Космический принц и его заложница - Ольга Пашнина

Зато я услышала смех. Женский, красивый. С затаенным дыханием выглянула из-за стены и увидела Александра за монитором. А у окна, изящно сжимая бокал с каким-то напитком, стояла потрясающей красоты девушка с удивительной золотистой кожей, поблескивающей в слабом свете ночного света.

То, что обстановка романтическая, я поняла сразу. И сразу же тенью метнулась обратно в коридор, толком и не поняв, что увидела. Но обида внутри обожгла, пролилась горьким ядом и принесла с собой даже не истерику, не боль, а беспросветную тоску. Оно и логично. Принцам нужны златокожие принцессы.

– Бриллиана?

Я подскочила, услышав голос Паулины:

– А я как раз иду к тебе. Занята?

– Нет, я… нет, все нормально, идемте.

– А где Александр? С тобой?

– Он… занят, это надолго, лучше я…

Все-таки в умении делать непринужденный вид я безнадежно отставала. На моем лице явно было написано все, включая температуру. Потому что Паулина решительно открыла двери и заглянула в комнату.

Ее не было, кажется, целую вечность, на протяжении которой я не знала, что делать. Уйти? Или дождаться? Наверное, дождаться, она ведь хотела поговорить. Но я чувствовала себя странно, очень странно. Как будто вымаливала помощь и не хотела принимать реальность.

Наконец женщина вернулась.

– Идем. Придется брать все в свои руки, я не выдержу в этом дворце третьего сезона сериала «Фортем и несчастная любовь».

– Третьего? – рассеянно переспросила я.

– Ну да, эту славную традицию начали мы с отцом Александра. До сих пор скандалим так, что стены трясутся. А потом эта история с Селлой… в общем, девушка, что ты видела, – Лайла, его давняя подруга. Учились вместе, сейчас она работает с кибернетиками. Умная девчонка, интересная.

А я думала, Паулина хорошо ко мне отнеслась… и зачем добивает теперь?

– Но у него с ней ничего точно нет. Поэтому тебе бояться нечего.

– Ну… он даже не зашел.

Я опустила голову. Жаловаться было стыдно.

– Вот это я и называю нашим любимым сериалом. Будем исправлять.

– Зачем? Я просто… насильно ведь мил не будешь.

– Будет, – мрачно пообещала императрица.

Уже в комнате пояснила:

– Александр мой сын, я его люблю, но это не значит, что он не может быть дураком. Ему полезно покусать локти, а тебе полезно отвоевывать свое место под солнцем. Бриллиана, он упрямый. Как осел упрямый. Его невозможно переубедить силой, поверь, я знаю, о чем говорю. Можно до хрипоты спорить, но своего не добиться. А можно не добиваться, а добивать. Завтра приглашаю тебя на праздник во дворце. Не как спутницу моего сына, а просто гостью.

– Но…

Паулина взглядом заставила меня умолкнуть.

– Подберем тебе платье, выведем в свет и поржем над тем, как Александр отбивает от тебя завидных холостяков столицы. А может, выберешь себе мужа поприличнее. Хотя мне бы этого все же не хотелось, я ведь мать, в конце-то концов.

– А разговор с императором?

– Он застрял в совете, они просидят до ночи. Потом, может, зайдет. Давай обсудим завтрашний ужин. Для начала о событии. Это день основания Альсахла, столицы империи Канопуса и этой планеты, Террестриса. Кстати, в свое время именно день основания столицы стал первым моим балом. Меня нарядили в огромное светящееся платье и выпустили в клетку с тиграми. Но сейчас, к счастью, мода немного изменилась. Открывай эмирт и смотри платья, которые понравятся, отмечай. Мои девчонки тебе подберут что-нибудь шикарное.

– Паулина, – я все еще сомневалась, – я ценю вашу заботу и даже растрогана, но, мне кажется, я не вписываюсь в высшее общество. Я не знаю ничего о вашем мире…

– Это же просто чудесно! Очередь познакомить иномирянку с Канопусом будет до самых ворот сада. Бриллиана, я не стану тащить тебя туда силой. Скажешь «нет», значит, так тому и быть. Но мой тебе совет: не прячь голову в песок. Рядом с Фортемом уживется только женщина, способная откусить ему голову просто потому, что настроение плохое. Остальные не выживают.

Я вдруг испугалась, что если буду упорствовать и дальше, то от своего замысла императрица откажется. Со мной вообще такое случалось редко, очень странное ощущение возникло от этих кокетливых отговорок. Конечно, мне хотелось попасть на звездный бал. Конечно, хотелось надеть красивое платье. И уж точно хотелось, чтобы Александр забыл обо всяких Лайлах и перестал злиться.

– Ты в порядке? – Паулина заметила, что меня немного знобит.

А я уж и перестала замечать.

– Татуировка, – покраснела я. – Немного беспокоит.

– Точно, я и забыла. Тебе надо было напомнить и заставить нас сделать укол. Тогда меняем маршрут. Сначала в медблок, а потом рассматривать наряды.

Нас встретил приветливый немолодой врач. Он идеально владел собой и, казалось, прямо-таки источал благодушие, но от меня не укрылось то, с каким любопытством он на меня посмотрел.

– Хэжин, это Бриллиана, ей нужно немного отдохнуть от вот этой штуки. – Паулина ткнула в мое плечо, и я послушно стянула рубашку.

Доктор осторожно осмотрел темные узоры на бледной коже.

– Что ж, зажила неплохо. Не возражаете, если я обработаю ее? И еще дам вам средства для ухода. Все же это и украшение, нужно относиться бережно к такому уникальному образцу почти погибшей культуры!

Императрица закатила глаза.

– Хэжин, ты как всегда. Девочку трясет, а ты про погибшие культуры.

– Я просто не устаю восхищаться определенной красотой традиций дгнарнов. Мне нравится эта связь с избранницей, красивая и жуткая.

Прикосновение прохладного геля к коже так сильно взбодрило и приятно порадовало, что я даже расслабилась в кресле, куда меня усадили. Лежала себе, смотрела в белый потолок и старалась верить в то, что сказала Паулина. Подруга… всего лишь подруга, ну разве не может быть у человека подруги? Пусть и такой красивой.

Когда Хэжин уже примерился к моей руке со шприцем, в медблок вдруг вошел человек, которого до этого я видела лишь на экране. И который, весело посмеиваясь просил заглянуть на Шератан, чтобы достать таинственный камушек. Сейчас он был словно другим человеком: сосредоточенным, мрачным. От императора буквально веяло холодом, это почувствовали все.

– Я сам, – он забрал у Хэжина шприц, – можешь идти.

Врач пожал плечами, кивнул нам с Паулиной и удалился. Не говоря ни слова, император подошел. Я вжалась в кресло, но мысли отдернуть руку даже не возникло. Только закусила губу и отвернулась. Не знаю, почему меня так пугали уколы.

Но я даже ничего не почувствовала, лишь когда повернулась, чтобы посмотреть, как там дела, с удивлением обнаружила, что уже все.

– Освоилась во дворце? – спросил мужчина.