Ночная фиалка - Екатерина Боброва

Лампа нашлась в единственном экземпляре. Горцы оставили свои где-то в коридорах лабиринта. Двумя руками отбиваться сподручнее. По этой же причине лампа лорда затерялась где-то позади. Элалия разбила свою при спуске с плиты, а вот Дариной повезло больше. Она улетела в провал вместе с девушкой и уже потом откатилась прочь.

После нескольких попыток она зажглась, осветив окружающее пространство желтоватым светом.

– Это не похоже на ловушку, – задумчиво произнес Тайл, оглядывая небольшую пещеру. Неровные стены наводили мысль о её природном происхождении, а вот на полу к вящему удивлению обнаружились несколько тюфяков. Они были старыми, порядком подгнившими и с тряпками, торчащими из прохудившихся боков. Но свое назначение оправдали – все живы и невредимы. Стоны Тайла, что у того не осталось ни единой косточки – не в счет.

– Или это очень изощренная ловушка, в которой погибают мучительно долго или же кто-то планировал путь отступления, – высказал догадку Кристан.

– Скорее второе, – объявил Тайл, – здесь есть проход. Идем прямо сейчас?

– Чего ждать? – вздохнула Дара. Шагразы остались в лабиринте, а вот страх, который они внушали девушке, нахлынул только сейчас, когда стала проходить горячка боя.

– Не раскисай, – ободряюще положил ей руку на плечо Кристан, – обещаю, скоро все закончится.

Выглядел горец неважно. Лицо алело тремя глубокими царапинами на лбу, одна проходила в опасной близости от правого глаза, волосы слиплись от крови и торчали в разные стороны, одно ухо было залито кровью. Одежда на руках и плечах превратилась в лохмотья.

– Поскорей бы, – слабой улыбкой ответила Дара. Она и правда устала, но что значит её усталость, по сравнению с измотанностью и ранениями мужчин. Так что нечего жаловаться и вздыхать. Остальным пришлось значительно хуже.

– Если это запасной выход, то его следует искать там в коридоре. Элалия, дорогая, ты не вернешь мне кристалл?

– О, нет! – простонал вдруг та, лихорадочно шаря по карманам, – его нет! – в голосе девушки послышались слезы, – я, наверное, обронила его наверху.

– Давайте, все же поищем, – предложил Гестар, опускаясь на колени.

Они обшарили весь пол, перетрясли тюфяки, но, увы, кристалл не обнаружился.

– Это я во все виновата, – всхлипывала Элалия, сидя на тюфяке, – я не заметила ловушку и её активировала. Потеряла кристалл, и теперь мы не найдем выхода, а значит останемся здесь наа-а-авсегда.

– Перестань, – Дара села рядом, обняла за плечи, – мы все знали, на что идем. И если на то пошло, неизвестно, кто именно открыл проход, может и я.

– Но у меня был кристалл.

– Но там были шагразы. Любой бы растерялся.

– Она права, Элалия, – Гестар присел перед ними на корточки, – не вини себя, – перешел на «ты», посчитав обстановку неофициальной, – если и кто несет ответственность, то только не ты.

– Конечно, сестренка. Я, как возглавляющий это безумство, ответственен больше других, и как первое лицо, заявляю: не стоит терять надежду. Мне известны сотни видов тайных механизмом и способы их открытия. Так что вперед. Обойдемся без магии.

Выход они нашли довольно быстро – по еле заметному колебанию пламени. А вот дальше дело никак не хотело продвигаться. Щель между полом и дверью была слишком тонка, чтобы можно было засунуть туда лезвие и попытаться её расширить. Обстучав стены на пару метров вокруг Тайл не смог обнаружить ни потайной ниши, ни изменения толщины. Камень упорно не хотел выдавать свои секреты. Никакого значимого выступа также найти не удалось. Лорд заставил пропрыгать весь коридор – вдруг дверь открывается от нажатия на определенную часть пола – безрезультатно. Часы шли, а они все еще были заперты в каменном мешке.

Короткий коридор заканчивался глухим тупиком, который, по разумению Тайла, сделали лишь для того, чтобы запутать оказавшихся здесь людей. Дверь находилась примерно посередине прохода, и если судить по длине щели, была метр шириной.

– Обидно погибать, зная, что свобода так близко, – пробормотал Гестар, усаживаясь на пол коридора.

– Одно радует – в хорошей компании, – устроилась рядом Элалия.

– Не стоит сидеть на холодном полу, – встал горец, подавая руку девушке, – на тюфяках будет удобнее.

Кристан обхватил Дару за плечи и тоже мягко повел в сторону пещеры. Та не стала сопротивляться – толку от нее сейчас никакого, еле на ногах стоит.

– А я тут повожусь еще немного, – донесся им в спины усталый голос лорда.

Пещера встретила их почти полной темнотой – лампа осталась у Тайла. Дара присела на тюфяк, потом, наплевав на приличия, легла, повернулась набок, сжалась в комок. Безразличие овладело ею. Собственная смерть больше не пугала. Трон, замужество, драгоценности, пегас, родной приют – все потеряло свою ценность. Даже отчаянье и страх отступили перед серым «все равно».

Рядом кто-то шумно вздохнул, а затем девушку обняли и прижали к широкой груди. И сразу безразличие съежилось до крошечных размеров, а затем и вовсе исчезло, юркнув на задворки сознания, а в душе начало твориться что-то странное. Там словно поселилось маленькое пушистое солнышко – теплое и ласковое. Оно разметало серость, прогнало черную тоску, даже усталость стала меньше. Дара поймала себя на том, что лежит и улыбается – чему, кому, непонятно. Вроде помирать пора, а ей весело.