Аратта. Книга 3. Змеиное Солнце - Анна Гурова

— Мое почтение! Для меня высокая честь лицезреть доблестного…

— Замолчи и отвечай на вопросы, — прервал его Ширам. — Откуда ты едешь?

— Из столицы, сиятельный наместник юга! В прежние времена жезлоносцы из твоего отряда дарили меня честью покупать яства в моей лавке. Сейчас я еду в Двару за их знаменитой вяленой рыбой, а на продажу везу копченые лосиные окорока, вино, ткани и бронзовое литье. Если вы что-то пожелаете, я буду рад уступить вам…

— Об этом потом. Расскажи мне, что происходит в столице. Но только думай, что говоришь. Если солжешь, если речи твои будут противоречить тому, что мне известно, я буду вынужден начать выяснять, кто мне соврал — ты или те, кто говорил до тебя. Если окажется, что ты…

Ширам вздохнул, заранее сожалея об участи лжеца.

— О повелитель, разве я решусь солгать?!

— Ты купец, стало быть, можешь решиться. Потому и предупреждаю тебя. А теперь говори.

— В столице по-прежнему очень неспокойно, — начал торговец. — Ясноликий Киран объявил себя хранителем престола, и все бы хорошо, если бы не святейший Тулум. Он отказался благословить его и заперся в своем храме. Киран в отместку окружил храм войсками, и теперь туда не войти и оттуда не выйти. Народ в смятении и растерянности: храм закрыт, жертвы не приносятся, господь Исварха может разгневаться пуще прежнего! Вдобавок отовсюду ползут слухи, что нашелся царевич Аюр. Дескать, где-то в бьярской земле он собирает войско, чтобы вернуть престол. Киран объявил новости ложью, а царевича — самозванцем. Но как его воины ни тщатся изловить царевича, у них ничего не выходит. Сегодня Аюр в одном месте, а на следующее утро — в десяти днях пути от него!

— Этого не может быть, — скривился Ширам.

— Заверяю тебя, высокий господин, — это именно так. Порой в одну стражу из северных и южных ворот появляются гонцы с известием, что в их земле объявился царевич Аюр! Эти гонцы не раз заходили в мою лавку и клялись, что так оно и есть…

— Ты не забыл, что я тебе говорил перед тем, как начать расспросы? — напомнил Ширам.

— Каждое мое слово — правда, Солнцем клянусь! Быть может, это бьярское колдовство? Всякому известно, что в их чащобах живут могучие чародеи. Вот они и переносят нашего царевича из края в край на этом их летающем шестиногом золотом лосе…

Ширам расхохотался, но тут же вспомнил встречу с бьярским оборотнем, замолчал и нахмурился.

— Может, все намного проще? — предположил Хаста, внимательно слушавший ответы купца. — Речь не об одном царевиче, а о нескольких ряженых? Один появляется, другой исчезает…

— Да как такое может быть? — всплеснул руками торговец. — Кто на этакое осмелится?

— Тот, кто знает, где настоящий Аюр, — задумчиво проговорил Ширам. Затем он поглядел на купца. — Ступай.

— Но быть может, сиятельный наместник желает что-либо… Я с величайшей радостью…

— Иди. Заплатишь обычные подати в Дваре.

Не веря своим ушам, то и дело оглядываясь, торговец побрел к стоящим вдали повозкам.

— Что ты об этом думаешь? — спросил саарсан, повернувшись к Хасте. — Ты веришь, что Аюр в Бьярме и его переносят колдовством с места на место?

— Если бьярские колдуны не заменили мне глаза на речной жемчуг, то не так давно я видел в столице весьма занятного старика, — неспешно заговорил Хаста. — Он сжигал людей одним прикосновением. У нас поговаривали, что этакие чудеса умеет устраивать Светоч Исвархи — главный предстоятель Северного храма. В ту пору Киран был с ним заодно. Однако сейчас ни самого Светоча, ни его людей возле Кирана нет. Разумно предположить, что они рассорились и злокозненный Светоч снова у себя в Белазоре. Учитывая, что земные богатства его не интересуют, я думаю, заговорщики сцепились из-за Аюра. А раз так, царевич и впрямь может быть в Бьярме.

— Что ж, похоже на правду… — Ширам вновь поглядел в спину удаляющемуся купцу. — Иначе зачем бы устраивать представление с возникающими там и сям самозванцами? Думаю, так Светоч не дает Кирану возможности сосредоточиться на поисках. А значит, покуда Киран будет шарахаться от одного царевича к другому, мы должны отыскать истинное убежище Аюра и привезти его в Накхаран. Как бы ни были хороши бьярские колдуны, на севере Аюр не соберет себе войско. Бьяры хорошие охотники, но воины из них — как из плевка стрелы…

— Быть может, тогда я отправлюсь на поиски царевича? — неожиданно предложил Хаста.

— Ты? — нахмурился Ширам, глядя на друга. — Ты мне нужен здесь.

— Мне лестно это знать. Но даже если ты разгромишь еще с десяток отрядов, а я буду тебе рукоплескать, толку с того будет мало. А вот если сам Аюр встанет во главе твоего войска и поднимет солнечное знамя в Дваре, кто во всей Аратте посмеет противостоять ему?

Хаста вдруг почувствовал несвойственное для него воодушевление.

— Подумай, кто лучше меня сможет пройти через земли Бьярмы, пробраться в Северный храм и убедить царевича! — с жаром заговорил он. — Вспомни дни Великой Охоты…

Ширам молча глядел на своего ближнего советника, явно не желая отпускать его от себя — и все же вынужденно соглашаясь с его словами.

— Да, это так. Хорошо, ты пойдешь в бьярские земли. Но отпускать тебя одного чересчур опасно.

— Ты же знаешь — я могу пройти там, где не пройдет ни один воин…

— И это верно. Но мы поступим иначе… Марга! — окликнул сестру саарсан. — Возьмешь четырех лучших накхини и отправишься в Бьярму вместе с Хастой, дабы охранять его и во всем ему помогать.

— Да, но… — попытался воспротивиться жрец, в замешательстве взглянув на устрашающую воительницу.

— Такова моя воля, — оборвал его Ширам.

— Брат, — едва сдерживаясь, вмешалась Марга, — могу я поговорить с тобой наедине?

Саарсан тронул конские бока коленями, и послушный его движению скакун сдвинулся с места.

— Брат, за что ты хочешь меня наказать?! — быстро и свирепо заговорила накхини. — Отец-Змей! Мне, дочери саара, сестре саарсана, сопровождать в чужие земли безродного чужака? Я покорна твоей воле, но все же, быть может, ты найдешь кого-нибудь другого? Да и мои девушки прибыли сюда совсем недавно, чтобы в схватке с вендами обрести славу и, согласно обычаю, получить право выйти замуж! В чем же слава — идти за этим худосочным жрецом в бьярские чащобы?

— Высшая слава — если задуманное удастся, — отрезал Ширам. — И да, если говорить о замужестве — приглядись к Хасте.

— Надеюсь, ты шутишь?!

— Он, конечно, не воин, но я не буду возражать, если он пожелает видеть тебя своей женой.

* * *

Днем в вендском лесу светло, тихо и сухо. В березняках шелестит под ногами палая золотистая листва, в борах стелется зеленый мох, пахнет грибами, сосновой смолой… Но как только солнце зайдет, лес становится совсем другим, будто наизнанку выворачивается. Словно открываются повсюду окна и двери во владения навий, и начинает оттуда тянуть мертвенным холодом. Вода затянута невесомой пленкой льда, а подмерзшая земля и древесная кора щетинятся белым инеем, будто их коснулось дыхание Мары, госпожи Зимы…