Звезды князя - Виталий Башун

При возвращении в казарму после третьего моего выхода в город меня подловил тот самый умник из четверки, счастливо избежавший как разборок со мной, так и наказания за соучастие в драке. Он встретил меня у входа и попросил (именно попросил) отойти с ним поговорить. Я насторожился, осмотрел окрестности на предмет враждебных аур, но в том месте, куда он меня позвал, никого не обнаружил. Да и сам рекрут вроде бы злобой и местью не пылал.

– Что ты хотел? – сразу перешел к делу я.

– Гар! Меня зовут Кот. Я понимаю, что ты – вор классом гораздо выше меня. Мне и не снились такие артефакты для взлома, как те, что есть у тебя. Я даже не представляю, как ими пользоваться. Я тебя очень прошу – возьми меня с собой в город в следующий раз. Помоги, ладно?! Мне очень надо!

– А с чего ты решил, что я вор?

– Вообще-то я тебя сначала принял за стукача, – охотно пояснил рекрут. – Ну, не поверил я, что Рубило споткнулся, а в Бруска прилетело от Дылды. У Дылды отродясь никаких амулетов не было. Он магии как огня боится. Хи-хи. Похоже, не зря! Вот я и подумал – дело нечисто, надо проследить, как стукачок на доклад пойдет. Потом ребятам капнуть, и уж тогда ему не жить. Извини, брат. Ошибся. С кем не бывает? В общем, увидел я, как ты к штабу направляешься и потихоньку пошел за тобой. А ты за штаб и к забору. Признаю! Классно придумано – там патрулей никогда не бывает, даже случайно. Считается, что туда ни один рекрут добровольно не подойдет. Так что я – за тобой. Глядь, а ты, спокойненько так, достал артефакт, постоял чуток и… прыг-скок через забор. Только тебя и видели. Я тебя долго караулил, пока не понял, что с такими навыками тебе совсем не обязательно возвращаться тем же путем. Второй раз тоже прокараулил, а потом решил: чего тебя на выходе ловить? Все равно в казарму вернешься, а я ведь не дознаватель, чтобы с поличным ловить. Так поможешь мне? Очень надо.

– А зачем? И почему не хочешь, как все, – через местных?

– Там целая очередь. Они ведь не могут каждый вечер всех желающих выводить. Да и дерут за услугу.

– Ну так и что? На девочек не остается?

– Ка-а-аких девочек, Гар?! На кой они мне сдались?

– Тогда зачем тебе эти сложности?

Кот сглотнул, отвернулся и некоторое время молчал. Потом, решившись, сказал:

– Может, ты будешь ржать. Твое дело. Но для меня это важно, что бы ты ни подумал. В общем, у меня есть сестра. Родная. Родители погибли несколько лет назад. Несчастный случай. Мы живем… то есть теперь она живет у деда с бабушкой, а я вот здесь… Ей сейчас пятнадцать, и она закончила школу. Осенью хочет идти в храмовое училище, а там стипендию платят только тем, кто согласен пройти испытание на жреца или жрицу, остальные должны жить за свой счет и покупать всякую всячину для учебы. Старики у нас небогатые. А она сказала, что даст согласие. Я не хочу. Знаешь, как мало там выживает после испытания? Я потребовал, чтобы она пообещала не соглашаться, пока ей будет хватать денег. Я написал заявление, чтобы все мое жалованье и дополнительные начисления, если будут, перечисляли ей. И то, что удастся подработать, тоже буду пересылать ей. Я и в воры пошел, чтобы накопить побольше.

– Хм, – засомневался я, – она ведь может потратить деньги на всякую ерунду, девушки к этому очень даже способны, а тебе сказать, что денег не хватило на жизнь.

Кот сцапал меня за грудки, смяв форменную куртку. Я не препятствовал, поскольку опасности для себя не видел.

– Слышь, ты! Попридержи язык! Она не такая! Она умная и добрая! Она не знает, чем я для нее зарабатывал раньше, и не узнает! А если какая сволочь посмеет ей об этом сказать!..

– Тихо-тихо-тихо… Успокойся! Я уважаю твое решение помочь сестренке выбиться в люди. И смеяться не собираюсь!

Выдержав испытующий взгляд Кота, я спокойно снял его расслабленные руки со своего ворота и одернул куртку.

– Извини. – Кот опустил взгляд в землю. – Я уже привык, что всякая шантрапа начинает глумиться надо мной. Хотя знаю, как некоторые любят своих родных. Глотку перережут, если что. А сами… В общем, я подумал, что ты тоже будешь смеяться. Извини.

– Принято! Ладно. Я тебе помогу. Но… часто не получится.

– Я понимаю. Да мне еще и поделок накопить надо. Кстати, я тут вызнал хорошую лавочку, где дают неплохую цену. Во всяком случае, раза в два побольше, чем дают местные в лагере. Тебе не надо?

– Нет. Спасибо, но у меня есть свои места.

– Ну как хочешь. А то я готов поделиться.

После этого разговора я несколько раз брал с собой в город Кота. Накануне мы оговаривали место и время встречи для возвращения. Кот, между прочим, обладая хорошей наблюдательностью и острым умом, высказал несколько советов как по времени ухода в самоволку, так и по точке форсирования забора, что лично мне здорово помогло не попадаться.

Однако за неделю до окончания курса обучения это чуть не произошло. И Кот здесь был совершенно ни при чем, поскольку просто не знал, с кем и где я должен был встретиться. Не знаю, кем был торговец, с которым я предварительно договорился о встрече, просто болтуном или вообще «подсадным», но возле места встречи меня поджидало несколько патрулей, стаей акул курсирующих вокруг. Заметил я их не сразу и, к сожалению, поздно. Город все-таки не поле и не лес, аур людей много, и все бродят с разной скоростью и в разных направлениях. Поодиночке, парами и группами. Кто из них патруль, а кто так, погулять вышел на вечерний променад, сразу и не поймешь. Вот и я не понял.

Торговец, надеюсь, почувствовал себя наказанным, поскольку я так и не продал ему последнюю партию, а он соответственно не получил за нее хорошую прибыль. Не доходя до его лавочки всего пары шагов, я вдруг резко сменил неторопливую походку на стремительный рывок. Метнувшись в переулок, тут же запрыгнул на водосточную трубу и, спасибо тренировкам, почти взлетел на крышу двухэтажного жилого строения. Скакать поверху, привлекая внимание силуэтом на фоне неба, не стал и, спустившись вниз на параллельную улицу, рванул в сторону лагеря.

Судя по всему, такой прыти от меня не ожидали. Как же? Ленивый толстячок, изгнанный за невосприимчивость к воинской науке на хозяйственный двор, ни с того ни с сего горным архаром штурмует местные небоскребы. Скажи кому – не поверят. Но факт есть факт. Три группы преследователей заметались, потеряв след. Однако четвертая, видимо, отринув чудеса, правильно и главное быстро просчитала, куда я мог деться, и стала грамотно оттеснять от лагеря.

Около десяти минут мы соревновались в беге, но патрульные лучше знали город и в конце концов загнали меня в тупик.

Глухие высокие стены с трех сторон, живописная композиция из помойных баков, откуда несет совсем не полевыми цветами, и четверка патрульных, перекрывших единственный выход. Одно дело, если меня видели, даже опознали, но не смогли поймать. В этом случае наказание не грозит. Точнее, грозит, но патрульным: почему не смогли поймать? Тренировались мало? Или не хотели поймать? Совсем другое, когда, скрутив в узел, беглеца доставляют на базу. Патрульным – честь и слава, пойманному – наказание. Все довольны – все радуются. Кроме наказанного, конечно.