Наследница драконов. Охота - Надежда Кузьмина

Конечно! Не зря же я столько тренировалась метать кинжалы? Неужели я мимо башни промажу?

Красная Шарр’риот приближалась с угрожающей быстротой. Ой, я слегка не рассчитала, надо завернуть, а то ее протараню! Нара, давай!

Ар еле успевал за мной… А я, перекидывая обеими руками нити от выступа к выступу, неслась вокруг башни. Уфф! Ворота позади… но так быстро, что я чуть не промазала мимо угла. Сзади сыпал проклятиями жених. Откуда-то снизу присвистнул Шон. И сообщил, что только что уложил спать двух охотников, желающих пострелять по эльфам из арбалетов.

Ну вот — последний поворот. Теперь ориентируюсь точно на финишные врата над библиотекой и вперед! Последняя помощь Нары — дальше нельзя, а то возникнет вопрос, чего это я все время шею, как курица в коме, сворачиваю? — ускорение своими магиями, всеми тремя — теперь проследить, чтоб фантом догнал меня и перед самым финишем слился со мной… Урра!

Нара заревела так, что у меня заложило уши. Она соображает, что делает? Ну да, ну победили, ну радуемся… но уши-то жалко!

Виноватое сопение. И ржание Элги. Эта тоже рада. В моей голове сегодня будет праздник, вздохнула я.

Интересно, что Арден выдал все свои скрытые резервы и умудрился финишировать со мной ноздря в ноздрю. Драконий принц потерял время на облете Красной башни и отстал примерно на двадцать корпусов, прилетев третьим.

— Ну, мать вашу, эльфы, вы даете! Ой, извини, Наринель… но как вы меня сделали! — Шаорран тряс бронзовой гривой, пытаясь прийти в себя.

— Мы тоже рады тебя поздравить! — засмеялась я.

— Нет, Тиану! Ты кого приволок на драконий факультет, а? В какой глуши ты этих монстров откопал? Это же не эльфы, а кошмар летучий!

— Да, и не забывай, что ты обещал помочь этому кошмару подготовиться к экзамену, — хихикнула я. — У меня как раз с собой список вопросов… — вытащила из кармана сложенный вчетверо лист. — Тут немного, всего полсотни…

Ну вот, сейчас он опять челюсть потеряет.

«Бель, мы выиграли почти пятнадцать тысяч — на вас никто не ставил!» — раздался ликующий голос Шона. Бедный город Галарэн… мы ж его разорим. Надо покупок, что ли, делать побольше, чтоб вернуть хоть часть денег в оборот…

Оказалось, нам положены призы — очень красивые статуэтки летящих юноши и девушки, держащихся за руки. Постамент статуэтки был украшен выложенным драгоценными камнями листком клевера: один лепесток изумрудный — в честь башни Алла’тель, другой рубиновый — для Шаррриот, и третий — алмазный — символ Белой башни Магии. Внизу был выгравирован год. Статуэток дали две — золотой и серебряный вариант. Шаорран получил бронзовую. Он уже вернулся к хорошему настроению и только хохотнул:

— А что? К моей шкуре идеально подходит! А вам было и проиграть не жалко!

Вручавший призы лорд Раннкарр улыбался в тридцать два зуба. Наша победа стала для него сюрпризом, но чувствовалось, что он искренне рад. Ну еще бы — Красная башня взяла в этом году все три призовых места! Кстати, оказалось, что у декана есть имя — Вэрис, и он предложил обращаться к нему в неформальной обстановке именно так.

Вечером мы отправились к Шаоррану. Сначала, танцуя со мной, он очень радовался… но когда я напомнила об обещании помочь с подготовкой к экзамену, энтузиазм подзавял. Впрочем, дракон умел находить позитив во всем — и следующие два часа он объяснял мне тонкости наследственного и уголовного права Тер-Шэрранта, одновременно шевеля прядь волос у моего уха дыханием. Очевидно, обаять девушек было для принца игрой. Я умеренно подыгрывала, он делал вид, что верит… и мы оба были довольны. Поставив галочку напротив последнего из вопросов в листке, я встала.

— Спасибо, Шаорран! Ты — замечательный учитель.

Дракон вздохнул.

— Ну вот за что меня девушки не хвалили… но чтоб за то, что я учитель… Даже не знаю, радоваться или как?

— Ну-у, еще ты хорошо танцуешь, — засмеялась я. — А теперь нам пора. Завтра понедельник, и вставать рано.

— А не хочешь узнать обо мне еще что-нибудь? — золотистые глаза лукаво сощурились, принц облизнул губы…

— Мне действительно пора. Спасибо еще раз! — «не поняла» я намека.

Вот напасть! Надеюсь, он это не всерьез.

Дома, устроившись на нашей широкой кровати с чашками терпкой тайры, мы обменивались впечатлениями. Ти наблюдал за соревнованиями с крыши библиотеки, из толпы. А Шон не только курировал нашу гонку снизу, но и сумел записать ее на кристалл — благо, сам полет был короче, чем рассказ о нем. Мне было интересно посмотреть и на нас со стороны, и на мчавшегося неподалеку Шаоррана — какую технику он использовал, чтобы огибать башни? Оказалось, подобную нашей. После нескольких просмотров я уловила моменты, когда один кусок плавной траектории переходил в следующий. Не менее плавный, но с центром кривизны совершенно в другом месте. Получалось, не мы первыми придумали этот трюк. А выиграли только потому, что не пожалели времени на подготовку и расчеты.

Арден прав: планирование — это все!

* * *

Во вторник Ар и я спихнули экзамен по «Законодательству Тер-Шэрранта». Теперь, когда мы стали героями факультета, к нам отнеслись заметно мягче. Знаний требовали, но шкуродерки, как на имперском праве, устраивать не стали.

Я рассказывала про Уголовный кодекс и специфику применения некоторых его статей. Например, целый раздел был посвящен запретам взрослым драконам соблазнять или обольщать молодь, у которой еще не проявилась вторая сущность. Кара за роман взрослого с несовершеннолетним была очень суровой. Сами проскрипции тоже отличались от человеческих. Так, у драконов не было тюрем. С одной стороны, строить их было бессмысленно, ведь, превратившись в здоровенного зверя под драконьим щитом, можно развалить любую крепость. С другой, отнимать свободу у существа, для которого именно она — самое ценное, — такое в голову драконам не приходило. Поэтому самым строгим наказанием было изгнание.

Ару опять достались вопросы по имущественному праву. Эльф плавно перешел на драконий язык и закатил лекцию на час на тему ограниченной дееспособности при заключении сделок с недвижимостью. Преподаватели с блаженными улыбками кивали головами, а в конце возглавлявший комиссию лорд Каршинн встал, чтобы лично пожать Ардену руку.

Мы, обнявшись, шли по парку.

— Ой, — спохватилась я, — забыла сказать: Снежный Рассвет.

— Снежный Рассвет? — удивился Арден. — Что это?

— Имя твоего дракона!

— Ты знаешь имя моего дракона? Откуда?!

— Нара проговорилась, — улыбнулась я.

Арден задумался.

— Красиво… Мне нравится.

— Мне тоже. И очень тебе подходит. Ты никогда не говорил мне имени твоего единорога. Его зовут Снег?

— Да. Он появился зимой, как и я, и выбрал имя сам. Ему так понравилось это искристое серебро от горизонта до горизонта. — Арден мечтательно улыбнулся.