Ты, уставший ненавидеть - Андрей Валентинов

– Но почему эксперты не смогли определить сразу? Ведь взрывчатка была у нас на складе?

– Секретность, – предположил Ахилло. – А может… Сергей, кто там начальник лаборатории?

Новая версия… Если человек из «Вандеи» – в Главном Управлении, то лаборатория – не худшее из прикрытий…

– Ладно, потом, – решил Пустельга. – Займемся чаем…

Попутно Ахилло рассказал Прохору о премьере во МХАТе. Тот кивнул, но по виду было заметно, что молодой лейтенант расстроился. Сергей почувствовал угрызения совести.

– Так давайте снова сходим в театр! Прохор, вы куда желаете?

Карабаев долго думал и наконец вздохнул:

~ Ну, в Большой… Там красиво…

– Решено, – обрадовался Пустельга. – Сегодня же идите в кассу и возьмите три билета на субботу. Или на воскресенье – поглядите, что когда идет.

Лейтенант кивнул, похоже несколько успокоенный. Сергей с аппетитом уминал пирожное и впервые за много дней ощущал себя вполне уверенно. Дело пошло! След свежий – пахло удачей. И тут он вспомнил разговор с таинственным Ивановым… Образ врага… Образ таинственного Лантенака, вождя «Вандеи»…

– Михаил, помните, вы говорили, что руководитель «Вандеи» – из Столицы. Что вы еще скажете?

– Что? – Ахилло немного удивился. – Боюсь, я повторюсь… Он из «бывших», образованный, нас ненавидит люто. Очень умен…

– Вандея, Вандея… Может, в этом ключ? Он ведь назвал себя Лантенаком…

– Литературным героем, – вставил Ахилло.

– Вот именно! Значит…

– Значит, он читал роман Виктора Гюго «Девяносто третий год», – усмехнулся Михаил. – Только что это нам дает?

– Что?.. – Пустельга на миг задумался. – Знаете что? Надо нам перечитать роман? Ведь не зря же…

– Хорошо! – пожал плечами Ахилло. – Сегодня же вечером приступлю…

Сергей поглядел на Карабаева. Тот выглядел немного смущенным.

– Товарищ лейтенант, если вы не читали роман – прочтите.

– Так точно, – вздохнул тот. – Как автора зовут? Прохор записал фамилию французского романиста в блокнот и дисциплинированно кивнул. Пустельга невольно усмехнулся: странно происходило приобщение к культуре бывшего селькора. Он хотел было посоветовать ему прочитать и «Шуанов» Бальзака, но внезапно в дверь постучали.

– Получим выговор, – констатировал Ахилло. – За чаепитие в Мытищах. Да еще в служебное время.

– Почему – в Мытищах? – не понял Карабаев, но объяснять было некогда. Сергей крикнул: «Заходите!» – – и дверь отворилась.

– Здравствуйте, товарищи! Сергею внезапно стало не по себе. Лучше бы уж это было начальство с выговором! Перед ним стоял Волков, в знакомой саперной форме. Нет, он не боялся странного комбрига, но все же…

– Помешал? Здравствуйте, Сергей Павлович. Рука краснолицего была, как всегда, ледяной:

Впрочем, Сергей успел уже к этому привыкнуть. Возможно, у Всеслава Игоревича шалило сердце – отсюда и красный цвет лица, и холодные ладони…

– Михаил? Рад вас видеть!

Волков улыбнулся, но Ахилло внезапно стал белым как полотно. Да, они знакомы, и, похоже, это – знакомство не оставило у старшего лейтенанта приятных воспоминаний.

– Вы… – Волков остановился перед вытянувшимся по стойке «смирно» Прохором.

~ Лейтенант Карабаев, товарищ комбриг… ~ Карабаев? Постойте, вы служили у Гуляева? В Омске?

– Так точно!

Похоже, комбриг действительно знал всех и вся. Сергей перевел дух. В конце концов, ничего страшного не произошло. Он уже подумывал предложить = гостю чаю, но Волков вновь повернулся к нему:

– Пойдемте, Сергей Павлович!

Возражать не имело смысла. Уже в коридоре, шагая вслед за комбригом, он все же осмелился 'спросить:

– Мы… Мы куда, товарищ комбриг?

– Как куда? К вашему Рыскулю. – По красному лицу мелькнула снисходительная усмешка. Пустельга почувствовал, как в горле внезапно возник ком, а в ушах застучало. Сергей замер, не в силах сделать шага.

– В чем дело? Боитесь?

– Да… – Сергей с трудом сглотнул. – Боюсь… То есть не боюсь…

– Не надо. – Холодная ладонь на миг коснулась плеча. – Сегодня будут бояться другие. Пошли…

Они спустились на второй этаж. Сергей заметил, что сотрудники посматривают на них с явным любопытством. Впрочем, на некоторых лицах было написано другое чувство. Да, сегодня боялись другие…

Страх у Сергея прошел. В конце концов, он сам заварил эту кашу. Значит, надо расхлебывать, а там – будь что будет…

У кабинета за большим столом дремал секретарь. При виде незваных гостей он вскочил, пытаясь преградить дорогу, но, узнав Волкова, произнес нечто похожее на *А!» – и сгинул. Комбриг вновь усмехнулся и ткнул сапогом в высокую, обитую кожей дверь…

…Товарищ Рыскуль успел встать из-за стола. Пенсне было на месте – как раз посреди пухлого, покрытого ранними морщинами лица.

– В чем дело, товарищи? Почему без доклада…

– Заткнись!

Голос Волкова был негромким и полным презрения. Он-то не боялся…

– Т-товарищи… – Возмущение исчезло, сменившись совсем иным чувством. Сергея хозяин кабинета, похоже, не успел разглядеть – зато он сразу же узнал комбрига. Да, этот таинственный сапер не только знал всех. Его тоже знали неплохо…

– Рыскуль, ты нам надоел… Тебя предупреждали?

– Но, товарищ Волков! – Замначальника Столичного Управления, похоже, начал приходить в себя. – Вы… позволяете себе…

Краснолицый лениво махнул рукой, словно отгоняя назойливую осеннюю муху. И тут случилось неожиданное: Рыскуль, стоявший за столом, в нескольких метрах от незваных гостей, рухнул как подкошенный. Пенсне отлетело в сторону, а из разбитой губы заструилась кровь.

– Встать, сволочь!

Рыскуль дернулся, всхлипнул и начал медленно подниматься. Спор о том, что мог позволить себе, краснолицый комбриг, был закончен.

– Документы на Лапину. Живо!

Сергею вдруг показалось, что он спит – или вновь присутствует на мхатовском спектакле. Всесильный чиновник, державший в руках жизни тысяч людей, почти что хозяин Столицы, угодливо улыбнулся, лизнул разбитую губу и, бормоча: – «Так точно… так точно, товарищи», – стал рыться в ящике стола. Наконец он достал тяжелую связку ключей и поплелся к вделанному в стене сейфу.

Волков стоял недвижно, и на лице его играла презрительная усмешка. Сергей замер ни жив ни мертв. Такого он еще не видел…

Наконец огромная дверца сейфа отъехала в сторону.

– Вот… Вот… – Рыскуль осторожно положил на стол большой пакет, запечатанный почему-то сургучом.

– Открой! – Волков подождал, пока хозяин кабинета выполнит его приказ, затем неторопливо подошел к столу. Красная ладонь небрежно раскрыла пакет. Сергей успел заметить какую-то связку писем, стопку фотографий…