивнули друг другу и вошли в зал. Ремесленник Тирел встретил нас кривой улыбкой и благоухающим зелёным чаем. Как обычно. Разговаривать ему тоже не хотелось.

После чая, наступило время расслабляющей медитации. Мы должны максимально увеличивать объём проходящей сквозь нас энергии, но не изменять её. Это самый безопасный для нас вид медитации, потому что только сейчас Наив не сможет устроить очередной огненный ад. И не столько потому, что мы не должны плести узоров (частенько мы себе позволяли и это), сколько просто потому, что почти на всех утренних медитациях он спит.

Рассказывать о четырёх часах, проведённых в медитативном зале, я не буду. Ни сейчас, ни когда-либо далее. Потому что объяснять свои ощущения бесполезно, это нужно чувствовать. Как объяснить слепому радугу? А если вы не слепы, и знаете это ощущения… то зачем вам это объяснять?

По прошествии четырёх часов, мы вышли из зала совершенно другими людьми. Мы проснулись, посвежели, и в нас проснулась жажда общения.

— Вот скажите мне, куда могут нас отправить, если мы не сдадим эти драконовы экзамены? — поинтересовался Чез. — И с каким званием мы тогда покинем эти стены?

— Со званием — неудачник, — охотно подсказала Алиса.

Чез на секунду задумался.

— Это не звание, это судьба, — наконец нашёлся он. — Нет, серьёзно. Или вот, например, вы когда-нибудь видели в Академии кого-либо кроме Ремесленников и учеников?

— Высших Ремесленников, — охотно ответил Невил.

— А ещё? — не сдавался Чез.

— Я один раз уборщика видел, — подал голос Наив.

— Какой уборщик, ты чего? — удивился я. — Здесь же вся уборка автоматически осуществляется заклинаниями.

— Это ему приснилось во время утренней медитации, на которой он, как обычно, спал без задних ног, — похлопал Невил своего брата по спине.