Прерванный полет - Егор Седов

— Что ты от меня хочешь?

Юсуф решил, что проще всего — спрашивать прямо и в лоб. Он никогда не считал себя вполне восточным человеком, для которого вежливость — превыше всего, поэтому надо час-другой непременно поговорить о погоде и о ценах на базаре, а уж только потом потихоньку переходить к самому важному.

Он и без того выжидал достаточно долго.

— Помощи, — ответила она. — И поддержки.

— А если я откажусь?

— Думаешь, я сейчас буду грозиться тюрьмой или ликвидацией? Нет.

Смех Тиада-Атум был сухим, словно шелест давным-давно пожелтевшей бумаги.

— Куда же ты денешься, Юсуф аль-Андалуси, человек, потерявший хозяина и не выполнивший того, что хозяин тебе приказал?

Она замолчала. Каждое из этих слов било его, словно кнут в руках палача — так не вязались они с обликом девушки.

— Я могу отпустить тебя — прямо сейчас. Даже оставить тебе твой личный номер — очень высокий, кстати. Но куда же ты пойдешь, Юсуф аль-Андалуси? Не туда ли, где тебя арестовали мои подданные?

Голос Биру прозвучал почти издевательски.

— Я… Я попытаюсь!

Юсуф обхватил голову руками — слова Великой вызвали почти физическую боль.

Но тут же приступ закончился.

— Хорошо, — проговорила она. — Я даже предоставлю тебе вертолет, даже полечу с тобой. Только я почти уверена, что у тебя совершенно ничего не получится.

— Почему? — Он с надеждой посмотрел на нее, все еще совершенно не понимая, куда клонит девушка.

— Потому что мы достаточно хорошо тебя обследовали. По всей видимости, повреждения памяти у тебя — совершенно необратимы. Больше того, у нас есть средства предотвратить ее дальнейший распад. Если ты откажешься от сотрудничества… Нет, ты не умрешь. Все будет гораздо, гораздо хуже. Думаешь, память у тебя останется такой, как сейчас? Напрасно!

— Это ложь! — Юсуф подскочил на скамейке. Ему хотелось сейчас заставить ее замолчать — как угодно, но заставить, пусть даже ударить по лицу.

Девушка спокойно отстранилась.

— Тебе хочется меня убить? Ну, я готова. А ты? Как насчет тебя?

Он медленно опустил руку, глядя в огромные глаза, в которых отражались и любовь, и сочувствие, и любопытство — во всяком случае, раньше ему так казалось. Теперь в них не было ничего. Пустота.

— Прости, — пробормотал он.

— Не надо извиняться, — ее голос вновь изменился, стал прежним. — Это я должна просить прощения. Да-да, ты не ошибся, именно я — Тиада-Атум, номер первый. Нельзя было так резко с тобой заговаривать, я тоже иногда совершаю ошибки, хотя говорить так — большая ересь для моих подданных. Присаживайся.

— Скажи, это разрушение памяти — его как-то можно повернуть вспять?!

Юсуф не знал, верить или не верить ее словам. Да, задание он забыл. Инструкции тоже. Но потеряно ли что-то еще? Да или нет?

Только того не хватало, чтобы у него задрожали руки! Нет, такого не будет, не должно быть!

— Садись. Кажется, нас никто не видит. — Она нежно погладила его руку. — Нет, повернуть — невозможно. Можно приостановить. Что и сделано. Возможно, у тебя появятся какие-то новые способности. Ты в последнее время ничего странного не замечал?

— Н-например? — Заикание появилось само собой.

— Я имею в виду — способности к магии. Восприятие, возможности… Может быть, вещие сны? Ты их видел в своем мире?

— Не знаю, — он помотал головой. — Здесь…

Если то, о чем я тебе рассказывал, пророческие сны, то это очень плохо.

— Наверное, так. Во всяком случае, твоя память больше не будет разрушаться. У нас очень неплохие врачи. А твои способности смогут пригодиться. У меня много врагов. А еще больше — живых механизмов. Ты видел такого.