Околдовать разум, обмануть чувства - Катерина Полянская

— Прекрасна! — Ковир и Норина сошлись во мнениях.

А я в очередной раз решила не думать. Я же действительно хочу на бал! Проблемы можно будет решить и потом.

Покупки упаковали и отдали нам коробку. Норина и ее помощницы осыпали меня словами восхищения. А когда мы уходили, феталь смотрела на Ковира так, словно мечтала, чтобы он поселился в ее магазине.

— Мне показалось или феталь Эрен правда в вас влюблена?

Спутник поднял взгляд от мостовой под своими ногами и перевел его на меня.

— Не в меня. В апартаменты в Бастионе и высокое положение. — Его губ коснулась горькая усмешка. — Этим страдает большая часть женщин из аристократических районов.

Фу ты, глупость какая! Я огляделась. Зачем им Бастион, здесь тоже ничего. С окраинами не сравнить, хотя лично мне и там нормально живется. Ведь не важно где, главное, кто рядом с тобой.

— А ее муж? Она же феталь!

— Вдова.

Смех душил, но я сделала над собой усилие и проглотила его. Ковир, когда не корчил из себя строгого учителя, воспринимался не ровесником, конечно, но достаточно молодым. Как-то не думала, что им уже интересуются вдовушки!

— А вы?

До кофейни, где меня собирались кормить минимальным ужином, идти оказалось прилично. Решила понаглеть с вопросами.

— Что — я?

— Не прикидывайтесь деревом! — Я фыркнула, но все же стала объяснять: — Третья Сортировка. Сачкуете?

В иной обстановке и с другим человеком я бы ни за что не стала так себя вести. Но сейчас мы не были преподавателем и ученицей. Кем? Понятия не имею. Знаю одно: Ковир был не против этого нагловатого разговора о личном, иначе сразу бы пресек дерзковатую девчонку.

Плюс ко всему, это честно. Он же лез в мою жизнь! Более того, на пару с племянником смело хозяйничал в ней!

Он хрипло и как-то болезненно вздохнул и зачем-то ответил:

— Я прошел.

— И где же она? — Видимо, раз начав спрашивать, трудно остановиться.

— Прошел, а потом отказался жениться, — сверкнул потеплевшим взглядом Ковир. Гардиан. Оказывается, обитателям Бастиона тоже ничто человеческое не чуждо.

— Разве так можно? — Я чувствовала, что глаза неумолимо округляются (верх неприличия!), но ничего не могла с собой поделать.

Он несильно пожал мои пальцы и снова стал смотреть под ноги.

— Нельзя. Но ни одно идиотское правило не заставит меня жить с совершенно чужой женщиной. Эти Сортировки — полный бред! Но тебе я этого не говорил.

— Конечно. — Я снова фыркнула.

Рядом с ним чувствую себя кошкой, которую раздразнили бантиком на веревочке. Коготки так и чешутся — а нельзя!

Кофейня оказалась небольшим темно-зеленым домиком, отделанным под старину. Масляная лампа у входа, имитация мха на каменном крыльце и немного на стенах, искусственные ели в кадках. Видимо, они были призваны заменить отсутствующий бор.

Заказывал Ковир. Сырный суп с мягким белым хлебом и большую кружку кофе со взбитыми сливками и корицей. Себе — то же самое. В полутемном зале пахло разными вкусностями, и приглушенно играла музыка, посетителей почти не было. Я вдруг так уютно себя почувствовала. Улыбка сама собой выползла.

И сидящий напротив мужчина ответил точно такой же.

— Прости, что не ресторан. Тенмар пока не хочет тебя светить.

Ну вот… Бамс! — и половины волшебства как не бывало.

— Почему?

— Еще рано. Потерпи несколько дней.

Чего-чего, а терпения во мне сейчас точно не было. Внутри удушающей волной нарастало раздражение.

— Если принц в меня якобы влюблен, тогда почему здесь рядом со мной вы, а не он? — прозвучало, наверное, эгоистично, но отчего-то именно сейчас мне было важно услышать ответ.

Показалось, или Ковир занервничал?

— Тен занят в Департаменте.

Вот мне и ответ. Но раздражение только усилилось.

Если сейчас не заговорить о чем-то другом, рискую окончательно испортить вечер. И то хрупкое и почти дружеское, что появилось между нами после его откровенного признания.

— Нашли папку? — спросила, поглядывая на напряженного мужчину из-под полуопущенных ресниц, и погрузила ложку в суп. Хоть он оставил маску учителя в Колледже и сейчас общается со мной более свободно, даже «ты» говорит, я на такие вольности не решилась.

Брат королевы покачал головой:

— Нет. Но обязательно найду.

— И ничего по нападавшим? — Горячий ужин помог расслабиться и окончательно вытолкнул мысли о принце из головы. Не сейчас. Тенмару и так будет принадлежать весь бал.

— Абсолютно. — Ковира передернуло при одном только упоминании о том случае. — Даже притом, что пострадавший — брат королевы, а значит, делом занимаются с особой отдачей. Временами складывается впечатление, что эти «ненормальные» из воздуха возникли!

Не из воздуха. Из-под земли. Хоть мне и не хочется в такое верить.

Завтра нас с Мариком ждет серьезный разговор!

Зеркало отражало настоящую красавицу. Хватило времени не только переодеться, но и завить волосы, и теперь я рассматривала себя, будто видела в первый раз. Даже ямочки на щеках не вызывали привычной досады.

— Прекрасно выглядишь, — выдохнули за спиной.

И рядом с моим отражением появилось еще одно. Со шрамом и в красивом синем костюме. Тенмар зачесал волосы так, что рубца на лице почти не было видно, но парадно-выходной наряд плохо скрывал перекос в плечах. Было немного заметно.

— Ты тоже, но манеры оставляют желать лучшего. — Я наградила его отражение недовольным взглядом. — Кто врывается к собирающейся девушке без стука?!

Отражение осталось невозмутимо.

— Ты одета, — наверное, здесь подразумевалось «к сожалению», — повода для обид нет.

— Кому-то повезло, — профырчала враждебно.

Нет, я понимаю, что повезло как раз мне самой, потому что он принц и ничего бы я ему не сделала. Но показывать слабость нельзя! Иначе точно превращусь в куклу из коробочки.

— Я принес тебе маску, — сообщил Тенмар.

Опустив взгляд, я заметила, что в его руках действительно что-то есть. Мое спасение на сегодня! Она была серебристая, с тонкими темными узорами, повторяющими те, что можно разглядеть на платье. Приложила — и скрыто оказалось все лицо. А когда отняла руки, поняла, что маска прилипла и никуда деваться не собирается.

— Мне страшно, — призналась шепотом и, развернувшись к нему, заглянула в глаза. Правда, для этого пришлось сдуть с них челку, и плевать, что прическу испортила! Все равно он тоже наденет маску.

На плечи опустились горячие ладони. Мягко сжали.