Конец света сегодня - Надежда Первухина

– Расскажи мне о себе, – попросила Юля Тцаля.

– Моя недостойная жизнь не стоит разговоров.

– Да хватит тебе смиренничать! Такой видный мужчина, а ведешь себя как старик.

Тцаль побагровел:

– Не забывайся, женщина!

– Всё, всё, молчу. И жду твоего рассказа.

Тцаль вынул из-за пояса перо сокола, воткнул его в землю и сказал:

– Вот вокруг этого пера я и буду плести рассказ.

Перо неярко засветилось, когда Тцаль заговорил.

– Родился я в девятый год Клыкастого Колибри. Отец мой – Ахаль Розовый Змей, мать – Леуйя Горная Река. Полное мое имя – Тцаль Ахаль Леуйя Пернатый Посох. Родился я на планете Орчи и видел Землю только на стенных росписях учебной комнаты. Орчи – сложная планета, на ней тяжело жить. Там часты пылевые бури и дожди из кислоты. Но мой народ приспособился и выжил. И все время жрецы предсказывали тот час, когда мы сможем отправить первый корабль на родину – Землю. И вот я, как и другие подростки из знатных семей, стал учиться в школе жрецов. Но меня привлекали звезды, космические путешествия, математические расчеты. Тогда главный жрец сказал моему отцу, чтобы тот отдал меня в школу навигаторов. Десять лет я провел в школе навигаторов и еще десять – в школе, готовившей командиров космических кораблей. Это очень ответственно и свято! Я горжусь этим. Впрочем, что теперь гордиться, если я подвел собственное племя.

– Погоди переживать, может, еще все наладится.

– Не наладится.

– А ты мне поверь, я же ведьма.

– Ты настоящая ведьма?

– Настоящая, конечно. Видишь, у меня даже хвост есть. Тебе нравится мой хвост?

– Он очень красивый. Можно его потрогать?

– Тебе можно. Но, вообще, я девушка честная и не позволяю кому попало трогать мой хвостик. Что еще о себе расскажешь?

– Я окончил школу и стал водить корабли в ближние системы. А мой брат завидовал мне. Он родился сухчи – с мертвой рукой – и не мог быть капитаном. Но ему легко удавались все расчеты, поэтому я и доверил ему их. И вот…

– А женщины у тебя были?

– Я девственник. Я уже говорил тебе, ведьма, что пожертвовал свою девственность на алтарь ночных богов. А у тебя были мужчины?

– Нет, конечно, – легко соврала Юля и не покраснела. – Когда мне увлекаться мужчинами? Я только и делаю, что колдую.

– А ты сильная ведьма?

– Да уж не слабая.

Юля вытянула вперед руку ладонью вверх, и на этой ладони материализовался сгусток пламени.

– Не обжигает? – поинтересовался Тцаль.

– Меня – нет, а тебя может обжечь, если обниматься полезешь.

– Не полезу я обниматься! – отшатнулся Тцаль.

– Ну и зря, – мрачно хмыкнула Юля и погасила пламя. – Тцаль, а зачем вашим лекарям было разрабатывать смертоносную болезнь? Вы хотите убить все человечество?

– Не всё. Мы хотели уничтожить только тех людей, которые заняли наши коренные земли. И напугать всех остальных – чтобы к нам никто не приезжал, не касался нашей жизни.

– Какие вы все-таки противные! – в сердцах сказала Юля. – А еще древнейшая цивилизация. Хотя есть и подревнее вас. Ты знаешь, что будет двадцать первого декабря две тысячи двенадцатого года?

– То есть через пол-луны?

– Да.

– Закончится цикл Долгого Счета, и вернется комета. Она выжжет всю землю. Останутся только майя.

– С чего это вы такие избранные?

– Мы уйдем в тайные подземные города, созданные давным-давно. А потом, когда комета пройдет и мир обновится, мы выйдем на поверхность.

– Чушь какая-то! Комету еще приплел… А ты знаешь, что в мире уже появился мальчик, который через добро творит великое зло?

– Нет. Что за мальчик?

– Его зовут Собхита. Он реинкарнация Будды. Будда – это просветленный, вступивший на новый путь жизни человек. Будда был милосерден, и Собхита тоже милосерден, но за свое милосердие он выпивает из людей кровь. Вот кто устроит настоящий конец света, а не комета там какая-то!

– Так или иначе человечество погибнет. Жители вашего города уже гибнут от нашей болезни.

– Да. Нетронутыми остаются лишь ведьмы, вампиры, оборотни и прочая нежить. Почему?

– Потому что не подвержены этой болезни только боги.

– Хм. Значит, я – бог?

– Ты ведьма.

– Но по твоей логике, если я не страдаю от вашей болезни, то значит, я бог. Богиня.

Тцаль ответил неохотно:

– Да. Богиня.

– Тогда какого черта! Меня невозможно принести в жертву. Богинь не приносят в жертву. Мы поженимся и будем жить долго и счастливо на зависть всем клыкастым колибри.

Тут в узилище вошла Ацет. Она поклонилась Юле и сказала:

– О великая госпожа, верховное божество хочет говорить с тобой.

– А что насчет Тцаля?

– Насчет Тцаля не было никаких указаний. Но я слышала, что праздник жертвоприношения переносится на завтра.

Тцаль схватился за голову:

– Завтра день Холодного Ягуара! День неудачный для жертвоприношений! О чем только думают жрецы!

– Не волнуйся, дорогой, – сказала Юля. – Разберемся.

Она встала и пошла вслед за Ацет – на разговор с верховным божеством.

Бог сидел уже не на табурете. Ему откуда-то принесли канапе, и теперь он возлежал на нем, вольготностью позы напоминая пожилую матрону великосветского салона. Правда, матроны не носят плащи из алых птичьих перьев, но что ж поделать!

Под взглядом Юли божество поерзало, устраиваясь поудобнее, поправило золотую маску.

– Присаживайся, – сказало божество.

Юля села на табурет.

– Итак, ты, о смертная, хочешь связать свою жизнь с человеком нашего племени? Знаешь ли ты, что он назначен в жертву?

– Да.

– А знаешь ли ты, что, выйдя за него замуж, этой жертвой окажешься ты?

– Знаю.

– И это тебя не пугает?

– Как видите, нет. Послушайте, я думала, вы позовете меня на разговор насчет списка гостей на свадьбу, подарков, лимузина и прочего, а вы вроде как запугиваете меня. Не стоит! Я уже решила, что спасу Тцаля от смерти и он будет моим. Я ведь ведьма.

– Да, нам стало известно, что ты ведьма.

– А по-вашему, ведьма и богиня практически одно и то же.

– Вынужден признать, что да. Просто у нас мало богинь.

– Ничего, – жизнерадостно сказала Юля. – Теперь будет еще одна. Богиня брака и плодородия. В чем проблема?