Корона из жемчуга и кораллов - Мара Резерфорд

Обеденный зал был заполнен лордами и леди, и дюжинами слуг, которые станут, без сомнения, свидетелями всевозможных оплошностей с моей стороны. Мы с Эбб изучили столовые приборы и самые разнообразные формы обращения, но я до сих пор не запомнила все досконально.

К сожалению, она не могла оставаться со мной на протяжении всей трапезы.

Я закрыла глаза и снова подумала о Зейди, о том, что бы она сказала мне, будь она здесь. Я пыталась отыскать внутреннюю силу, которой, по ее словам, я обладала. Но я лишь чувствовала себя жалкой, опустошенной, подобно раковине, девочкой, которая верила в то, что предназначена для мира, который гораздо больше того, что знала она. Я пожалела, что не взяла с собой что-нибудь, связанное с Зейди, чтобы держаться за это; что не имею ничего более осязаемого, чем воспоминания.

Слуга проводил меня к моему месту, которое, как я и опасалась, оказалось тем же, где я обедала. Кто знает, как долго еще Сирен будет рядом со мной. Сеньоры и леди последовали моему примеру и подошли к столу, торжественно кивая мне.

Сирен вошел в зал через несколько минут после моего прибытия. Его распущенные волосы лежали на плечах и ниспадали лентами к середине груди. И хотя я считала его бледность странной, она также завораживала меня. Он выглядел так, будто был высечен из куска белого камня. Выражение его лица, осознанность во взгляде и продуманность в движениях – все выдавало присутствие интеллекта.

Придворные присели в поклоне или сделали реверанс, но я, следуя за всеми, наблюдала за принцем из-под опущенных ресниц. Он выглядел заскучавшим, как будто всему этому он предпочел бы вернуться в свою комнату и продолжить возиться с… со всем тем, чем бы он там ни занимался.

Затем его взгляд упал на меня, и глаза его снова заблестели, это был тот острый взгляд, который мне так не нравился. Сирен направился прямо ко мне и взял мою руку, снова поднося ее к своим губам. Судя по ощущению на моей коже, они были жесткими и сухими.

– Вы чудесно выглядите, миледи.

От необходимости ответа меня спасло неожиданное изменение в воздухе, сигнализирующее о чьем-то приближении. Король, окруженный придворными, медленно прошел в зал, выглядя ничтожно маленьким под своими гигантскими меховыми одеждами. Удивительно, как он вообще мог ходить. Он нес золотой посох, который, вероятно, служил декоративной деталью, но я бы сказала, что он использовал его в качестве своей опоры. К счастью, путь от двери до его места был коротким, и он рухнул в свое кресло как раз в тот момент, когда кто-то еще вошел в зал.

Это был принц Талин. Ужас захлестнул меня, несмотря на то, что я осознала, что вытянула шею, чтобы получше его рассмотреть. Дело было даже не в том, что он был прекрасен; он отличался здесь от всех, будучи наполненным жизнью, как рыба-попугай в стае серых кефалей. На нем был камзол цвета полуночной синевы, а его каштановые волосы вились чуть выше высокого ворота.

Я высвободила свою руку из руки Сирена, который до сих пор не выпустил ее, и ощутила, как он напрягся рядом со мной.

– Крылатка, – прошептал он мне на ухо.

Рыба-камень, мысленно отозвалась я.

Я выпрямилась, когда Талин проследовал в направлении нашего конца стола. Я понятия не имела, где сидел второй сын короля, ведь у стола могли быть только один хвост и одна голова. Бо́льшую часть кресел уже занимали сеньоры и леди, но только один стул слева от меня пустовал – удачное расположение, учитывая, что мой шрам находился у меня на правой щеке.