Создатель черного корабля - Федор Березин

Итак, киты – это хорошо. Это много-много мяса. И значит, можно много-много есть, затем много плодиться и много размножаться. Явный выход из демографической петли окантованных друг дружкой небольших островов. Однако в этой хитро воспроизведенной вселенной все не так просто. Киты мигрируют. Здесь, на Осевом Пике они оказываются не чаще пары раз за цикл. Ну разве что какой-нибудь заблудившийся одиночка самец, давно ушедший в «автономку» от родной стаи и срочно ищущий для общения хотя бы кого-нибудь. Случаи бывали. Последнее что встречали такие самцы – это ошибочно принятые за родственников, пироги туземцев-китобоев: ведь пироги, по крайней мере частично, сделаны из кожного покрова высушенных солнцами собратьев.

Так вот, как не копти мясо, долго оно не хранится. Ну а морозов на островах, из-за океанского климата не бывает, а значит, природные холодильники отсутствуют. Туземцы же живут тут недостаточно долго, чтобы преобразиться в подобие медведей и залечь в спячку до следующего захода китов. И следовательно, демографические ножницы продолжают стричь. Каким способом? Все зависит от первичных культурных обычаев. Однако по принятой аксиоме здесь какие-либо корни отсутствуют. Надежда на природную косилку мала. Естественно, если проснется давненько задремавший вулкан центрального острова, то угарные газы, плюс лава, накроют всех. К счастью, за время обитания в здешних лесистых кустарниках человека, подобного казуса не случалось. Понятно, когда-никогда на клочки суши обрушиваются ураганы. Особо мощные способны остановить наточенные культурой лезвия на десять-пятнадцать циклов. Но что есть столь смехотворный срок для лучшей биологической машины воспроизводства среди млекопитающих? И значит все-таки культура. Допустимы несколько вариантов.

Лучший – война. На втором месте – селекция. Применим оба варианта. Первый на столь малой площади почти невозможен. Однако если использовать каждый остров как плацдарм, то даже их хватит. Главное – начать, а уж потом в дело включаться воспитание и обычаи предков. Переплыть дуговой залив туда – обратно, возвратившись с нанизанной на пику головой врага… Что может быть похвальней, да и полезней для становления мужчины? Естественно, гораздо удобней и безопасней делать это централизовано. Разумеется, не требуется увлекаться чрезмерно: можно переборщить. Культурно-демографические ножницы действуют хитро. Они притираются циклолетиями. Может быть, когда-то они переборщили. Тогда это послужило уроком. Так что совсем не нужно уничтожать врага целиком, вести тотальную войну изо дня в день и весь цикл напролет. Уже существуют зачатки дипломатии. В дни посещения бухты китовыми семьями перемирие просто необходимо. Допустимо даже сотрудничество. Имелись прецеденты. Да и вообще, когда потом есть что кушать вволю, и непрекращающаяся работа по разделке добытого, не гоже отвлекаться даже на несение караулов. Каждая рука, могущая работать костяным ножом, на счету. А вот потом, когда вяленое мясо съедено людьми и мухами, вот тогда – да.

Лишние нахлебники – куда их девать? Ну а тут, покуда смотаешься с отрядом за головами, вполне допустимо, потеряешь свою. Чем больше не вернувшихся, тем больше вероятность у племени выжить. Сбор грибочков и кореньев, естественно, более безопасный промысел, чем охота, но его эко-окно выживания – уже. Важно не переборщить с головами, дабы было кому грести веслом при возвращении мясных гор. Так что война – это более традиция. Эдакий сезонный спорт.

Селекция же…

В здешних местах, как и во многих других первобытных культурах, она принимает вид жертвоприношений. Вот тут уже чистый народно-антропологический обряд. Есть даже особая каста, занятая регуляцией. Ведь убийство младенцев направлено против первичных – материнских инстинктов. И значит, взмаху ножа над жертвенником нужно придать статус высшего предначертания.

Ну что ж, человека очень легко обмануть: у него сложные мозги, а значить он любит сказки.