Варлок - Александр Шапочкин

– Юлия Орлова, дисциплинарная комиссия президиума Ильинского Полиса, – с чувством осознания собственной важности представилась она.

– Простите… – подала голос зайцеобразная девчонка с зонтиком. – Но ведь мы ещё не участвуем в «Большой Игре».

– Это совершенно не важно. Вы, как будущие граждане нашего государства, обязаны с первого дня обучения в колледже соблюдать все предписанные правила. Только таким образом вы сможете стать полноценными членами нашего общества. К сожалению, я вынуждена сразу же после окончания церемонии пригласить вас обоих в наш офис. Для серьёзного разговора.

Мы с «зайцем» переглянулись.

– Простите, – взял я слово, в то время как хвост колонны, в которой я стоял, уже почти полностью исчез в дверях концертного зала. – Но в таком случае вы ошиблись. Мы с…

– Нина, – подсказала мне обладательница зонтика, – Нина Святославовна Весомова.

– Мы с госпожой Весомовой вооружены по всем правилам, – я изобразил извиняющуюся улыбку. – Обратите внимание на то, что она держит в руках. Это же техножезл.

Действительно, в маленьких ручках у «зайца» был не просто зонтик от солнца, а меганавороченный и безумно дорогой боевой ПМК. Я за всю свою жизнь видел только пару простеньких образцов и совершил бы такую же ошибку, как эта девушка-воин, если бы ещё раньше, во время разговора с Ильёй, случайно бы не заметил небольшой светящийся экран, вмонтированный в рукоять этого оружия. К тому же это явно был штучный, скорее всего, авторский экземпляр.

– А-а… – старшекурсница немного смутилась, потому как в этот момент молчаливая «зайка» убрала кисть с рукояти, открыв небольшой экранчик. – Прошу прощения, госпожа Весомова! А вы…

– Кузьма Ефимов, – представился я.

– У вас тоже? Техножезл?

– Нет, – я улыбнулся. – Я «воин», а не «маг». Показать?

– Если только вы не против… – с интересом произнесла девушка с каре, видимо, перед лицом опасных цацек, забыв, что является представительницей местного закона.

Обладательница зонтика тоже легонько кивнула.

– Желание дам для меня закон, – ухмыльнулся я и распахнул полы пиджака, продемонстрировав девушкам свою ременно-плечевую систему, в ячейках которой хранилось моё «основное» и «дополнительное» вооружение.

Видя непонимающий взгляд «зайца» и заинтересованно-ожидающий воительницы, я отступил на пару шагов и быстрым, почти незаметным движением извлёк из-под подмышек два балисонга с кастетами на рукояти. После чего, не дав зрительницам как следует их разглядеть, привычно завертел ножи-бабочки, с улыбкой глядя на сверкающие глазёнки обоих девчонок. А они словно завороженные неотрывно следили за слившимися в ярко-белые диски лезвиями, в которые, периодически замедляясь, превращались в два хищно ощерившихся клинка.

Правда, мои манипуляции привлекли к нам ненужное внимание. В нашу сторону направилось сразу три патруля старшекурсников. Однако, видимо разобравшись в ситуации, ребята остановились, не доходя пару метров, словно перед уличным артистом, с интересом поглядывая на вращающуюся в моих руках сталь.

Коротенькое представление продолжилось, и я, резко ловко забросив уже сложенные клинки в ножны, так же быстро извлёк из поясных отделений две метровые телескопические палки, которые немедленно разложил. Просто так, пользоваться ими я, скажем честно, умел, но так, на уровне понимания того, как следует размахивать штуковинами подобной длины так, чтобы не запутаться в собственных руках. Если ножи – подарок Наставника, я привёз с собой, то эти штуковины были выданы мне уже в колледже, по той простой причине – что, после вмешательства оружейников, они легко соединялись между собой, образуя шест.

Именно из-за него мне и пришлось вчера убить кучу времени на оформление различных бумаг, и даже привлекать Марину, как единственного знакомого мне человека в колледже, который мог бы одолжить мне немного местных эрзац-деньжат на оплату работы мастеров. Я поначалу вообще подумывал не заморачиваться и отказаться от «основного оружия» в пользу своих ножей, однако присутствовавший при этом инструктор по боевой подготовке оказался категорически против.

Его специально, оторвав от каких-то важных дел, вызвали по мою душу, так что я волей-неволей был вынужден прислушаться к мнению опытного наставника, тем более что один раз его помощь уже пришлась как нельзя кстати. Дело в том, что это «маги» могли позволить себе бегать исключительно с обычным ПМК, правда, правила всё равно обязывали их иметь при себе какую-нибудь острую железку. А вот «воинам» полагалось целых три оружия: дополнительное, основное и боевое.

С последним-то у меня и возникли проблемы, потому как требовалось выбрать, ни много ни мало, а то, каким именно огнестрельным оружием я буду учиться воевать. Я же, к своему вящему стыду, в стреляющих железках разбирался, как свинья в апельсинах. И это при том, что у нас в Чулыме почти у каждого охотника, которых было через одного на третьего, на руках находилось по два-три разномастных ствола, в том числе и нарезных. А у фанатиков так и вообще до десятка.

Спасибо папеньке за это! Пацифисту несчастному. Было у меня подозрение, что я единственный из пацанов в районе, кто вообще ни разу не держал в руках огнестрел. Хотя нет – был ещё один человек, чурающийся оружия, мой Наставник, правда, в его случае, даже если бы он вдруг собрался сходить на охоту, пукалки ему были бы не нужны.

Вот и получалось, что в своей сознательной жизни я стрелял от силы раз пять. И то из воздушки Иж-38, когда палил на соседском дворе с приятелем по баночкам. Как нормальный парень моего возраста, я, конечно, мог отличить АК-47 от М-16 или того же Steyr AUG, – а вот здесь откровенно растерялся.

Правда, не всё было так плохо, на выбор мне предлагались исключительно отечественные образцы, и первым порывом было попросить дать мне обычный «калаш»… Вот только какой? Самостоятельно советовать что-либо студентам мастера-оружейники не имели права и потому вызвали инструктора. Именно благодаря ему я стал обладателем АН-94 «Абакан», который очень… очень долго оформляли в администрации, а потом тут же куда-то унесли, даже не дав подержать эту взрослую игрушку в руках.

Так вот, там же мне посоветовали не валять дурака, и, если я что-то уже умею, не отказываться от этого, а продолжать развивать мастерство. Однако от обычного посоха «Бо» я наотрез отказался. Он был непривычного для меня размера, да и вообще таскать с собой повсюду двухметровую палку мне не хотелось. Отбраковал я и телескопическую версию, примерно по тем же самым причинам, хоть и складывалась она всего лишь в трубку метровой длины.

В результате совместными усилиями мы нашли приемлемое решение, в виде двух телескопических палок, которые обычно использовались практикующими некоторые японские стили фехтования студентами во время тренировок. Вот только для того, что мне требовалось, пришлось напрягать мастеров-оружейников. Подобные работы были не бесплатными, а у меня хоть и имелось при себе немного имперских рублей, на территории кампуса они не принимались. В кредит залезать у меня не было ровным счётом никакого желания, вот и пришлось напрягать Марину, потому как той суммы, что имелась на моём счету, банально не хватало. Вешать на себя лишние долги, занимая у Федосеевых, мне, конечно, не хотелось, однако я решил, что коль в колледж я попал не по своей воле и фактически неподготовленным, то ничего страшного.