Сокрытые в веках - Ирина Лазарева

Маруф очнулся и открыл глаза. Он лежал в обширной скалистой пещере с высокими сводами. Кругом безмолвствовал гнетущий полумрак. Из пропадающих в кромешной тьме глубин тянуло промозглой сыростью. Откуда-то сверху призрачно сочился рассеянный свет и падал бледным полукругом на земляной пол, усыпанный трухлявыми листьями. На серых стенах лежали привольными пластами ржавые подтеки. По углам, в скопившихся черных тенях, копошилось сонмище летучих мышей. То и дело они срывались со своих насестов и, хлопая кожистыми крыльями, перелетали из одной впадины в другую.

Маруф поднял голову и ощутил резкую боль в затылке. Все тело ныло, как если бы его долго били ногами. После нескольких неудачных и болезненных попыток ему удалось приподняться и сесть, прислонившись спиной к неровной стене. Рубашка на нем была разорвана, будто кто-то драл ее когтями. Голова адски болела – он дотронулся рукой до волос и ощутил тепло свежей крови на ладони.

В левом дальнем углу что-то заворочалось, словно там перекатывался сгусток подземного мрака; в лицо пахнуло могильным холодом.

– Кто здесь? – крикнул Маруф.

Своды пещеры язвительно подхватили звуки его голоса.

Из густой темноты выдвинулась громадная фигура и остановилась в нескольких шагах от ослабевшего пленника. Что это было за существо, Маруф понять не мог. Гигант этот имел вид человека, но был более двух метров ростом и невероятно широк в плечах. Одежда его состояла из засаленных лохмотьев, волосы спадали до пояса бесцветными космами. Из этой спутанной гривы выступало лицо, какое едва ли может присниться в ночном кошмаре: серо-коричневая кожа казалась корой древнего заскорузлого дерева, белки глаз были налиты кровью, а зрачки пусты и тусклы. Весь его ужасающий облик был полон грозной силы; страшное лицо дышало застарелой злобой.

– Ну что, очухался, жалкий человечишка? – проговорило страшилище жутким голосом, от которого у любого встали бы дыбом волосы.

Но не таков был Маруф. Опытный боец, он умел мгновенно реагировать на неожиданную опасность и теперь примеривался к противнику и оглядывал пещеру, чтобы оценить ситуацию.

– Кто ты и почему напал на меня со спины, как недостойный нечестивец? – спросил он, и живительный гнев вознес его на ноги.

В ответ чудовище оскалилось желтыми зубами и разразилось сатанинским смехом.

– Ты, презренный червь, смеешь задавать мне вопросы? Твое дело – сдохнуть, причем так, чтобы доставить мне побольше удовольствия своими мучениями. Обожаю наблюдать, как вы, людишки, корчитесь перед смертью, прежде чем я оттяпаю вам башку. Жить тебе осталось несколько минут, так что не трать времени на трепотню. А может, будешь просить меня о пощаде? – глумливо ощерился гигант.

– Не дождешься! – выкрикнул Маруф и бросился на врага, рассчитывая внезапным натиском добиться преимущества.

Будь его состояние менее плачевным, может, этот закаленный в боях воин и сумел бы постоять за себя, но предательское головокружение, ватные ноги и обвисшая левая рука заранее обрекли его на неуспех. Гигант, презрев выпад Маруфа, даже не сдвинулся с места, а лишь протянул руку и, схватив его за горло, отшвырнул назад через всю пещеру. Маруф пролетел по воздуху, ударился об острые выступы стены и скатился на холодный пол. Разум его помутился, спину пронзила жестокая боль, но через минуту, спотыкаясь и падая на колени, он нашел в себе силы подняться и снова рванулся к врагу. Тот нанес ему сокрушительный удар в лицо, от которого у бедняги посыпались искры из глаз.

Однако недруг его не знал, с кем имеет дело. Смельчак отдышался, выплюнул кровь из разбитого рта и опять набросился на обидчика. Через секунду, сраженный очередным страшным ударом в грудь, он вновь оказался на полу. Мозг его взорвался, как разбитое вдребезги зеркало, он попробовал встать, упал, затем, цепляясь за стену, с трудом утвердился на ногах, постоял, хрипло и часто дыша, отыскивая затуманенным взором цель, и снова ринулся в бой.