Любовь приходит в черном - Анна Чарова

Пробежала пара подростков в костюмах трансформеров — Сигрид едва успела отступить, чтобы они не снесли ее. Марина на миг остолбенела: да их все люди не видят! Просто не видят! Интересно, как им это удается и почует ли их Артур?

Да, и чем они собираются его обезвреживать?

Марина заняла пригорок, где росли лавровые кусты, постриженные в виде диковинных зверушек. Отсюда просматривалась большая часть парка до сцены, что за ней, видно не было.

Ян, взбирающийся на мостик, вскинул руку — эстонки, шагающие по широкой дорожке, остановились, а Марина присела, но продолжала наблюдать из укрытия. Сердце билось молотом о наковальню. Еще не поздно предупредить Артура… Тьфу, что за мысли! Надо подождать, когда Ян исчезнет из вида, и убраться с маскарада. То, что случится, ей, во-первых, видеть не положено, а во-вторых, она не знает, как себя поведет. Наверняка потом ее совесть заест, хотя она полагала, что Артура не станут убивать сейчас: им просто нечем.

С мостика, где стоял Ян, просматривалась часть сада, не видная Марине, но много ума не надо, чтоб понять, кого они там увидели и почему насторожились.

Дальнейшее происходило, как в кино: за зеленью мелькнула фигура в черном, грохнул выстрел, затем — еще один. Завизжали женщины, бросились врассыпную. Яна едва не снесли с мостика, он спрыгнул прямо в ручей с золотыми рыбками, всплеск не привлек внимания напуганных людей.

Эстонок разделил людской поток, Сигрид ступила на клумбу с фиалками, блондинке повезло меньше — ей пришлось протиснуться между розовыми кустами. На разорванном рукаве белоснежной блузки растеклось алое пятно, но Агнета не замечала царапины, сосредоточенная на враге.

А потом случилось странное: черный силуэт Дарта Вейдера, устремившийся к выходу, дернулся, будто в него выстрелили, замедлился. Теперь он не бежал, а ковылял, изредка оборачиваясь и поводя пистолетом из стороны в сторону, похожий на слабеющего, истекающего кровью зверя. Глаза Марины застелила пелена слез, и силуэт утратил четкие очертания. Охваченные паникой люди толкали его, оттесняли с дорожек, а эстонки стояли не шелохнувшись, с прижатыми к бокам руками. Ян уже выбрался из ручья и оглаживал промокшие до бедер джинсы. Оружия у него по-прежнему не было.

Когда слезы застлали глаза Марины, она увидела черные канаты, соединяющие эстонок и Артура. Канаты пульсировали, по ним к женщинам что-то перетекало. Мгновение — и видение истаяло, она растерла слезы по щекам. Вейдер уже еле плелся. Вот он ухватился за перила, стянул шлем и бросил на газон с постриженной травой, повернулся лицом к Марине…

Это не Артур! Какой-то молодой незнакомый мужчина. Из Марины будто весь воздух выпустили, как из воздушного шарика. Она присела на корточки и закрыла глаза рукой.

Разумом Марина понимала, что это наоборот плохо: опасность никуда не делась, рано или поздно Артур вернется за ней. Но глупое сердце продолжало его жалеть вопреки здравому смыслу.

Собравшись с силами, Марина выглянула из укрытия. Ловец лежал лицом в зеленой траве, тело распласталось на дорожке, вымощенной светлой плиткой. Крови видно не было.

Зазвонил телефон, Марина выхва тила его из сумки: Ян.

— Ты где? — Голос казался взволнованным.

— Недалеко от выхода, — ответила она и попятилась за холм.

— Я тоже. Не вижу тебя.

— Видишь бугор с фигурами из кустов? Я недалеко от него…

— Оставайся на месте, иду к тебе.

— Что с ловцом…

Ян отключился. Марина отошла еще немного, обхватила себя руками. Ее трясло, зуб на зуб не попадал. Определенно Ян не хочет, чтобы она видела труп, и старается удержать ее. Что ж, пусть будет так. Нетрудно сделать вид, будто ничего не произошло, а что напугана — и притворяться не надо.

А вот и он, огибает холм справа, машет рукой. Марина подбежала к нему, остановилась и спросила:

— Что с ловцом? Это… Это он?

Ян мотнул головой, обнял Марину за плечи и повел прочь от выхода наперерез взволнованной толпе, которую пытались успокоить охранники. Судя по обрывкам фраз, никто не понимал, что происходит и с чего вдруг один из гостей открыл пальбу. Хмурые парни в одинаковых костюмах не выпускали гостей и уже приступили к расспросам. Скоро здесь будет полно полиции.

На Яна и Марину вообще не обращали внимания, интересно, видят их или нет?

— Нет, мы ошиблись, работал не твой знакомый, а новичок, — запоздало ответил он.

— Как тебе удалось проникнуть на маскарад? Я хотела предложить свой флаер…

— У нас свои методы, успокойся, ты вся дрожишь.

— Я чуть с ума не сошла…

— Идем, выпьешь чаю.

Бармена на месте не было. Ян, по-прежнему отталкивающий взгляды, как гидрофобная поверхность — воду; сам прошел за стойку, включил тут же зашумевший чайник и принялся разглядывать бутылки.

— Лучше кофе с коньяком, — попросила Марина.

— Ты же за рулем.

— Понимаю, что это не способствует успокоению нервной системы, но ты ведь меня довезешь? Все равно рассчитывала вызвать такси.

— Конечно, довезу. — Он принялся колдовать с кофемашиной, себе налил зеленый чай и взял кекс с изюмом.

Марина поразмыслила и выбрала пирожное с кофейным кремом. Глюкоза после стресса хорошо действует на организм.

— А все-таки… Ловец, что с ним? Это вы стреляли?

— Он по нам. Но не переживай, он мертв.

Марина потупилась, сделала вид, что ответ ее удовлетворил. Ей не нравилось, что Ян юлит и уворачивается. Спроси она о произошедшем напрямую — тоже ведь не ответит. Но хотя бы сказал, что ловец умер, и то хорошо.

Вопрос о том, откуда взялись эстонки и что у них за техника бесконтактного боя, повис в воздухе. Ян и остальные сотрудники так не умели, иначе они не открыли бы огонь, когда зачищали бар «Филин», а перебили бы ловцов на расстоянии.

Выходит, Агнета и Сигрид — что-то типа спецназа, который вызывают, когда надо зачистить «гнездо». Только вот откуда они взялись? На людей эстонки походили только внешне, поведением они напоминали киборгов. Ян прав: такие справятся с ловцами собственными силами.

Ее размышления прервал строгий голос:

— Молодой человек, вы ведь не из гостей? Почему не в костюме?

Над ними навис мужчина в протокольном костюме охранника.

Ян сделал удивленное лицо, огладил серый пиджак и ответил:

— Вы ошибаетесь. Как раз таки я в костюме. В костюме человека. Что — не похож?

Марина хихикнула, а сама подумала, что, во-первых, Ян стал видимым для окружающих, а во-вторых, в его шутке даже доли шутки практически нет. После увиденного она засомневалась, что эстонки — люди. Да, она немного верила в ведьм, привороты, порчи и прочее. Теперь верила в ловцов душ, но чтобы по улицам города разгуливали чертовски опасные боевые маги… Если они ловца в пару минут оприходовали, то чтобы уничтожить простого человека, им одного взгляда достаточно.