Я, мой убийца и Джек-потрошитель - Нина Кавалли

В первый год обучения думала, что Катерина просто мастерски умеет подбирать одежду, которая скрывает недостатки фигуры и выгодно подчеркивает достоинства. Но нет! На занятиях по аэробике увидела ее в боди и лосинах – они-то ничего не скроют – и потеряла дар речи. Идеальная девушка. Фотомодели нервно курят в стороне.

И даже лицо ее впечатляет всех. Тонкий, аккуратный, чуть вздернутый носик, большие глаза, брови вразлет и полные чувственные губы. Парни в отпаде.

Ну, с косметикой перебарщивает (зачем при таком лице краситься – выше моего понимания), ну, гласные жеманно тянет – но и все, больше придраться не к чему. Вообще.

А уж когда Катерина начала встречаться с Вильяновым, моя зависть резко переросла в ненависть, минуя неприятие. А сегодня она Государю глазки строит. Убила бы!

– Зачем тебе Судар понадобился? – не слишком любезно спросила я.

– Да та-а-ак, – попыталась уклониться от ответа Катерина. – Слу-у-ушай, а ведь ты можешь мне помо-о-очь.

Я недоуменно приподняла бровь:

– Чем?

– Расска-а-ажи, как ты попала к Госуда-а-арю? Что сделала?

– Да ничего.

– Вообще ничего?! – не поверила красотка.

– Абсолютно.

Катерина начала бубнить под нос, в то же время пристально следя за моей мимикой:

– Де-э-энег у тебя не-э-эт, взятку давать нечем. А вот по-женски там… как?

Охурметь! Ну охурметь просто! Она проверяет, не переспала ли я с Государем, чтобы он стал моим научным руководителем.

– Кать, ты в своем уме? Понимаешь хоть, что несешь?

– Ну и не надо, не говори.

Да она еще и обиженную из себя строит!

А Катерина продолжила:

– Поду-у-умаешь. Всем известно, что Луча-а-анский спит со своими студентками, а ты у него как раз практику проходила. На отлично прошла, причем. Небось, и Государь не монах?

Вот это новости! Почему я терплю эти выпады и до сих пор не врезала ей? Ну и что, что универ заканчиваю. Не все слова понимают. Даже в двадцать лет.

– А вот интересно, у тебя в голове умещается что-то, кроме секса, клубов, шмотья и косметики? Ты типичная девушка. Даже слишком, – это меня прорвало на правду.

– Дура ты, Александрова!

– Смелый вывод.

Катерина остановилась и резко изменилась в лице, стала донельзя серьезной и злой.

– Карьеру и выгодное замужество надо сейчас выхватывать, потом не останется: лучшее разберут.

Я закашлялась от причудливого логического поворота.

– Прости, а где связь между твоим желанием перебежать от Лучанского к Государю, чтобы писать диплом, и карьерой с замужеством?

Признаюсь, не сразу сообразила. Государь ведь обещал мне помощь в карьере? Обещал. Его студенты лучше всех устраиваются? Да, факт.

Однокурсница не без удовольствия наблюдала, как я меняюсь в лице.

– Ну-у-у, что-о-о? Дошло, вижу. Про карьеру или про замужество?

– Про карьеру, – честно ответила я. – А мужья здесь при чем? Хочешь перспективного, что ли? Так Вильянов как раз аспирант Судара. То что тебе надо.

Катерина тяжко вздохнула и посмотрела на меня, как на беспросветную тупицу.

– Так Судар намно-о-ого лучше.

Я аж поперхнулась. Если уж совсем откровенно, даже не знала, как начать думать, чтобы дофантазироваться до такого.

– Чего молчишь?

Я пожала плечами и вылупилась на спутницу ошалевшими глазами.

– Что ты о нем думаешь, как о мужчине? – не отставала Катерина.

– Он же не красавец, как твой Игорь, – выпалила я сгоряча.

О! Я упала в глазах сокурсницы ниже плинтуса. Что, в общем, меня мало заботило, но осадочек оставался.

– Много ты понимаешь! Судар – настоящий альфа-самец. Харизматичный, уверенный, жесткий. Вот кого надо охмурять и хомутать. И в постели наверняка дикий зверь. От него же волнами идет сексуальная энергия! Не замечала? А еще и при деньгах, и при регалиях. И как раз из тех, кто и в карьере поможет, и шубку подарит, да не одну. Стопроцентный мужчина.

Как мужественность, сексуальность и деньги сложились в одно целое в ее голове – не спрашивайте. Я вообще женщин плохо понимаю, а они – меня. Но совершенно очевидно, что Катерина уверилась в двух вещах. Первая – с Сударом я все-таки не спала, но мне каким-то невообразимым способом удалось попасть к нему (знала бы она). Вторая – я страшно непрактичная девица, дурында, каких поискать.

Кстати, именно из-за возникшей сегодня веры в мою «лопоухость», она не побоялась все выложить.

Хм, Катерина, по чести сказать, первая студентка, заинтересовавшаяся Государем. Остальные его, как огня, боятся. Впрочем, об этом я когда-то упоминала.

Мы вошли в метро.

– Он тебе не по зубам, – вместо прощания сказала я.

– Что-о-о?

«Что слышала!» – едва не вырвалось у меня, когда проходила турникет.

Чудовищный разговор вышел, просто невообразимый.

Интересно, а она вообще подумала, что я все это могу Игорю выложить? Или считает, что он не поверит? Ну, возможно. С такой внешностью и высокой самооценкой трудно представить, будто ты всего лишь ступень на пути к профессору черной магии.

***

Несколько дней спустя я снова столкнулась с Государем, когда он выходил из своего кабинета.

– Ты… – он осекся, – вы что здесь делаете?

– Как что? Диплом отнесла Вильянову. Все, что сделала начисто. Пусть читает и дает заключение.

– Вы с ума сошли? Я же сказал: отдыхать, отдыхать и еще раз отдыхать. Никуда не сбежит ваш диплом.

– Я не могу.

– Почему это?

– Все время вспоминаю… ну тех, вы понимаете.

Это было правдой, но лишь отчасти.

Отпустил на месяц. А я ведь скучаю, мучительно тоскую по нему. Теперь нет повода приехать к Государю домой. И единственное место, где я могу его увидеть, – университет. Потому и таскаюсь сюда, изображая бурную деятельность в работе над дипломом.

– Да, понимаю, – вздохнул профессор. – Значит, нужна смена впечатлений, – задумчиво добавил он, оглядывая коридор так, словно ждал, что кто-нибудь появится. – Почему вы не сходите погулять с вашей подругой… как там ее?..

– Ланой, – подсказала я.

– Да, Ланой. Проветриться, в кино, в парк, на чертово колесо?

– Так у нее тоже диплом.

– Не смешите. О дипломе все, кроме вас, серьезно начнут думать, дай бог, к марту-апрелю. А пока набираются сил, чего я вам желаю, а не этим лентяям.