Мантикора и Дракон. Эпизод II - Юлия Созонова

— Ох, — тяжело вздохнув, Хаос принялся латать поврежденное плечо, предварительно сверившись с полученными данными, от диагностирующих заклинаний. Ругнувшись про себя, он положил свою ладонь на горячий лоб Кораны и тихо произнес. — Терпи. Снять боль я не смогу. Придется заново наращивать кости и мышцы, я уж молчу про кожу. Затем буду проводить детоксикацию от «минусовки». Какое — то время ты не сможешь нормально работать этой рукой, Кора. И часть твоих способностей окажется для тебя недоступна.

— Справлюсь. Делай.

— Дурочка. Маленькая дурочка, — сила скользнула легко и привычно позволяя изменять не только окружающее пространство, как часть этого мира, но и лежащее рядом хрупкое тело, из которого рваными толчками выходит жизненная сила. Если бы он опоздал еще на немного, то в перспективе Шайтанар получил бы не игрушку для казни, а готовый хладный труп. Поставленная им самим медицинская печать частично оградила действие яда, да только его оказалось слишком много, и справиться со всем, хрупкая и довольно примитивная конструкция просто не смогла.

Настроение Хаоса быстро и верно уходила в тот самый пресловутый минус и сейчас стихий как никогда желал, что бы ему на глаза никто не попадался, особенно Хранители, иначе в Аранелле может стать на несколько эксцентричных интриганов меньше. Уж он — то за этим делом проследит…

Пока фантазия предлагала на выбор методы и способы разборок с возможными жертвами его плохого настроения, руки делали свое дело, наращивая, заживляя, вправляя на место все сухожилия, ткани и кости. Черные глаза неотрывно следили за лицом пациентки: до крови закушенная губа, плотно сомкнутые веки из — под которых по щекам стекают слезы.

Протянув руку, вытер драгоценную прозрачную каплю. Увидеть слезы этой девочки дорогого стоит, показывать свою слабость Корана позволяет себе очень редко и, пожалуй, он видел ее плачущей всего пару раз за все время их странного знакомства.

Усмехнувшись, мужчина начертил в воздухе, над пострадавшим плечом небольшую печать, пропитанную его собственной силой. Закрепив ее на теле Кораны, Хаос склонился и поцеловал ее в лоб, после чего поднялся. Ему пора возвращаться, хотя по — хорошему, стоило бы подождать и посмотреть, как будут разговаривать Шайтанар и Мантикора, она же Корана аль Эйран, дочь казненного предателя. Стихий был готов поспорить на что угодно, что эта беседа будет нелегкой, как для самой Коры, так и для Повелителя эрханов.

Конечно, он смог докопаться до истины, узнать, кто на самом деле пытался убить его семью, но к тому моменту в Аранелле уже свирепствовала Мантикора, безжалостно устраняя тех, кто стал причиной уничтожения ее родных. До того, как Шайтанар успел задать вопросы, виновные исчезли с лица мира, став еще одной галочкой в довольно объемном списке легендарного наемного убийцы.

Хаос фыркнул. Глупые люди сделали ее легендой, а она была всего лишь ребенком, слишком рано познавшим закон «кровь за кровь». Если бы все сложилось иначе, то возможно она давно бы была счастливой женой и матерью…

Хотя толку сожалеть о том, чего уже никогда не будет? Как ее наставник и приемный отец, Хаос гордился Кораной и искренне любил ее и малыша Рагдэна. Коли бы ей угрожала реальная опасность, он бы забрал Кору отсюда, наплевав на все и вся, спрятав в своем доме и ревностно защищая собственных дочерей от любых посягательств извне.

— Поседею я с вами, — пожаловался непонятно кому стихий и взмахнул рукой. Тьма скользнула навстречу старому знакомому, помогая в один короткий шаг преодолеть разделяющее его дом и темницу Сайтаншесса расстояние. Немного потоптавшись на пороге, мужчина сокрушенно вздохнул, понимая, что приключения на сегодня не закончились. Об этом гласила красноречивая надпись «Мужлан» на двери прямо перед его носом.

— Женщины… Ну и за что мне это наказание, а? — простонал нелюдь, взъерошив волос. Осторожно постучав, он медленно открыл дверь и аккуратно заглянул внутрь, готовый любой момент сделать ноги. — Дорогая, ты не представляешь, что со мной сегодня случилось…

Над головой просвистел топорик для рубки мяса, явно говорящий о том, что «дорогая» если, что и представляет, то только его в жаренном виде поданного к столу. Собравшись с духом и мысленно смирившись с неизбежным, Хаос вошел и, прихватив несчастный топорик, направился прямо на кухню. В конце концов, кто сказал, что через желудок лежит путь только к сердцу мужчины? Три ха! Уж тут стихий был уверен на все сто процентов, женщины в этом плане не так уж далеко ушли! Просто к мясу лучше всего еще добавить сладкое вино, шоколадные конфеты и букет цветов.

А там, глядишь, и вину с себя на кого — нибудь спихнуть удастся… Во всяком случае, Хаос старался в это верить.