Шпионские страсти - Ольга Куно

Добившись своего, то есть всё-таки прорвавшись в покои Кэмерона Эстли, я замерла, встретив отнюдь не доброжелательный взгляд хозяина спальни. Граф сперва посмотрел на меня несколько ошарашенно, затем узнал, выслушал моё, прямо скажем, не самое понятное оправдание и процедил сквозь зубы нечто нечленораздельное, но явно нецензурное.

— Кобра! — воскликнул он, распрямляя спину. Мне показалось, что это слово являлось последней частью неразборчивой фразы, и предшествовала ему целая череда не самых лестных эпитетов. — Какого чёрта вы делаете посреди ночи в моей спальне?

— Справляю свой день рождения, — сообщила я.

Не слишком к месту, зато честно.

— Поздравляю вас, — процедил Эстли, сверля меня тяжёлым взглядом.

— Благодарю вас, — скромно ответила я, опуская глаза долу.

Всё же Эстли не из тех людей, с которыми легко выдержать игру в гляделки. И даже если сумеешь победить в такой игре, ещё не факт, что это не выйдет тебе боком.

— Какая прелесть! — внезапно произнёс насмешливый женский голос.

Воздушное постельное бельё на кровати зашевелилось, и над многочисленными, как это принято у аристократов, подушками возникла голова незнакомой мне брюнетки. Молодая женщина — наверняка ей меньше тридцати, — довольно худая и, насколько можно судить в нынешних обстоятельствах, среднего роста. Чёрные локоны слегка отведены назад с помощью поддерживающей их ленты светло-сиреневого цвета. Одета дама была в белую льняную ночную рубашку, предмет одежды, известный исключительно в высшем свете и предназначенный сугубо для сна. В целом рубашка была весьма похожа на камизу, но немного свободнее, к тому же она обладала пусть короткими, но рукавами и была местами украшена белым кружевом.

Мысль о том, что это любовница, я отмела сразу. Вне всяких сомнений, я лицезрела законную супругу лорда Эстли графиню Инессу, первую фрейлину принцессы Леммы, недавно возвратившуюся из своего путешествия.

— Помнится, после того как семь лет назад я подобным образом ворвалась к тебе в спальню, ты целую неделю не давал мне прохода своим сарказмом. А между тем я была более пристойно одета, и время было не такое уж вопиющее, всего-то поздний вечер. Теперь же выходит, что для тебя подобные посещения в порядке вещей.

Я вновь опустила глаза, на этот раз для того, чтобы бросить взгляд на собственную одежду. Точнее было бы сказать, её отсутствие, поскольку на мне не было ничего, помимо камизы, чулок, ну, и элегантных туфель на каблуках. С момента побега из дома Кантри я вспомнила об этом лишь во второй раз. Первый был на воротах, когда стражники смотрели на меня будто на умалишённую.

Меж тем леди Инесса устроилась на кровати повыше и глядела на мужа, выжидающе изогнув бровь. Тот, однако же, обратился не к ней, а ко мне:

— Кобра, имейте в виду, что если по вашей вине испортятся мои отношения с женой, я сотру вас в порошок. И даже заступничество кардинала Монтерея вам не поможет.

— Кардиналу Монтерея? — Леди Инесса посмотрела на меня с новым интересом. — Ты хочешь сказать, что эта девушка — протеже его высокопреосвященства? Простите, — с гостеприимной улыбкой обратилась она ко мне. — Беру свои слова назад. Можете приходить в спальню моего мужа в любое время дня и ночи.

И она покосилась на лорда Кэмерона с плохо скрываемой издёвкой. Это, безусловно, не ускользнуло от внимания последнего, но виду он не подал. Разве что на миг приподнял брови в деланом раздражении, после чего вновь обратился ко мне:

— Давайте, Кобра, говорите, что там у вас за неотложное дело. Очень надеюсь, что вы пришли не за тортом со свечками.

— Не за ними, — подтвердила я, рассеянно наблюдая за камердинером, который как раз закончил зажигать свечи в одном канделябре и перешёл к другому. В подрагивающем свете на миг стала заметна образовавшаяся у него лбу шишка.

— Дорогая, почему бы тебе не продолжить отдыхать в комнате Кати? — повернулся к супруге Эстли. — По-видимому, это займёт некоторое время, а там ты сможешь спокойно поспать. Заверяю тебя, что, если тут начнётся оргия, разврат или ещё что-нибудь в этом роде, я тебя позову.

— Как раз это меня беспокоит в последнюю очередь, — фыркнула леди Инесса. — Ну уж нет. Я не настолько глупа, чтобы уйти и пропустить всё самое интересное.

Эстли закатил глаза, но спорить больше не стал. Поднялся с кровати и принялся застёгивать рубашку, приводя себя в более приличный вид, раз уж избавиться от гостьи всё равно не удавалось.

Я попыталась совладать с разбежавшимися в разные части мозга мыслями. На миг почувствовала себя кошкой, пытающейся гнаться за всеми мышами разом, в то время как мелкие грызуны несутся каждая в своём направлении.

— Нарцисс. — Мне наконец-то удалось зацепиться за первую, ключевую, мысль. — Его дом захватили. Взяли в заложники его самого и всю семью.

Мужская рука замерла, так и не коснувшись очередной пуговицы.

— Вам известно, где живёт Нарцисс? — холодным, отстранённым тоном спросил Эстли.

А вот взгляд, которым сопровождался этот вопрос, был отнюдь не отстранённый. Острый, внимательный, цепкий. Конечно, столь неожиданная информация наводит на мысли, а я, как ни крути, человек по-своему подозрительный.

— Да, — коротко кивнула я и назвала адрес. — Я узнала случайно, но важно сейчас не это. Пару часов назад в дом ворвался десяток громил. Торговцы сиреневым порошком. Главный у них, насколько я могу судить, Джером Дрейкок.

Фамилию главы нападавших я, конечно, не знала, но позволила себе озвучить предположение, которое сделала на основе имевшихся фактов. Связать имя и род деятельности сидевшего в гостиной Кантри главаря с довольно известной в преступных кругах личностью оказалось несложно.

Леди Инесса замерла. Ирония более не читалась в изгибе её губ и исчезла из уголков глаз, уступив место тревоге. Однако леди Эстли продолжала слушать в высшей степени внимательно, не прерывая мой рассказ ни вопросами, ни комментариями, ни шумным выражением эмоций.

— Как они добрались до Нарцисса? — Вопрос всё-таки прозвучал, но со стороны лорда Кэмерона.

— Сколь ни удивительно, но, видимо, по чистой случайности, — ответила я. — Одна из сестёр Нарцисса обручена, её жених гостит у них в доме, и именно на него объявили охоту. Он связался с торговцами, по-видимому, впервые в жизни и с ходу напортачил. А эти люди не любят, когда их подставляют, пусть даже и ненамеренно. Словом, они прижали его, чтобы получить какие-то драгоценности, отправили за ними одного из своих и теперь ждут результатов. В доме тоже планируют поживиться. Но главное, девять против одного: они не собираются оставлять свидетелей в живых.

— Сколько человек вторглось в дом и сколько они взяли заложников?

Даже удивительно, как быстро сумел этот мужчина перейти от раздражения до в высшей степени серьёзного и быстрого анализа ситуации, о которой в придачу так мало имел пока сведений.