Я стану твоим проклятием - Катерина Полянская

— Говори, — приказал он. — Потом вместе решим, что с этим делать.

Вариант действительно был на крайний случай. Но разве метка, Ворон, который вот уже четвертый месяц покоя не дает, и всплывший папа-демон — все это вместе не считается таковым?

— Есть дом, — созналась все-таки. — Я гостила там несколько раз. И мы с мамой договорились, что я приду туда, если меня инициируют. А там уже вместе будем думать, как дальше жить.

— Где?

— В Гирсинге.

— Это на юге? Возле серого моря и скал с древними пещерами.

— Угу.

Звучало это не так красиво, как было на самом деле. Город был небольшой и весь утопал в пальмах, цветах и прочей растительности, ароматы там витали такие, что первые дни голова кружилась с непривычки, и все кругом такое яркое… В море купаться было нельзя, потому что там водилась какая-то нечисть, оттого его и прозвали серым, но скалы смотрелись эффектно.

Маленькая ведьмочка в те дни упивалась почти незнакомым ощущением, что мама рядом и защитит.

— Надо смотаться туда, — решил Тахшак.

— Все равно ее там нет. — Я попробовала спасти свой выходной, но слишком уж решительно сверкали серые глаза.

Узнаю этот блеск. Ворон вылетел на охоту.

— Точно знаешь?

— Мы договорились, что я просто прихожу и живу в этом доме, — продолжила выдавать тайну. — А она почувствует и придет, как только сможет.

— Дождемся и поговорим, — решил за нас двоих маг. — К тому же в доме может оказаться что-нибудь полезное, какие-нибудь подсказки.

Спорить было бессмысленно, и я покорно побрела за бумажкой с адресом, которую хранила в потайном отделении косметички. Хотелось утешить себя тем, что скоро муки закончатся… но почему-то в лучшее не верилось. Хотя Таш, конечно, прав, с мамой поговорить надо. Вот он пусть и разговаривает! А я просто дочка непросто соскучилась.

Первый портал маг открыл к себе домой. Не в тяжелом же плаще и одежде, по виду напоминающей военную форму, отправляться в жаркую часть империи. Перспектива стать вареным Вороном его явно не прельщала, да и меня, честно говоря, тоже, потому что именно мне пришлось бы возиться с элитным магом, заработавшим тепловой удар.

Минут пять спустя Тахшак вынырнул из спальни в белых штанах и белой же рубашке, две верхние пуговицы были расстегнуты, а рукава закатаны до локтей. Я невольно залюбовалась. Короткие вьющиеся волосы он зачесал назад, чтобы не мешали, светлая одежда невероятным образом контрастировала со смуглой кожей, в серых глазах затаились бесенята. В районе солнечного сплетения у меня появилось тянущее чувство. Хорош. Но почему-то считает, что на большее, чем любовница на содержании, я не гожусь.

Это было особенно обидно.

— Не хочешь поупражняться в создании порталов? — спросил Ворон так, будто мне предлагалось заговорить больную спину. — Я покажу технологию.

— Спасибо, но не стоит, — медовым голоском отказалась от щедрого предложения. — Я слишком сильно хочу, чтобы тебя разорвало на мелкие кусочки, и боюсь, портал прислушается к моему желанию.

Как водится, в шутке была и крупица правды. Любые ведьминские чары получали и характер наложившей их ведьмы, поэтому, как правило, действие имели нестандартное. Именно поэтому всякие серьезные инстанции предпочитали иметь дело с магами, в которые брали в основном мужчин. А мы так, на подхвате. Напакостить, до белого каления довести или спину больную вылечить. Обидно!

Из созданного Тахшаком портала мы вышли на одной из главных площадей перед постоялым двором. Он уже бывал в Гирсинге по службе, вот и перенес нас в то место, которое помнил.

— Дальше куда?

Я развернула скомканную записку.

— Мимо площади Увеселений, по Виноградным улицам к скалам с пещерами.

И мы пошли.

Среди пестрого городка маг в белом и я в своем красном платье и открытых туфельках нисколько не выделялись. При первой же возможности он привычно поймал мою руку и притянул ближе к себе, так что теперь мы походили на прогуливающуюся парочку.

А всего в каких-то двух днях езды раскинулся любимый Эльсин. Как же я соскучилась! Вернусь — обязательно напишу длинное письмо Майрине.

Выскользнув из-под сени виноградников, которые превращали улицу в своеобразный зеленый тоннель, мы обогнули пригорок и вскоре уткнулись в симпатичный двухэтажный домик.

— Миленько, — хмыкнул Тахшак, лениво перебирая пальцами, — звякнула, спадая, защита.

— Где-то здесь должен быть ключ, — пробормотала я, шаря взглядом по крыльцу, перилам и бесчисленным горшкам с искусственными цветами.

Настоящие давно бы погибли без ухода.

— Не утруждайся, — отмахнулся Тахшак и шагнул к двери, опустился на корточки, осмотрел замок.

— Эй! — тут же вскинулась я. — Это дом моей мамы! Имей хоть каплю уважения.

— Только по этой причине, — криво усмехнулся Ворон, — я вежливо открою дверь отмычкой, а не высажу ногой.

Какой же он иногда противный! Щелкнул замок. Кипя от негодования, я тем не менее шагнула вслед за магом в дом. Внутри мало что изменилось с последнего моего визита: кокетливая обстановка, много красивых изящных вещей белого и розового цветов. В вазе стояли засохшие розы, на столике в гостиной лежала открытая книга. Но пыли было много, так что можно смело делать вывод, что сюда много месяцев никто не наведывался.

Одно коротенькое заклинание — и все стало чистым.

— Признаться, я ожидал худшего, — пробормотал себе под нос Ворон. — Не похоже, что она здесь принимает мужчин.

Захотелось врезать ему еще раз, но я сдержалась. И слезы проглотила, только глазам стало больно.

— Никаких мужчин! Этот дом только для нас с ней. И вообще моя мама — не такая суккуба.

Мой спутник издал обидный смешок и прошелся по гостиной, осматриваясь.

— Что же она не забрала тебя? Почему отдала дочку чужой женщине, а сама наведывалась лишь изредка?

Глупо и по-детски, но слезы опять обожгли глаза. Какое ему вообще дело?!

— Ты ничего не знаешь!

— Брось, наивная ведьмочка, — сочувственно вздохнул Тахшак, переходя из гостиной в кухню. — Из суккуб не получаются хорошие матери. Больше скажу, они стараются вообще не заводить детей. И ты существуешь, скорее всего, исключительно потому, что сделать что-то с нежеланной беременностью было уже поздно.

— Не смей так говорить. Никогда! Слышишь? — От меня в буквальном смысле искры в стороны полетели. Злость была такой сильной, что магия угрожала выйти из-под контроля, как тогда, с меткой.

— Как скажешь, — повел плечами элитный маг и выставил щит, иначе бы я повредила стену.

Маму я любила. Не просто как данность, не потому что родителей не выбирают, она правда у меня хорошая. Очень. Хоть и суккуба. А вот мнение некоторых циничных пернатых значения не имело совершенно. Тогда с чего я начала оправдываться?