Императорская свадьба, или Невеста против - Наталья Мазуркевич

— Я обещал накормить, — неуверенно произнес Тарон.

— Распорядись, чтобы доставили сюда. Я сам справлюсь. В конце концов, нужно приобретать навыки общения с животными до того, как появятся дети.

— Мохнатые и четвероногие?

— Если договоримся с принцем.

«Не договоритесь», — удовлетворенно подумала Сайлейн.

— Мне подготовить всех к хвостатой императрице?

— Не надо, пусть это станет для них сюрпризом, — рассмеялся Вильгельм.

«Еще каким», — хмуро прокомментировала девушка и цапнула императора за палец, когда тот решил снять ее с рук подчиненного. Вильгельм только рассмеялся и погрозил другим пальцем, пока еще не поврежденным. Котенок прищурился, примериваясь, и мужчина опустил его на столешницу.

Сайлейн тут же спрыгнула на пол и хотела дать деру, но внезапно ощутила, что под ней ничего нет. Вильгельм рассмеялся и отлевитировал котенка обратно, чем заслужил его осуждающий взгляд. Впрочем, гладить его он поостерегся, памятуя об уже полученных царапинах.

Решив, что иначе не выберется, Сайлейн изобразила капитуляцию, подмяв под себя документы, над которыми работал Вильгельм, и улегшись на них. Император великодушно стерпел и не стал сгонять ее с нагретого места, только передвинул не тронутые кошачьей лапой папки на другой край и сам пересел к ним поближе.

Больше не отвлекаясь, он продолжил свою работу. Будучи животным не по сути, а только по виду, Сайлейн от любопытства придвинулась на парочку шагов и вновь замерла, делая вид, что все так и было. Вильгельм, исподлобья следивший за котенком, насмешливо улыбнулся. Недовольно оскалившись, что ее раскусили, Сайлейн сделала то, что сделала бы, наверно, любая кошка: задрала хвост, гордо двинулась к интересующим бумагам и нагло села прямо в центр.

— Так тебе будет неудобно, — констатировал император и, чуть приподняв животное, отодвинул документы так, чтобы они оказались прямо перед котенком. — Смотри, но не мешай.

Из врожденного чувства противоречия девушке захотелось сделать наоборот, но она сдержалась и просто улеглась на предложенное место. Время от времени Вильгельм ласково гладил ее шерстку, впрочем, не отвлекаясь от каких-то расчетов. Сайлейн в подробности не вдавалась, сладко дремля. Такими их и застал Реяр.

— Ваше величество изволило присмотреть за моим фамильяром? — удивленно вскинув брови, поинтересовался демон в облике старшего принца.

— Мой телохранитель звал вас, но никого не было, только котенок. А Тарон жалостливый, решил накормить.

— Накормили?

— Не заслужил.

Вильгельм продемонстрировал принцу укушенный палец.

— Впредь рекомендую не трогать чужих животных. Лейн, ко мне.

Сайлейн скривилась, но послушно прыгнула в подставленные руки.

— И это кошка, — наставительно сказал принц императору. — Сейчас я отнесу ее в комнату и вернусь обсудить все, что вы планировали. Такой вариант нам подходит?

— Более чем.

Реяр кивнул и, бережно поддерживая котенка, вышел, свернул в свои покои и только там позволил себе вольность: щелкнул Сайлейн по носу.

— Так нечестно, — взвыла девушка, принимая свой истинный вид.

— Честно, мне пришлось подправить воспоминания того стражника, что вел тебя сюда. Лейни, будь внимательнее, нельзя, чтобы тебя соотнесли с минимальной формой.

— А если уже?.. — зажмурив один глаз, спросила девушка. — Тарика знает.

— Тарика угрозы не представляет, но там я тоже вмешался. И, малыш, с каких это пор угроза твоей жизни такая мелочь, что ты даже не рассказала мне об этом?

— Прости, — повинилась девушка. — Но эта угроза отсроченная, и, возможно, не мне.

— Пока — тебе; твой жених развил бурную деятельность. Со старшим принцем они почти договорились, пока не вмешался его младший брат, — Реяр прищурился, вспоминая, — Корвус и не открыл ему кое-что. В связи с этим, малыш, не нужно посвящать в нашу тайну непроверенных лиц.

— Корвус хороший, — несмело возразила Сайлейн.

— Император тоже — с тобой, очень. Я бы даже сказал, что ты можешь заставить его совершить какую-нибудь глупость. Но на большее он никогда не пойдет, помни. И ему признаваться не стоит. Даже если очень захочется. А сейчас, — заметив, что девочка расстроилась, продолжил он, — я отправлю тебя вниз. Удачно, что принц решил поселиться прямо над тобой. Может, шепнуть братцу Ресьяну, чтоб не так сильно его мучил?

— Шепни, — разрешила девушка, хватаясь за руки демона.

Так, держась за руки, они начали медленно опускаться вниз. Прохождение пола заставило Сайлейн поморщиться: она никогда не любила слизкие жидкости, которые скользят по телу. Спустя минуту она уже стояла у себя, Реяр вернулся тем же способом наверх.

Решив, что приключений на сегодня достаточно, Сайлейн заказала ужин и, устроившись на кровати, принялась поглощать сотворенные ей за полчаса яства. Насытившись, она легла спать.

Сайлейн мчалась по заснеженной тропинке, подгоняемая лаем собак. Вокруг то и дело вспыхивали огни, кричали люди, но она не оглядывалась. Ей было больно, она порезала босые ноги о лед, и теперь за ней тянулся кровавый след. Сил не было вовсе, но девочка не останавливалась. Позади, подталкивая ее в спину, бежала Лузаника. Исчерпав все силы, Сайлейн упала на снег.

— Лиера, вставай. Быстрее.

Встревоженная сестра склонилась над ней и теребила, не давая расслабиться и заснуть.

— Нужно бежать, осталось немного. Ну же, вставай.

Сайлейн с трудом поднялась — сначала на четвереньки, а после и вовсе на ноги, и они побежали вновь. Сколько уже длилась эта гонка, она не знала. Просто в одно мгновение они оказались на краю обрыва. Гончие закрыли им выход.

Сайлейн с болезненным любопытством следила за сестрой. Та о чем-то озабоченно думала, но вдруг черты ее разгладились, и она, улыбаясь, подошла к ней.

— Лиера, ты мне веришь?

Сайлейн только кивнула.

— Я найду тебя внизу, но ты жди. Забейся в какую-нибудь нору и не выходи, ты все поняла?

Стоило девочке кивнуть, как сестра столкнула ее вниз, отдавая последние капли силы, чтобы смягчить падение младшей и помочь ей обернуться в первый раз. Это было последнее проявление ее силы. Истощенная некогда аура так и не восстановилась.

Сайлейн упала на лед, оцарапав лапу. Все тело болело, но переломов не было. Был только страх за себя, за сестру, за маму… За маму? Сайлейн задумалась, и связь между нею реальной и ею же маленькой разорвалась.

Сайлейн проснулась.

Некоторое время она посидела на кровати, обняв коленки и чуть покачиваясь, чтобы успокоиться. Ей было страшно, как будто она еще там, в этом кошмаре. Лай собак все еще стоял у нее в ушах, неодолимо хотелось увидеть сестру, спросить у нее: правда ли это? И почему она ей никогда не говорила про их бегство, и почему она этого не помнит? Ответ на второй вопрос Сайлейн могла попытаться дать и сама. Будучи ребенком, она могла сказать что-нибудь не то или сделать. Но почему сейчас она узнает о прошлом из снов, а не от сестры? И сны… откуда они взялись?