На круги своя. Часть 2. Сбросить маски - Ольга Романовская

– Милая, это не запрещено, ты вольна завести второго мужа или любовника при живом супруге, никто слова не скажет.

Нахмурилась и отстранилась.

– То есть ты?.. А как же любовь? Ты женишься по расчету?

Опять потомство от наиви, или банальное обладание уникальной игрушкой?

– Нет, – покачал головой Эллан. – Я хочу такую жену. Если бы ты знала, – легкая улыбка тронула губы, – как я злился, когда ты колебалась! Нет хуже для навсея, чем не получить свое. И вдвойне тяжело, когда ничего другого не желаешь. Настолько, что готов терпеть и ждать.

– Значит, я – твое?

Проявление ли это нежности, или речь об очередном хозяине диковинного зверька?

– Именно, – любимый погладил по щеке. – Та, ради которой я готов драться до смерти и стать пособием по этикету. Можешь давать сколько угодно пощечин и еще немного потоптаться по гордости, самую малость.

Он лукаво улыбнулся, и от этой улыбки растаяло сердце.

Эллан не лгал, глаза лучились теплом. Оно мерным пламенем горело в глубине зрачков, сползало едва заметными морщинками к губам.

– Однако я понимаю, – лорд посерьезнел и отпустил ладонь, – отбить пару Соланжа Альдейна невозможно, поэтому и воспринял, как должное. Все равно бы случилось.

– То есть ты отказался от борьбы?

Не верю, не мог любимый сдаться! Темные не отступают, они дерутся до последнего, а уж за свое… Какая разница, пара или нет, Эллан положил глаз и точка.

– Нет, – пальцы вновь зарылись в волосы. – Я же сказал: не отдам, но иногда нужно потерпеть, иначе потеряешь все. А я не хочу тебя терять, – чуть слышно добавил любимый, – поэтому приму любой поступок, любое решение, лишь бы оно сделало тебя счастливой. Не мучайся, если действительно любишь, изредка проводи ночи. Только, – уютные объятия, в которые заключил Эллан, не вязались со сталью в голосе, – и ему придется любить, иначе Соланж пожалеет. Либо он холит и лелеет, либо лежит в могиле. И, – дрожь мурашками разбежалась по коже от его слов, – пусть даже не надеется заполучить в жены. Поводов вызвать на дуэль хватает, а там уж найду способ наказать зазнавшегося некроманта.

Сложно, безумно сложно! Не стану пока думать, лучше уткнусь в щетинистую щеку и вдохну самый лучший запах на свете.

Колется, надо бы побрить.

Представила себя с помазком и улыбнулась. Почему-то в фантазиях у меня пена на носу. Рассмеялась, чем несколько озадачила Эллана: совсем недавно плакала, а теперь веселилась.

– Чаще улыбайся, ты словно светишься.

Эллан фривольно прикусил ухо. Хихикнула и… вспомнила о губах Соланжа, которые ласкали мочку. Совесть вновь заскреблась, впила когти в сердце. Сначала с одним, потом с другим.

Мой Чувствующий отреагировал мгновенно: прижал крепче, расцеловал и назвал самой нравственной женщиной на свете.

– Эка невидаль, другого мужчину попробовала! Перед кем виниться-то? Перед любовником? Пфф, да он никто и звать никак.

– А если эта девушка его любит? – упорно гнула свою линию.

Аккуратно, чтобы не задеть Эллана, приподнялась, опершись руками о кровать. Волосы падали на грудь лорда светлым водопадом, когда только успел вытащить шпильки?

Голубые глаза люимого по-прежнему сияли. Отчего он не сердится, наоборот, успокаивает?

– Данный вопрос мы уже прояснили, – с легким раздражением ответил лорд и завладел моими волосами. Они жидким золотом заструились между его пальцев. – Женщина любит обоих, о какой измене идет речь? Или одного нужно любить меньше только потому, что второй попался раньше?

Эллан продолжил играть в парикмахера. Он любовно перебирал пряди, заплетал в косички и закалывал шпильками на висках.

– Ты так спокойно говоришь о чувствах к Соланжу! – взорвалась я.

Не понимаю, решительно не понимаю!

– Да, если у вас любовь. Я уже объяснил, твое счастье – самое главное. Вдобавок супруга не подаст на развод, искупает в нежности и не выставит на посмешище, когда сделаешь вот так. – Эллан потерся носом о мой нос. – Или вот так.

Он уткнулся лбом в раскрытую ладонь.

Какие же странные навсеи!

Потом я лежала и слушала, каким счастливым сделала любимого. Он до сих пор не верил, что женится, называл благодетельницей, спасительницей, сокровищем.

Навсейки? Пусть катятся в Бездну, не нужны ему темные. Не верю? Так Эллан докажет. Любой приказ, любой подарок к моим ногам. Шутит? Отнюдь. Вот встанет и начнет целовать ноги. С трудом удержала – порывался ведь! Зато руки спасти не удалось, Эллан зацеловал каждый пальчик, каждую венку, нежно и пламенно одновременно.

– Уверена, не передумаешь? – с легкой дрожью в голосе спросил лорд.

Как я могу?

Лежала и боялась дышать. Вдруг счастье лопнет словно мыльный пузырь?

Поцелуи Эллана горели на коже, тело превратилось в податливый кисель. Хотелось вернуть любимому ласку, но я не знала, что еще могу сделать. Вроде, все доступные способы испробовали. Ему ведь напрягаться нельзя. По-хорошему бы поспать, а не дразнить языком нежную кожу запястья. Знает ведь, как я реагирую, сразу на все согласна.

Покачала головой и заверила: с гордостью надену кольцо Эллана.

– Леди Дария Марон, – попробовала имя на вкус.

Оно оказалось сладким и отчего-то соленым, как морской воздух. Вот по чему я скучала – по бризам, закатам и парусам, больше ничего в Мире воды не привлекало.

Попросила Эллана объяснить, как женщина делает предложение мужчине.

– Не надо, – приподнявшись, он уткнулся лбом в грудь и вдохнул запах моей кожи, заодно поцеловал над самым вырезом корсажа, от чего мысли побежали совсем в другом направлении. – Я сам, ты этого достойна.

С лукавой улыбкой потянулась к крючкам. Пусть целует дальше, сделаю приятное обоим. Моя грудь соскучилась по ласке, а Эллан – по мягким холмикам.

Ловкие мужские пальцы ослабили шнуровку.

С шумом втянула воздух и прогнулась в спине. Будто молния ужарила в позвоночник.

О да, Эллан соскучился!

Выгибалась, изнывая от сладких поцелуев и игривых покусываний.

Сколько же мы не оставались наедине? Безумно долго, чтобы соскучиться.

Облизала пересохшие губы.

Неужели?..

Язык Эллана добрался до соска.

Яркая вспышка сладкой болью пронзила низ живота; тело звенело. Прикрыв глаза, с нетерпением ждала продолжения.

– Дария, это что такое? – лорд с шутливым укором указал на часто вздымавшиеся от дыхания груди.

– Желание, – чуть слышно призналась я.

Соски затвердели, ныли, требуя повышенного внимания.

– Да-а-а? – Голос Эллана струился сладкой патокой. – И ты собиралась делать мне предложение? Счастливцу, которого хочет наиви?