Отпуск - Дмитрий Кружевский

– Нер… – Эрнеста бросила на меня укоризненный взгляд.

Я рассмеялся.

– Ладно, ладно, пошутил. Иди скажи своему рыцарю в сверкающих доспехах. Впрочем, – я покосился в на приоткрытую дверь, – он и сам все уже слышал.

Провожали меня бурно, ну, в смысле с оркестром и натуральным шествием, так что на платформе даже образовалась некоторая толкучка. Причем все на прощание лезли меня дружески приобнять, в результате чего в вагон я садился в несколько помятом состоянии, втаскивая Батона буквально за хвост. Кот всю ночь гулеванил непонятно где и заявился под утро, весь пахнущий чем-то приторным, томно вздыхающий и почему-то с прокушенным в двух местах правым ухом. Буквально перед самым нашим отъездом из замка он вновь куда-то исчез и на перроне уже появился в сопровождении двух девиц с очень хорошими си… кхе, как бы получше выразиться. Короче, вот с такенным богатым внутренним миром. Девицы были высокие, и Батон шел между ними, хозяйски приобняв красоток где-то повыше колен. Красавицам это было явно неудобно, но они стойко терпели, изредка почесывая котейку между ушей, отчего тот буквально млел, а на его усатой морде отражалось просто-таки неземное блаженство. Блин, ловелас в кошачьей шкуре нашелся. Поезд уже дал второй гудок, а кот все еще тискал ножки своих подружек, а посему был нелюбезно мною оторван от данного занятия путем хватания его за шкирку.

Кстати, отец Эрнесты, прибывший меня проводить, подтвердил слова дочери, сказав, что герцог уехал весьма довольный и даже пообещал налоговые льготы графству. Мало того, он забрал с собой Грегора, дабы тот продемонстрировал свои наработки в области военной моды верховному вампиру. В конце концов Гадриан отвел меня в сторонку и, приобняв на прощание, пустил скупую вампирскую слезу, заявив, что я отныне лучший друг семьи, а посему в его замке всегда найдется для меня свободная комната. Я поблагодарил его и попросил присмотреть за Гаем, дабы с мальчиком ничего не случилось, а заодно и за дочкой, дабы они вместе чего такого не натворили. Граф удивленно посмотрел на меня, но через пару минут, видать, до него дошло, и он активно закивал, уверяя, что уж на это я могу точно рассчитывать.

Наконец поезд дал последний гудок, и знакомый мне проводник с приветливой улыбкой попросил меня пройти в вагон. Я вошел, помахал из окна провожавшим и уже хотел было идти в свое купе, как стоявший рядом Батон коротким мявком привлек мое внимание.

– Что там? – я вопросительно посмотрел на кота, который буквально впечатал свой взгляд в окошко.

– Вон, – Батон ткнул лапой в сторону толпы. – Слева от фонарного столба, мяу.

Я посмотрел туда и замер, ибо у края перрона стоял человек, облаченный в знакомый монашеский балахон. В этот момент поезд дернулся и двинулся с места, медленно набирая ход, а незнакомец отвернулся и вдруг исчез. Я аж мотнул головой и вопросительно посмотрел на кота: мол, не привиделось ли мне это? Судя по ответному и не менее ошалелому взгляду Батона – нет.

– Так, детям ни слова, – сказал я коту, едва мы вошли в свое купе. – И надо как-нибудь связаться с академией, чтобы сообщить об этом. Знаешь способ?

Кот задумчиво подергал себя за правый ус, потом почесал промеж ушей, затем зачем-то пожевал кончик хвоста, после чего бессильно развел лапами.

– Ясно, будь тут, пойду поищу нашего проводника, может, у него какой способ имеется. Кстати, жест с хвостом был лишним, – бросил я, выходя из купе.

– Просто там была, мяу, колючка, – донеслось мне вслед.

Проводник оказался на месте и в ответ на мой вопрос только покачал головой, сообщив, что ничем не может мне помочь.

– Дело в том, что поезд, по сути, движется в пространстве Манбраха и никакой вид связи отсюда невозможен, так что придется потерпеть до следующей станции.

Я молча кивнул и, заказав чаю, вернулся.

– И? – спросил кот.

– Мы в пространстве Манбраха, и связи нема, – пояснил я и сразу добавил: – Вот только не спрашивай меня, что это такое, сам не знаю, но звучит красиво и загадочно.

Кот согласно мявкнул и, пристроившись у окна, принялся наблюдать за проносящимся мимо пейзажем. Я же вновь вышел в коридор и пару минут бродил по нему, пытаясь немного успокоиться. В принципе, пока предпринять было ничего нельзя, да и тревога, возможно, была ложной, хотя, с другой стороны, случай в замке… Нет, дело тут явно нечисто. Как говорят умные люди: «Надо думать о лучшем, но готовиться к худшему. То есть сделать три вещи: вырыть бомбоубежище, купить танк и запастись провиантом, дабы отсидеться подольше». Впрочем, мне этот совет в данном случае не особо подходил, хотя от танка я бы не отказался. Бандура, конечно, здоровая, но с ней (точнее, в ней) как-то на душе спокойнее и уютнее было бы.

– О чем задумались, Ярослав Сергеевич? – Голос проводника вернул меня на грешную землю.

– Да так, – улыбнулся я, – о том о сем…

– Ясно, – улыбнулся в ответ старик. – Они ведь знаете какие живучие, бывает, прихлопнешь одного, думаешь, избавился, ан нет, глядь, опять тут как тут.

– Вы это о чем? – Я удивленно посмотрел на проводника.

– О тараканах, конечно, – с маленькой заминкой ответил тот. – Совсем, сволочи, одолели, и, главное, даже магия их никакая уже не берет, даже не знаю, что и делать.

Он тяжело вздохнул и покачал головой.

– Впрочем, действительно, что я об этих тварях вспомнил, я же вам чайку-то принес, горяченького. Пойдемте почаевничаем, заодно вашу новую историю послушаю.

Я молча кивнул и послушно направился вслед за стариком, попутно размышляя о его странных словах – тараканов в поезде ведь явно не было.

К счастью, все мои волнения оказались напрасны, и дальше ничего странного со мной и моими спутниками не случилось. В мире эльфов я пробыл всего пару дней, в основном любуясь местными лесными красотами, благо Глайдуэль устроила нам хорошую экскурсию. Кстати, впервые мне не пришлось что-то делать или кого-то спасать, ну, разве только Теодора из реки, так как оказалось, что наш юный оборотень не очень хорошо плавает. А так пару дней на солнце у небольшой хрустально-прозрачной реки, да под песни юных эльфиек, что они любят распевать вечерами, сидя у воды… хорошо… даже уезжать не хотелось. Правда, все же один минус был, мяса местные эльфы не ели, а жевать каждый день салаты, запивая их приторно-сладкими нектарами, как-то не очень. Батон тот вообще скис, ибо ему даже рыбу не дали половить, точнее, разрешили, но с условием, что он будет делать это естественным способом, без всяких приспособлений. Когда «это», опутанное с ног до головы водорослями, с безумным блеском в глазах и гольяном в зубах, явилось обратно, меня аж чуть кондратий не приобнял, думал, очередное чудо-юдо – порождение тьмы откуда-то вылезло. Грей, загоравший рядышком, тоже не разобрался и шандарахнул навскидку песочным шариком, так что бедный котейка второй раз за свою жизнь изобразил «кошачью растопырку», на этот раз на груди проходившего мимо эльфа. Эх, хорошо отдохнули, от души, как говорится.