Любовь приходит в черном - Анна Чарова

Охранник нахмурился, пожевал губу, но расспрашивать дальше не стал.

Тем временем организаторам удалось возобновить действо — из-под купола по-прежнему не выпускали, и приходилось делать вид, что все так и задумано. На сцене плясала очередная певичка, люди собрались кружками — обсуждали случившееся. Молодежь уже начала веселиться. Сначала Марина пыталась отыскать взглядом Юленьку Тикус, было интересно, узнала ли она о смерти своего палача или сейчас, ни о чем не подозревая, слушает поэтов в другом секторе.

Вернулся бармен — слегка пришибленный происшествием, но пытающийся сохранить невозмутимость.

Допив кофе, Марина заказала себе еще коньяку и, ощущая растекающееся по телу тепло, проговорила:

— Жаль, что не выпускают. Я бы поехала домой, что-то мне невесело.

Ян спрыгнул со стула и протянул руку Марине:

— Поехали. Как раз джинсы подсохли. Не волнуйся, нас выпустят.

Марина вспомнила, как он прыгал в ручей, затем память нарисовала эстонок, стоящих спиной, от которых к ловцу тянутся пульсирующие темные канаты. Тень Артура, падающая на ее жизнь, поблекла и съежилась. Теперь есть кому ее защитить.

Коснувшись прохладной ладони Яна, Марина окончательно успокоилась. По крайней мере несколько дней ей ничего не угрожает. Артур наверняка узнает, кто убил его подельника, и побоится заявиться к ней.

В «фильтрационной» молодая улыбчивая гардеробщица выдала пальто. Распахнулась входная дверь, и мимо прошагали люди в белых халатах, со складными носилками. Только сейчас вспомнилось, что Тампошка завтра затребует сенсацию, Марина выхватила фотоаппарат и сняла медиков. Совсем мозги отшибло. Но ничего, и так материал свежий, горяченький. К тому же фотографии ловца в костюме Вейдера есть.

Плюхнувшись на пассажирское сиденье, она уставилась в окно, проводила взглядом свой «Ланос», выхваченный светом фар. Здесь его точно никто не тронет — кому нужно это ведро с болтами, когда рядом стоит розовый «Порше», весь в стразиках? Если от него отломать дверцу, выковырять стразы и продать, можно два таких «Ланоса» купить.

Марина перевела взгляд на Яна, сосредоточенного на дороге.

— Как думаешь, надолго ловцы затихнут? В смысле, мне можно на некоторое время расслабиться?

— Думаю, да, пару недель они побоятся высовываться, — кивнул Ян.

Марина зевнула, расстегнула пальто. Ощущение было, словно это не ловца душ выпили досуха, а ее. Она пыталась провести параллели. Есть ловцы, которые питаются людьми, а есть ликвидаторы, способные то же проделать с ловцами. Откуда берутся и те и другие? Они точно одного поля ягоды, и к людям имеют косвенное отношение. Неплохо бы разобраться, кто они, откуда взялись, тогда станет ясно, что делать, как бороться с Артуром.

Может, они — лишь ступень эволюции человека, и Марина постепенно обретает те же загадочные качества? Сможет ли она не привлекать внимания, управлять другими людьми?

Молча доехали до Марининого дома. Ян не стал глушить мотор, как бы намекая, что не собирается провожать ее до двери. Дескать, опасности нет, возвращайся, а мне пора.

— Спасибо, — уронила она, хлопнула дверцей и поспешила к подъезду, не оглядываясь.

Ввела код, окунулась в тепло, пахнущее свежим ремонтом, и взбежала по лестнице на свой этаж. Сунула ключ в замочную скважину, попыталась провернуть его привычным движением, но ключ заело.

Что ж такое? Раньше он работал исправно. Надо смазать механизм.

Открыть получилось с третьего раза. Переступив порог, Марина сразу же повернула ручку замка, включила свет, повесила пальто и собралась перевести дыхание, но почувствовала странное и невольно прижалась к стенке.

Что-то было не так. Да, это ее квартира, вон на вешалке — куртка и шапка. Один сапог перевернут, второй стоит, синие тапочки ткнулись носами в стену. Дверь в кухню приоткрыта, в спальню — захлопнута. Вроде так и было, но откуда тогда ощущение присутствия чужака, причем такое явное, что волосы на голове шевелятся?

Темнота. Лишь в коридоре горит свет. Что там, в комнате? Вдруг скрывается кто-то?

И тут до Марины дошло, откуда тревожащее ощущение: запах. Едва уловимый запах мужских духов. Но Артур пах древесной корой, а не морозной свежестью.

Проверять, есть ли кто в комнате, Марина не стала, пулей вылетела вон, захлопнула дверь и, спускаясь по лестнице, набрала Яна. Он не ответил: или не слышал, или не мог взять трубку.

В отлично освещенном подъезде Марина остановилась. И что теперь делать? Надо было к маме ехать, как планировала сначала.

В принципе, выходов несколько. Первый — вызвать такси и убраться туда. Второй — вернуться домой, осмотреть комнаты. Скорее всего никого там нет, Артур уже ушел или вовсе почудилось после переживаний вечера. Третий — позвонить в полицию. Глупо, конечно, зато риск минимален. И последний, самый здравый, — подождать, пока ответит Ян. Марина набрала его еще раз, выругалась и привалилась к стене, не боясь испачкать парадно-выходное платье.

«Ну же, Ян, где тебя носит, когда ты нужен?»

Дернувшись, загудел спускающийся лифт. Ехал он с верхних этажей, потому Марина, не опасаясь, что это незваный гость, смотрела на мигающие кнопки. Пятый этаж. Четвертый. Третий. Второй. Приехали!

Створки с шумом разъехались, выпуская молоденькую девушку в розовой шубке, с букетом в руках. Увидев Марину, девушка выронила букет и заверещала диким голосом, отступая. Но лифт закрылся, она уперлась в дверцы спиной и продолжала орать, вытянув перед собой руки.

На мгновение Марина оторопела, а потом рассмеялась, забыв даже о чужаке в квартире. Представила, что девушка засиделась у подруги, выпила вина или пива, фильмец посмотрела. Вот уже полночь близится, пора домой. Уставшая, разомлевшая, она спускается на лифте. Открывается дверца, а перед ней — то ли кикимора, то ли какой-то дух…

— Не кричи, — примирительно сказала она. — Я была на карнавале.

Девушка икнула и закрыла рот. Вылупилась на Марину и нетрезво хихикнула, попыталась поднять букет, промазала мимо него. Со второго раза получилось.

Икая, она замерла напротив Марины:

— А я думала… Ик! Думала… — запрокинув голову, она расхохоталась, дрыгая ногой.

Марина тоже смеялась, не в силах остановиться. Едва она успокаивалась, смотрела на девушку, и ее скручивал приступ смеха.

В чувства Марину привел звонок. Прикрывая телефон рукой, она проговорила:

— Ян, у меня кто-то в квартире. Боюсь туда заходить.

— Жди. Еду.

Вот сама собой и разрешилась проблема. Сейчас Ян вызовет эстонок, и с Артуром будет покончено. Если он в квартире, конечно. Запах все-таки незнакомый, хотя и тревожащий.

Девушка попрощалась и вышла из подъезда.

К полуночи дороги опустели, и Ян примчался минут через десять, шагнул навстречу, обнял Марину и проговорил: